Чтение онлайн

— Это были враги! Больше никто не умрет! — кричал уцелевшим Пабло, шагая по валу, — Успокоились! Смотрите на меня, слушайте меня! Успокоились и продолжаем!

Комендант приказал нескольким еще не прошедшим проверку квази и землянину оттащить тела сквернавцев подальше. Те исполнили несложное дело бегом. Изгои, идущие от передового поста гурьбой по склону, при виде быстрой расправы ненадолго притормозили. Часть явно хотела продолжить путь к спасительному мостику, полагая, что убитые заслужили свою участь, ведь они видели, как других напоили и пропустили под спасительный купол! Отдельные фигуры вырвались вперед и подошли к мостику, когда мы закончили просеивать первую группу.

Пользуясь коротким затишьем, Пабло провел ротацию, отправив дружинников сопровождать очередную пятерку аборигенов, а по факту немного отдохнуть под навесами. На их место поставил ополченцев посвежее. Менее опытных и оснащенных. Солнце сегодня задалось целью сварить нас заживо. Рубаха под стеганкой давно промокла насквозь, с моего лица не сходила липкая испарина. Я бы тоже не отказался от замены, но командир отдохнуть не предложил. Меня не покидало ощущение, что сейчас занимаюсь не своим делом, просто как обычно, больше некому. Половина дружины и часть ополченцев отправилась на зачистку к месту недавнего прорыва демонических тварей. Дело сулило немалую выгоду. Не все порождения Бездны стремились сгинуть в бессмысленной резне и сколько-то их сразу же разбежалось по округе, едва так называемый «пузырь» раскрылся. В свете новых обстоятельств принесенные из иного мира ресурсы — железо и камнесталь — могли легко затмить возможные трофеи с дезертиров. Поэтому Искандер стремился прибрать добро к рукам.

В общем, не повезло мне оказаться назначенным добровольцем. Надо было свалить в мастерскую, а не торчать при арсенале. Защищен и развит лучше многих других, если не я, то кто? Часть ритуалистов полные ноли в боевом плане и для этой работы не годились. Пусть они и не сидели без дела — активно нарабатывали волшебную водицу. Если бы не инициатива Сергея, община, как и во время водного аврала встретила бы нашествие изгоев со спущенными штанами. А так хотя бы есть начинающие специалисты, способные купировать проблему.

Как наиболее опытный и защищенный, занимал место в центре строя напротив моста. Поэтому хорошо видел все последующие события. С новой волной беженцев все прошло ужасно с самого начала. Шедшие первыми аборигены создали на мосту затор. Одни, насмотревшись на убитых одержимых, внезапно испугались идти к нам, другие напирали. В основном же встали как бараны у моста толпой, которую коменданту, не смотря на все свое убеждение, не удалось распределить. Изгои опасливо жались друг к другу. Наконец, отчаянная землянка, трясясь от страха, протолкнулась сквозь возникшую пробку, остальные нелепо перетаптывались на месте, ожидая своей участи.

Враги знали, что проскочить на дурачка не выйдет и начали действовать, едва изгои стянулись к мосту. Нездорового вида сорколин с подозрительно раздувшимся животом вцепился в тощего слабосильного мужика чуть выше себя и с жутким утробным звуком обдал его фонтаном черной жижи из своей пасти. Бедолага задергался, разбрасывая жирные капли вокруг, а черная пакость, словно живая, устремилась ему в рот, глаза и уши. Люди в панике разбежались в стороны, кто-то спрыгнул с моста в ров, кто-то бросился к нам. Вокруг осквернителя быстро образовалось гадкое облако; несколько тел бились в припадке на залитой нефтеподобной жижей земле. Комендант расстрелял ублюдка заклинанием, но тот уже успел запачкать множество людей, а хуже того, лопнул почти у самого моста, увеличив площадь заражения токсичной мерзостью. Что не испугало двух землян, которые бросились на мост прямо по жирной дымящейся грязи, громко моля о помощи и толкая перед собой безвольных аборигенов. Слишком неправильно для мужиков с копьями. Единственные с нормальным оружием, они не пытались защитить остальных, а спасались первыми. Поднявшееся облако скверны устремилось за ними, словно в погоню.

В дополнение к боевому режиму обновил концентрацию, и в этот момент Пабло магией сорвал с паникеров маскировку. Измененные существа атаковали нас грязным колдовством, прикрывшись аборигенами. Вдобавок их окутало догнавшее облако черноты. Практически сразу метнули в меня, как стоящего на пути, копья. Одновременно дымные щупальца ударилась в пленку Щита веры и развеялись. Одно копье отклонил телекинезом, второе принял умбоном ближайший щитоносец. Парни, словно того и ждали последний час, нахлобучили гадов боевыми заклинаниями с многократным перекрытием. Без разбора. Тела нападавших и заложников разорвало на куски, плоть бесов вспыхнула, еще не коснувшись земли. В деле поучаствовал наруч адепта, усиливая божественную магию. За секунду до небытия первый ублюдок успел выстрелить щупальцем в ополчугу без «Щита веры». Убить-не убил, но серьезно вывел из строя. В добавок ухудшили и без того неблагополучную экологическую обстановку. Другими словами, сгорели с жирной копотью, которая осела в проходе.

— Экое пидорство! — возмутился вражескому коварству дружинник, отбивший щитом бросок. Пожалуй, единственное цензурное высказывание из прозвучавших.

Раненого странным заклинанием парня натурально корежило. Его товарищ потащил к куполу.

— Еще не все! Чуйка! — крикнул нам один из стрелков, спустившийся с вала, чтобы взвести тетиву арбалета.

Пока мы принимали ряженых, Пабло уничтожил «Святыми стрелами» одержимого аборигена, который подозрительно суетился рядом с трупами смутьянов из первой волны.

Стоя в проходе, обозревал узкий сектор поля боя сквозь пелену хаотических частиц. Поэтому видел, как арбалетчики толково перестреляли собравшихся лезть на мост одержимых. Затем тех, кто после контакта с нечистотами осквернителя корчился на земле. Бойня. Настоящая бойня.

От такого «радушного» приема аборигены принялись разбегаться, но те, что рванули вправо, быстро вернулись. Но не одни. В поредевшую напуганную толпу врезались костяные гончие. Изначально твари рвались к мосту, по пути лишь опрокинув нескольких визжащих от ужаса аборигенов, но обнаружив вместо двоих полубесов облако копоти, гончие развернулись и принялись жестоко рвать ближайших людей, а самая мощная и злобная тварюга запрыгнула на вал. Сбила замешкавшегося стрелка на землю, покалечив парню руку и лицо. Подлую зверюгу, конечно, распылили в момент атаки, но раненый с воем катался, заливая припорошенный пеплом песок своей кровью. К нему на помощь бросился один из ритуалистов. А неплохо нас проредили!

Уцелевшие беженцы разбежались вдоль рва, Пабло и стрелки уничтожили гончих. Сбившиеся в толпу ополчуги вертелись на месте, матерясь и ожидая новых наскоков. Хоть своих не поранили в толчее.

— Слева и в тылах чисто! — ободрил бойцов, заново кастуя мощный Благосвет.

Землянка, прибежавшая к нам первой и просидевшая всю схватку, вжавшись в насыпь, внезапно поднялась. Девушку шатало, но хуже того, ее средоточие менялось на глазах! Словно она стремительно летела в пропасть одержимости. Да, она нацепляла дряни в пустошах и в воздухе висело злобное марево, но настолько быстро проникать в тело человека и менять его состояние… это невозможно! Однако, видел своими глазами, как средоточие нормального человека превратилось в отравленный источник одержимого! Сквозь жару меня пробил холодный пот. Что, блядь, происходит? Остановив готовых к атаке товарищей жестом, раздумывал, можно ли ей помочь. Пабло же стремительно действовал. Спрыгнул вниз, за спину одержимой и ударом меча снес ей голову. Я не успел крикнуть: «Нет!». Из обрубка шеи хлынула кровь. Несколько капель попали мне на лицо и кольчугу. Тело рухнуло на землю, содрогаясь в агонии. Голова покатилась нам под ноги.

— Какого хрена замерзли? — набросился на нас командир, — Я спрашиваю, какого хрена, Борис!

— Да погоди орать! Странное тут. Надо разобраться!

Присел рядом, кровь обычная, человеческая без всякой примеси. Рванул ворот залитой безрукавки, открывая взглядам медальон на цепочке. Золотое украшение присосалось к коже между грудей, словно механическая пиявка, распространив вокруг себя ореол черной сеточки кровеносных сосудов. Артефакт-ловушка!

Пабло выругался и замер с ошарашенным видом. Осознал, что поторопился. Вокруг нас собрались бойцы, не занятые помощью арбалетчику. Сергей посоветовал не трогать проклятую вещь руками. Вот уж самообладание у нашего доктора! Я часто дышал, не в силах встать и не понимая, как же артефактор не разглядел магическую ловушку! Коварную, да, незнакомую, но гадский папа, это ведь по моей части! Столько работал, чтобы сберечь жизни людей и вот, вовремя не распознал угрозу, и женщина погибла. Эх! В голове метались бестолковые мысли, что если бы мне не кастрировали талант, что если бы Тамара вчера принесла образцы бесовских артов, если бы Пабло не напекло мозги чертово солнце… Эту женщину можно было спасти! Определи я причину за пару секунд до рокового удара. Сорвать с ее шеи эту дрянь, скрутить, отпоить живой водой…

— Борис, ты как? — комендант вернул меня в реальность, — Мы здесь не закончили!

Молча встал на ноги и кивнул, мол, жду приказаний. Пришлось задавить внутренний протест. К черту! Надо пройти сегодняшнее испытание до конца. А это именно испытание, проверка моих возможностей. Напрасно поначалу решил, что случайно оказался не в том месте в неудачное время. Неслучайно.

— Стоять! Куда?! Быстро сюда! — раздались у моста противоречивые приказы. Мы развернулись навстречу новой угрозе. В облаке скверны перед нами предстал мужчина, высокий, бледный, косматый, с кожей, покрытой шрамами, гнойниками и волдырями, в очень ветхой безрукавке и шортах. Внешность красноречиво подтверждала, что землянин здесь находится далеко не первый месяц и изрядно хлебнул горя. А еще он не имел средоточия. Словно сорколин.