Поднятые на белой кошме. Ханы казахских степей
Шрифт:
За личную храбрость и военные победы, согласно фольклорным материалам, казахи прозвали Джахангира — Салкам [Моисеев, 1991, с. 46].
Отношения между Казахским ханством и Бухарой при Джахангире в целом, видимо, были мирными. В источниках отмечаются лишь мелкие столкновения; но они иногда имели важные последствия. В частности, на третьем году правления преемника Аштарханида Имам-Кули-хана, его брата Надир-Мухаммада (1642–1745), казахи в своем набеге на Мавераннахр дошли до Ходжента и явились косвенной причиной возведения на престол Абд ал-Азиз-султана. Согласно автору „Тарих-и Муким-хани“, все это произошло так.
В 1645 году казахи овладели областью Ходжента и самой одноименной крепостью. Этим обстоятельством своеобразно воспользовались некоторые влиятельные люди данного вилайета, недовольные политикой Надир-Мухаммада. Они составили заговор против бухарского хана и выдвинули Абд ал-Азиз-султана, старшего сына Надир-Мухаммада, в качестве начальника военных сил, действующих против казахов. Когда казахи покинули Ходжент, заговорщики ввели в крепость султана Абд ал-Азиза и провозгласили ханом. „Этот же царевич, принимая во внимание права отца по отношению к сыну, не соглашался стать ханом. Когда же стало ему известно, что если он не послушается слов этого народа (т. е. заговорщиков), то ему угрожает гибель, тогда он по необходимости предоставил в их руки поводья своей воли“ [Мукимханская история, с. 94].
Год смерти Джахангир-хана обычно датируется 1680 годом. Между тем, как это видно из сообщения, содержащегося в описании биографии ойратского ученого XVII в. Зая-Пандиты, он погиб в 1652 году. „В эту зиму [год Дракона — 1652 г.], — читаем в биографии, — Цяцянхан покорил Бурутов. В этом походе 17-летний Галдан убил Янгар хана“ [„Биография Заяпондиты“, л. 246; „Лунный свет“, с. 37; Султанов, 1982, с. 121].
Сколько было детей у Джахангира, в точности неизвестно. По сведениям Шах-Махмуда Чураса, одна дочь Джахангир-хана (имя ее в источнике не приводится) еще при жизни отца была выдана замуж за сына могольского хана Абдаллаха, Юлбарс-султана [Акимушкин, 1970, с. 248].
Согласно „Силсалат ас-салатин“ другая дочь Джахангира по имени (или прозванию) Казак-ханым в начале 40-х годов XVII в. была выдана замуж за Аштарханида Абд ал-Азиза, впоследствии хана Бухары [Машрапов, 1991, с. 70–71].
Известны имена двух его сыновей. Старшего звали Апак, а точнее — Аппак-султан; имя Аппак представляет собой усиленную форму тюркского прилагательного ак („белый“) и означает „белый-пребелый“, что, видимо, указывает на внешнюю особенность носителя такого имени. Аппак-султан между 1638–1652 гг., то есть при жизни отца, ходил послом к могольскому хану Абдаллаху [„Хроника“, с. 226]. Были ли у него дети или нет, не известно.
Второй сын Джахангира — Тауке-султан. Он был ханом; о нем будет отдельное повествование.
Тауке (Тевке, Тявка, Текей, Таваккул). Время Тауке-хана очень слабо освещено в письменных источниках: в сочинениях мусульманских авторов содержатся лишь отрывочные сведения об отдельных событиях его правления; заключенные в китайских источниках сведения о Казахском ханстве XVII в. имеют случайный или фрагментарный характер: в русских архивных фондах имеются лишь несколько документов, связанных с именем Тауке-хана. Зато имя Тауке-хана часто встречается в памятниках устного народного творчества казахов. В народных преданиях казахов время царствования Тауке-хана ассоциируется с „Золотым веком“ Казахского государства, когда „народ жил в покое; существовал порядок; были законы и правосудие“ [см.: Левшин, 1832, ч. 3, с. 169–170].
Вот краткий свод сведений о Тауке-хане и его времени, которые содержатся в доступных автору настоящих строк источниках и литературе.
Полное имя Тауке, согласно легенде, содержащейся на его личной печати, было — Таваккул-Мухаммад-батыр-хан [МОЦА, 1989, с. 219]. Наследовал ли Тауке престол непосредственно после отца, неизвестно. Он правил очень долго, прожил богатую событиями жизнь и умер глубоким стариком в 1718 году [Известия о песошном золоте, 1760, с. 116; Левшин, 1832, ч. 2, с. 67]. В XVII веке ханская власть Тауке была достаточно сильной и территориально распространялась на все три казахские жузы. При правлении Тауке-хана число подвластных казахам „городков“ в Присырдарье достигало 32 [Материалы, 1933, с. 263, 266; Султанов, 1986, с. 345]. Основным местом его пребывания был город Туркестан.
„Тауке был государем умным и окружил себя умными людьми. Здесь достаточно сказать, что членами совета при этом хане были такие чрезвычайно сведущие в обычном праве люди и известные ораторы своего времени, как, например, Толе-бий, Казбек-бий, Айтек-бий. Тауке-хан был трезвым политиком, действующим решительно, но наверняка. Так, условия времени требовали реформ, и он собирает в урочище Куль-Тобе (Сурдарьинская область) своих мудрых биев, и они вместе создают законодательный акт, который известен под названием „Жети-Жаргы“, а в научной литературе еще и как „Законы“ хана Тауке, или „Уложение“ хана Тауке“ [Султанов, 1980, с. 252–262; Кляшторный, Султанов, 1992, с. 315–324]. Не вдаваясь в подробности состава памятника, отмечу только, что в „Уложение“ хана Тауке вошли в основном установления, отвечавшие потребностям военнополитической и социальной жизни казахского общества XVII столетия. Санкционированная в нем совокупность правовых норм действовала в пределах всего Казахского государства. Так путем законодательного урегулирования расшатавшихся было общественных устоев Тауке-хану удалось укрепить хозяйственно-политические связи между жузами, преодолеть политический распад казахского ханства и мобилизовать все наличные силы страны для общей обороны от сильного внешнего врага — ойратов.
Всю свою долгую жизнь Тауке вел активную внешнюю политику. Он уже в молодости, еще при правлении своего отца Джахангир-хана (ум. в 1652 г.), возглавлял посольство к моголам Кашгарии, а в 90-х годах XVII столетия, будучи ханом, участвовал в политических делах Могольского государства в Чалыше и Турфане и решал вопрос, кому быть на троне этого владения [„Хроника“, с. 226; Акимушкин, 1970, с. 245].
При Тауке происходили столкновения с Аштарханидами из-за господства над Присырдарьинскими городами, но большой войны между Бухарским ханством и Казахским ханством не было [Статейный список, с. 381–382; Вельяминов-Зернов, 1864, ч. 2, с. 380]. Зато военные действия между казахами и ойратами уже носили характер организованных и „непрестанных“ воин [Бартольд, т. 2, ч. 1, с. 98–101; Златкин, 1983, с. 135–252; Моисеев, 1991, с. 47–76; Кляшторный, Султанов, 1992, с. 305–312]. В этой долгой войне Тауке-хан умело руководил своим „восьмидесяти тысячным“ войском (такое число называет сам хан: см.: Статейный список, с. 379), приобрел славу знатока военного дела, человека отважного в сражениях, неустрашимого в опасностях, и за все эти военные заслуги, судя по легенде на личной ханской печати, был удостоен своими подданными почетного титула батыр („герой“, „храбрец“, „витязь“) [МОЦА, 1989, с. 219].
Напомню, что почетный титул батыр (бахадур, багатур) присваивался отдельным лицам за личную храбрость в сражении и за умелое руководство военными действиями. Особо выдающиеся рубаки, многократные герои поля брани получали, как свидетельствует источник XV в., титул или прозвание толыба-тыр (толубахадур) — собственно „полный герой“, т. е. человек безмерной отваги, стойкости, силы. Как титул слово батыр (бахадур) прибавлялось к собственному имени храбреца. Этот почетный титул мог получить за свои личные воинские качества любой свободный член кочевого общества, будь он рядовым воином или принцем крови [Кляшторный, Султанов, 1992, с. 339–345].
Упорная и многолетняя борьба с Джунгарией создала тяжелую политическую и экономическую обстановку в стране и способствовала сближению Казахского ханства с Россией. Только в 1686–1693 гг. Тауке-хан отправил в Россию пять посольств с важными дипломатическими поручениями. Сохранилось письмо Тауке-хана Петру I, составленное в октябре 1694 г., с предложением о поддержании дружественных отношений с Россией. В первые десятилетия XVIII в. сношения казахов с Россией оживились. В 1717 году Тауке-хан возбудил просьбу о подданстве казахов России. Но переговоры о подданстве были прерваны смертью Тауке-хана в 1718 г. [Известия о песошном золоте, с. 117; Левшин, 1832, с. 2, с. 66–67; Басин, 1971. с. 104–119: История Казахской ССР, 1979, т. 2, с. 296–297].
Тауке был последним казахским ханом, власть которого признавалась во всем государстве. После его смерти подняли голову келте ханы („мелкие ханы“) и во всех трех жузах казахов появились свои властелины. С тех пор каждый казахский жуз имел свою историю.
Значение роли Тауке-хана в истории Казахстана определяется многим; особо отмечу здесь два момента, как представляется, весьма важных: 1) он был главным инициатором и создателем „Жети-Жаргы“ — единственно дошедшего до нас памятника права казахов ханского периода; 2) решительные действия, умная политика хана и его ближайшего окружения, умение соединять верность традиции с новшествами, принципиальность с гибкостью, идеал с реальностями жизни обеспечили в трудные годы борьбы с ойратами сохранение единства Казахского ханства, его политического суверенитета, целостности основных территорий государства.