Подозреваются в любви
Шрифт:
Как он мог?! Как он жил все это время без надежды на ее прощение? Без права коснуться ее волос, груди, ладоней, сердца. Отмахнулся и пошел дальше без нее, боковым зрением следя за каждым ее движением. А надо было смотреть прямо! Пусть болели глаза, пусть корчился от стыда, страха, несправедливых обвинений и обид.
Трус и подлец! Малодушная сволочь!
Эту мысль он додумает позже. Будет еще время заклеймить себя позором и окунуться в собственную вину по полной программе.
Его сын попал в беду.
И хватит слов.
Кстати, ожидания тоже хватит. Андрей безуспешно попытался дозвониться Соловьеву. Потом оставил машину на первой попавшейся стоянке и, выяснив, как добраться до аэродрома, сел в автобус. Его словно подгонял кто-то, и представить было невозможно, что нужно проехать еще тысячу километров, прежде чем он окажется в Москве. Слившись с толпой, Андрей почувствовал себя увереннее. Руль бы сейчас отвлекал его, а так, вскочив на заднюю подножку автобуса, Комолов крепко задумался и не обращал уже внимания на дорогу.
На конечной его вынесла все та же толпа, и Андрей, повинуясь ее волне, вскоре оказался у кассы. Вот тут-то, в небольшой очереди, он обнаружил, что из заднего кармана джинсов пропало несколько сотен баксов.
Обидно до чертиков. Так же как от уличных драк, Комолов отвык от карманников. В метро их всегда было немерено, и волей-неволей приходилось иметь это в виду, но, с тех пор когда Андрей последний раз пользовался подземкой, прошло много лет. Тогда каждый день он боролся за выживание, за кусок хлеба и глоток зрелищ. Отвык. У богатых свои проблемы.
Мысленно чертыхаясь, он проверил бумажник. Там все было на месте. Фотография Степки, фотография Дашки и тонюсенькая пачка купюр. Дурацкая привычка совать деньги куда попало. Сложил бы все в бумажник и горя не знал. Комолов вспомнил, что в бардачке его джипа тоже осталась некоторая сумма. Вернуться, что ли? А то еще на билет не хватит.
Но рейс был через час, и рисковать не имело смысла. К тому же на билет явно набиралось и даже хватило «девушке»-кассирше на подачки.
Чужой город остался далеко внизу.
— Ты должна мне верить! Я любил тебя, по-настоящему любил, слышишь? Конечно, деньги для меня важны, я ничего не говорю! Но только я бы не стал… Правда, я тут ни при чем! Даш, ты скажешь ему? Ты объяснишь своему мужу, а? Ведь мы с тобой… Ну, ради нас… Я любил тебя, ты понимаешь?!
— Ничего не понимаю, — честно ответила Даша, отодвигаясь от него.
Кирилл выглядел безумно испуганным, отчаянно размахивал руками и все норовил спрятаться за Дашку. От кого, интересно?
— Просто скажи ему! Я тебя умоляю, объясни ему!
— Да кому, господи?
— Своему мужу!
Он вдруг притих и затравленно огляделся.
— Он сейчас дома, да? И охраны, наверное, кругом полно, да? Я пропал…
— Успокойся, а? — без надежды попросила Даша. — Андрея нет, так что перестань дергаться и нормальным человеческом языком растолкуй, чего ты хочешь. Я тороплюсь, — добавила она, не дождавшись ответа.
— Они приходили ко мне, — трагическим шепотом сообщил Кирилл, — ночью ворвались, грозили, даже хотели пытать.
Помимо воли Дашка хихикнула. Столько ужаса было в лице Кирилла, что это казалось не страшным, а комическим. Хотя он явно не притворялся и не играл. Но был похож при этом на ребенка, который испугался чучела в огороде. Смеяться над таким грешно, а всерьез воспринимать трудно.
— Ты на машине? — спросила Дашка.
— Да. Она там, за углом, — он махнул в сторону, — я подстраховался, не стал подъезжать ближе. Ты не представляешь, что это за люди!
Он закатил глаза.
— Конечно, твой муж угрожал мне еще тогда, ну, ты помнишь. Но я же с тех пор… мы же с тобой больше ни разу… Мне казалось, что он отстал и успокоился. И мальчика я не трогал. Это не я!
— А кто? — ухватилась за него Дашка.
Кирилл отшатнулся.
— Пойдем, ты отвезешь меня в город, а по дороге все расскажешь. Ты же для этого приехал?
Он точно не знал, зачем примчался сюда сразу, как сбежал из собственной квартиры, где стали слишком часто появляться подозрительные личности с оружием за поясом. С одной стороны, ему некуда было больше податься. Друзей не нажил, родителей уже схоронил, других родственников в городе не было. С другой стороны, только Дашка могла ему помочь. Он смутно надеялся на ее благородство. Ведь ей стоило только сказать своему бандиту, чтобы тот не трогал ее бывшего любовника, и все. Она могла бы объяснить, что Кирилл не способен похитить ребенка.
Как бы то ни было, он приехал и затаился в кустах возле ее дома, чувствуя себя затравленным зверем. Догадка, полностью осмысленная им совсем недавно, теперь не давала ему покоя. Но поделиться ею с Дашкой казалось глупым. Кто знает, может быть, и бывшая любовница не поверит ему, решит, что он знал обо всем с самого начала и вовсе не собирался устраивать с ней совместную жизнь, а только подготавливал почву для похищения.
Но он-то про себя точно знал, что ничего такого не было и быть не могло.
Он вспомнил охватившее его отчаяние, когда не удалось встретить Степку после уроков. Дашкин план сразу не понравился Кириллу, но переубедить ее было невозможно, пришлось подчиниться. И как предчувствовал Кирилл, ничего не получилось. Но он же только предполагал, он же не знал, что мальчик исчезнет, просто не верил в успех всего мероприятия. Глупо было рассчитывать, что Степан согласится на все условия, враз полюбит будущего отчима и пойдет, куда он укажет. Однако, пока Кирилл в тот злополучный день ждал у школы, надежда на счастливый исход все-таки была. Он придумывал речь, тщательно подбирал слова, держал наготове сотовый, чтобы связаться с Дашкой, как только ее сын этого потребует. Увы, познакомиться с пасынком так и не удалось.
Ладно, Кирилл затих и выжидал следующего удобного момента. Даже просчитал, что после возвращения Степки можно будет снова его выкрасть и потребовать с Комолова немалую сумму денег, которые очень пригодились бы молодой семье. Нет, он времени даром не терял. Хотя встреча с Дашкиным мужем и выбила его из колеи, Кирилл еще лелеял мечту о благополучной, сытой жизни за его счет.
А потом глубокой ночью явились верзилы с пистолетами наперевес. Зря он не собрал чемодан сразу же после их ухода и не драпанул в родной город. Дождался Никиту. И страх уже стал неуправляем. Кирилл все представлял, что сотворят с ним люди Комолова, как только узнают точно, что его встреча с Дашкой была неслучайной. Единственным выходом виделся глоток цианистого калия. Но Кириллу повезло — незваного гостя отвлек телефонный звонок, и хозяин квартиры, насмерть перепуганный, поспешил воспользоваться минутной передышкой на все сто.