Подношение для истины
Шрифт:
— Мда, — озвучила Асины мысли Алла. Этим словом можно было действительно охарактеризовать все ночное собрание.
Вскоре девушки сидели за завтраком. Алла болтала с двумя послушницами, которые уселись напротив, а Ася медленно проглатывала кашу, предвкушая очередной поход в туалет. Она уже привыкла к подобной практике, но спокойнее от этого не становилось. Да и ее мысли не покидала прошлая ночь. Нельзя было так просто взять и стереть из памяти целую толпу голых людей. Хочешь-не хочешь, а ненароком все равно увидишь всю их подноготную, которая потом никак не выходит из головы. За испорченную психику явно кто-то должен был заплатить. Но с кого требовать? Непонятно.
Ася без интереса слушала обсуждения послушниц о каких-то духовных практиках и походах в горы. Они делились своими воспоминаниями и планировали новые путешествия, Алла с воодушевлением предлагала свою кандидатуру и высказала собственное видение этих вылазок. Кажется, она очень хорошо играла свою роль. Ася бы ей поверила, если бы не жила с ней в одной комнате.
Но больше всего на свете сейчас Ася хотела увидеть Пашу. Она с трепетом вспоминала его губы на своих, умопомрачительный аромат его сладкого насыщенного парфюма, властные руки на своем теле… Щеки невольно загорелись. Возможно, было немного странно отдаваться собственному желанию после посещения религиозной оргии, но Ася никак не могла справиться с нахлынувшими чувствами. Паша, кажется, никогда особо и не старался, но каким-то образом у него вышло заполучить все мысли девушки в свое распоряжение. Однако с горечью Ася думала и о том, что вряд ли скоро увидит Павла. В выходные, а сегодня был как раз таки прекрасный субботний день, большую часть времени девушка была предоставлена самой себе. Послушаний не было, оставались лишь очередные собрания. Ася, конечно, могла попытать удачу и попытаться проникнуть в кабинет Павла незамеченной, но вряд ли он сидел там и терпеливо ждал девушку. Сам Отец как-то обмолвился, что его сын совершенно не занимается делами ни библиотеки, ни всего общества. Оставалось лишь надеяться, что мужчина покажется на дневном или вечернем собрании. Тогда, хоть издалека, Ася сможет увидеть человека, что в миг занял все ее мысли.
Когда завтрак заканчивался, и собеседницы Аллы покинули опустевший стол, на их место опустился Андрей. Он подкрался почти незаметно, и Ася заметила его лишь тогда, когда он сел на скамейку и вытянул руку, привлекая внимание рассеянной девушки.
— Екатерина? — вкрадчиво прошептал он. — Мы можем отойти и поговорить? — он выглядел совершенно спокойно, лишь необычно высокий тембр голоса выдавал волнение. От одного его вида Асю бросило в жар, тошнота подкатила к горлу и захотелось сбежать отсюда как можно скорее.
— Нет, — резко ответила девушка. — Я с тобой никуда не пойду.
Боковым зрением Ася заметила, как в шоке округлились глаза Аллы. Она бы точно присвистнула, если бы не сидящий напротив Андрей. Он медленно перевел взгляд на соседку и красноречиво взглянул на выход.
— Не оставите нас? — предельно вежливо спросил он, однако в его тоне явно слышалась угроза.
— Конечно… — послушно пролепетала Алла и уже привстала со скамейки, как Ася резко схватила ее за руку и потянула обратно.
— Нет, — упрямо повторила она. — Она никуда не пойдет.
— Ка… — испуганно проблеяла Алла. Она действительно растерялась, и из голоса исчезли привычные издевка и сарказм.
— Как пожелаете, — голос Андрея на секунду стал холодным и отчужденным, но тут же вернул себе прежние нежные нотки. — Я хотел попросить прощения за вчерашнее.
— Мне ничего не нужно, — сжимая спрятанные под столом ладони в кулаки, ответила Ася. Она старалась держать маску безразличия, но голос предательски дрожал.
— Я все же должен объясниться, — настойчиво продолжил Андрей. Он инстинктивно потер затекший синяк на скуле.
«Паша хорошо постарался, но мог бы выбить ему глаз своим перстнем», — с неожиданной иронией подумала Ася.
— Не знаю, кто так постарался. И вряд ли Вы мне скажете, но… Я этого не хотел, — заговорил Андрей. — Все дело было в свечах, в запахе, в звуках. Они опьяняли. Как меня, так и остальных.
— Но меня — нет, — Ася не могла остановиться. Глубоко в душе она знала, что нужно принять покорный вид и молча согласиться со всеми словами старшего служителя. Но та часть, что сначала говорила, а только потом думала, негодовала. Вчера она достаточно намолчалась и настоялась в стороне. Сейчас была возможность свести счеты, хоть и лишь словесно.
— Вы — это совершенно особый случай, — с каким-то странным восхищением ответил Андрей. Он одной рукой взъерошил свои пушистые волосы. — Вы просто не прониклись духовностью так, как остальные. Я ошибся, когда уверил Отца, что Вам нужно прийти. И раскаиваюсь за это.
— Это ты предложил? — шокировано прошептала Ася.
— Я думал… Думал, что Вы готовы, — слабо оправдался Андрей. — Я всегда в Вас верил и буду верить дальше. Просто не отворачивайтесь от меня.
— Вы очень много просите для человека, который хотел… — Ася не договорила, резко оборвав себя на полуслове. Она чуть обернулась, наблюдая за соседкой, которая усердно сверила взглядом дыру в своей тарелке, но по лицу которой можно было прочитать все ее мысли. Неконтролируемая злость резко испарилась, уступив место усталости. Хотелось поскорее избавить от Андрея, уйти в свою комнату и больше никогда в жизни его не видеть. Поэтому Ася решилась сказать то, что он хотел услышать. — Просто давайте забудем об этом. Я больше не хочу ничего слышать.
— Я дам Вам столько времени, сколько потребуется, — просиял мужчина, когда послушница поддалась на компромисс. — Екатерина, помните, что Вы всегда можете мне довериться. Я искуплю вину.
Не дожидаясь ответа, Андрей встал из-за стола и стремительно скрылся в широких дверях. Ася прерывисто выдохнула, мысленно удивляясь настойчивости служителя. Почему он так добивался ее прощения? Неужели действительно из чистых побуждений? После этой ночи в подобную мысль верилось с трудом. Андрей сполна доказал, что он далеко не святой благоразумный человек.
— Теперь ты точно обязана мне все рассказать, — ошеломленно проговорила Алла, медленно приходя в себя. Хоть на ее вытянутом лице и отражалась растерянность, в черных непроницаемых глазах загорелись огоньки едва сдерживаемого любопытства. Ася в очередной раз поняла, что вляпалась.
***
— Твою мать, — Алла повторила это уже раз десять. И еще в два раза больше по мере рассказа Аси. А он был очень подробным и не скупился на яркие описания, красивые метафоры и самые сочные эпитеты. Женщина достала из-под матраса блок сигарет и взобралась на подоконник. Несколько секунд она колебалась, а потом приглашающе протянула пачку Асе. Та, к собственному удивлению, неожиданно согласилась.
Девушки уместились на узком подоконнике и высунули лица в небольшую форточку. Теплый весенний ветер приятно холодил щеки. Ася уже и забыла, каково это — курить, оставив этот бунтарский период в старшей школе. Теперь тонкая белая сигарета в руках казалась единственным способом расслабиться. Девушка подставила ее кончик под маленькое пламя зажигали и затянулась. Тут же горло разрезало едким дымом, а легкие запылали. Ася едва сдержала кашель, чтобы не показаться соседке неопытной школьницей, но та все равно засмеялась.
— Что не так с моей жизнью? Я развращаю маленьких нарушительниц.
— После вчерашнего ты вряд ли развратишь меня одной сигаретой, — нервно хохотнула Ася. Этот вечный сарказм был неестественным, но очень помогал собраться.
— Тебе повезло, что за тебя заступился тот незнакомец, — задумчиво протянула Алла, глядя на серый городской пейзаж. — Кто знает, что бы с тобой сделал этот урод.
— Да… — невинно протянула Ася. Конечно же, она скрыла абсолютно все, что касалось Павла: начиная от его четкого удара в челюсть и заканчивая пламенным поцелуем в его кабинете. — Из-за маски я совсем его не рассмотрела.