Подмастерье
Шрифт:
Яростно пыхтя, Ираида насадила очередного чернорожего и едва не лишилась оружия. Боец мощным ударом в висок успокоил черта, вцепившегося одной лапой в древко алебарды, а топором во второй задевшего гром-бабе руку.
Глазами искал путь к отступлению, потому как враги не заканчивались, а я имел в виду такие игрища. Рано мне еще помирать! Аврора вновь активировала массовое заклинание по своему направлению. Феникс обновил щиты на соратниках, продолжавших автоматически работать копьями по лезущим на вал демонам. Выкачав ману из накопителя, поднял над головой пригоршню картечи и с широким сектором разлета запустил рой пуль вниз. Там, где аврорино заклинание не достало.
Нас поддержали с башни «Святыми стрелами», прицельно вколачивая их в лезущих по раскаленным камням вала демонов.
Справа ватажники орали «Ура!» и воинственно потрясали окровавленным оружием. Обезглавленный «Лезвием» труп чернокожего здоровяка в великолепной кольчуге скатился вниз по куче изуродованных трупов и под действием ослабевшего барьера начал медленно распадаться пеплом. Не сразу, но до меня дошло, с нашей стороны враг перестал существовать, как организованная сила. Так, дюжина или около того подранков трепыхалась по всему полю боя. Но недолго им осталось отравлять воздух!
Фуух! Затащили! Вывезли! Зато с противоположной стороны лагеря демоны прорвались. Зеленодольских теснили, жестокая рубка сместилась к опаленным палаткам. Виктор из своего «пернача» изготовившихся к прыжку с захваченного вала демонов одного за другим. Ощетинившиеся копьями работяги прикрывали вход в башню, а их укрывал мощнейший «Щит веры». Прорвавшиеся твари стремились в башню, игнорируя отползающих раненых землян. И немедленно превращались в пепел, не испачкав копья в дрожащих руках. Из-за спин копейщиков Булат громко призывал держать строй и работал мощными «Святыми стрелами» с обеих рук. Его поддерживала Тамара точечным «Изгнанием скверны». Ловко!
Подхватив чье-то копье, с помощью телекинеза швырнул его через весь небольшой лагерь, превратив бронированного берсерка в жука на булавочке. В следующую секунду магический импульс выбил вредоносную сущность из мясной оболочки. Наша линия обороны принялась разворачиваться на помощь отходящим воинам Долины.
— Боец, за мной!
Мелкие бесы навалились на отступавших дружинников толпой. Раздергивали защиту, бросались под ноги, атаковали одновременно с разных сторон. Мы поспешили присоединиться к «собачьей свадьбе» напротив входа в укрепление, где уже накопились для удара бесы и перерожденные. Ор и грохот на мгновение утих, и я услышал из дымовой завесы голос Вильгельма Зиновьевича. Он четко и ясно обещал супостатам кормежку говном с последующим грубым сексом и еще такое, отчего мне стало немножко стыдно за род людской. Мы же силы добра и воины света, нам такое исполнять нельзя!
А пластать настырных ублюдков чудо-копьем можно! «Изгнание» зацепило двоих чертей, сбивая им атаку. Удар широкого лезвия в распахнутую пасть поставил точку в земном пути очередного выродка. Критический удар прошел. Клыки и кровища разлетелись веером, следом случился изблев скверны, в общем, кирдык с гарантией. Мое спасение — дистанция. И магические щиты.
Пока выручал союзников, орущий проклятия рогатый мечник проскользнул между порубленных, но еще крепко стоявших землян и попытался зайти на меня с тыла. Не учел фактор Бойца и нанизался на его копье. В следующий миг мой сорколин разнес уроду голову дубинкой. Ибо нефиг оставлять в тылу подранков. Я работал по набегающим бесам со скоростью швейной машинки. Этим обсосам нормальных доспехов не хватило, из оружия только дубинки и чем Бездна наградила. Заряды в копье давно закончились, но бесам от этого лишь прибавилось мучений. Конечности отлетали только так — насобачился глефой орудовать. Широкий наконечник вкупе с прибавкой к навыку позволял показывать врагам интересные фокусы. Подранки плавали в своей крови, ожидая скорую депортацию в Бездну. Меня догнало удушье, чуть не скрутив тело, зато навтыкал образцово-показательно. Каждый третий удар наносил критический урон.
— Борис, свои!
Меня подперли ватажники Вильгельма. Шокированных, залитых кровью зеленодольских богатырей оттянули в тыл, прикрыли щитами. Выровнялись, сбили строй. Нескольких давнишних тренировок удивительным образом мне хватило, чтобы занять свое место и работать по врагу, никому не мешая.
— Го-о-товсь! — проорал Атаман, подкрепляя приказ Лидерством.
В голове прояснилось. Секундная передышка. Поглотил накопитель, на автомате обновил щиты. Следующая волна тварей с вала прыгала по трупам своих соратников. Навстречу бесславному финалу.
— Давим мразей! — скомандовал Вилли, — И-и раз!
Ватажники резко выбросили копья, пробивая тела атакующих бесов. Активировал «Изгнание», чтобы добить отчаянно цеплявшихся за земное существование тварей. Дергающиеся, объятые пламенем, тела стряхнули с наконечников копий, и Боец принялся дырявить наименее пострадавших врагов, чтобы избежать сюрпризов. По команде шагнули вперед и вновь выбросили окровавленные наконечники по сжавшейся в предчувствии удара толпе. Мерзость! Кунсткамера! Смерть исчадиям!
С вала спрыгивали новые голые твари, вооруженные как попало, без доспехов и щитов. Непонятно, на что они рассчитывают. Ведь «наш отряд стоит, крепче, чем гранит»!
В единый кулак стягивались земляне, победившие в схватках между палатками, вторым рядом нас подперли работяги из резерва. На отряд легло сильное ободрение. А на толпу бесов на валу Стрелы и лучи поноса, то есть, конечно же дезинтеграции.
Несколько минут держали позицию, перемалывая измененных черной магией аборигенов. Поганые богоотступники! Всех втопчем в землю!
И вот тощие, блестящие масляным антрацитом тела врагов, подсветили мощные световые шары, возникшие над полем боя со стороны Главной. Пусть демонопоклонников прорвалось слишком много, но против стены щитов и копий без поддержки бронированных и магически одаренных хозяев эти зверьки бессильны. С вала по нам летели дротики и камни, но щиты и доспехи держали град ударов. И бойцы держались, реагируя на отдельные попадания яростными воплями. В тот же миг возвращая врагу урон сторицей.
— И — раз!
Гора трупов перед нами увеличилась еще на один слой. Целый лес копий работал по жмущейся к валу толпе. Оружие противника — кинжалы, ножи, кистени и короткие дубинки из камнестали — приспособлено для резни в тесноте, и сейчас почти бесполезно. Щитов мало, доспехов — нет, их финал предсказуем. Стрелки на валу гибли один за другим — Булат расщеплял их своими мегалучами. Глаз выхватил, как беса с боевым жезлом разорвало одновременным попаданием двух Святых стрел. Вот это мощь!
Специфический свет, заливающий поле боя, сделался ярче. Оглянуться невозможно, но без сомнений, это пришла подмога поселковых! Значит и дружина главной заходит в тыл, отсекая пути к бегству.
И вот, за спинами вражеских застрельщиков вспыхнуло зарево массового экзорцизма. Невидимые нам демоны, собиравшиеся для решительного удара на обратном скате вала, вспыхнули гигантским костром. Я ощутил густой концентрат невыносимых страданий и обиды, разлившийся в воздухе. Они проиграли, они уничтожены! Сквозь стоны и хрипы пробились крики «Ура!» бегущих к нам на помощь воинов. Не уйдет ни один сквернавец!
Устилая телами пятачок залитой кровью земли, уверенно отжали группу прорвавшихся в лагерь бесов к заваленному телами входу в укрепление. Через силу мы продолжали наносить и парировать удары. Резервы истощены и обе стороны полагались лишь на силу оружия. С нашей стороны снова включились арбалеты. Нельзя дать врагу забрать чью-то жизнь за минуту до полной победы. Я вновь почувствовал накрывшее меня ободрение. Последними каплями маны Феникс поддержал защитников четвертой башни. Еще один слитный, смертельный удар! И град метких тычков из-за наших спин в бедра, животы и рожи, повисших на наших копьях измененных.