Чтение онлайн

– Это не моё!
– резко побледнел Стрельцов.
– Это подстава!

– Там разберёмся.
– По губам майора бродила плотоядная улыбка.
– Наденьте на него наручники и проводите в машину, - приказал он людям из своего отдела.

На белы рученьки Василия Степановича нацепили грубые кандалы и не очень вежливо препроводили в один из фургонов. В другой посадили обалдевшего от всего механика, тоже закованного в наручники. Офис и гараж опечатали. Оцепление периметра приказано было не снимать до особого распоряжения.

Стрельцова доставили в ИВС и поместили в тесную, вонючую одиночку. От подобных условий Василий Степанович давно отвык. Но как он не умолял через дверь дать ему возможность позвонить по телефону, так и в течение двух суток к его мольбам оставались глухи.

На третьи к нему собственной персоной пожаловал подполковник Рамцов. Злой, полуголодный, насквозь пронявший камерным зловонием и нещадно покусанный клопами Стрельцов едва ли не с кулаками набросился на силовика.

– Что это за дерьмо? Что ты вообще себе позволяешь?

– Остынь!
– грубо отпихнул его к нарам Рамцов.
– А то придётся тебе напомнить, что такое "пресс-хата".

– Прости, погорячился, - состряпал виноватое выражение лица Стрельцов.
– Ну, я, в самом деле, не всасываю ситуацию!

– Всосёшь, - без всякой иронии пообещал подполковник.
– Когда упекут лет на семь.

– За что?
– чуть не разнюнился Василий Степанович. Снова в тюрьму ему жутко не хотелось. А этим уже попахивало.

– За хранение наркотиков. Вот за что. Ты же сам там был и всё видел.

– Но ты же понимаешь, что это подстава!
– Схватился за голову Василий Степанович.
– Я же никогда не имел дела с наркотой!

– Имел, не имел - следаки разберутся.
– Рамцов развернулся лицом к двери.

– Постой, - схватил его за подол кителя Стрельцов.
– Неужели всё так серьёзно?

– А ты думал, что ты не из костей, мяса и дерьма вылеплен, а из булатной стали выкован?
– усмехнулся Рамцов.
– Серьезней, не бывает, Василий.

– Сколько нужно?
– наконец-то догадался Василий Степанович.

– Я дам тебе знать.
– И вышел из камеры.

Ещё через пару-тройку часов открылась "кормушка" и вертухан просунул в узенькое пространство алюминиевую миску с баландой. Из своего прошлого тюремного опыта Стрельцов знал, что "малявку" нужно искать на дне миски. Так оно и было. Клочок бумаги, плотно упакованный в целлофановый пакетик, был прикреплён к самому её дну. Василий Степанович развернул послание и, прищурившись, прочитал мелкий печатный шрифт. Рамцов обещал свободу только в виде подписки о невыезде и назначил выкуп в сумме тридцати тысяч долларов. Выбора не было.

Спустя какое-то время узник ИВС был отпущен под подписку о невыезде. Но у входа в управление его никто не встречал. Словно забыли о его существовании вовсе. Однако Василий Степанович, вдохнув полной грудью пьянящий воздух свободы, по этому поводу особо не переживал. Он пребывал в состоянии лёгкой эйфории, забыл обо всём произошедшем и с ликующей душой топал пешочком к своему офису. У ворот ему напомнили, что это не приснившийся кошмар, а реальный ужастик. Особого распоряжения ещё не поступило, и территория центрального офиса по-прежнему бдительно охранялась сотрудниками милиции.

– Стоять!
– раструб укороченного "Калашникова" воткнулся в грудь Стрельцова.
– Сюда нельзя!

– Ну, ты!
– вскипел Василий Степанович.
– Это моя собственность. Пошёл вон отсюда!
– И двинул напролом.

Милиционерам было приказано применять к лицам пытающимся пройти на опечатанную территорию самые жёсткие меры физического воздействия, вплоть до применения огнестрельного оружия. Часовой на воротах не стал палить в нарушителя. Он просто огрел его рожком по хребтине и оттолкнул от ворот подальше. Гнев раскалил до бела каждую клеточку организма Василия Степановича. Какой-то паршивый ментяра посмел поднять на него, на Стрельцова, свою грязную лапу! Ну, уж дудки! Сейчас он его сам лично научит хорошим манерам. Стрельцов, словно пушечное ядро крупного калибра, с бешеной скоростью врезался головой в живот стража порядка. И не дав тому опомниться, принялся месить его кулаками. Мент оказался прочным малым. Выдержав удар в живот, не сломался пополам, а устоял в строго вертикальном положении. Кулаки нападавшего ему тоже особого вреда не причинили. Зато его собственные вкупе с жёсткими подошвами "берцев" и автоматом целиком могли отправить злостного нарушителя порядка в морг. Вполне достаточно было и его одного, но на шум сбежались милиционеры с внутреннего периметра и дружно присоединились к куражу своего коллеги. Ещё пара минут и Стрельцов точно стал бы трупом. Но чей-то воинственный окрик остановил обезумевших от вида крови костоломов.

– Стоять! Всем отойти! Прекратить!
– К месту разборки на всех парах бежал личный адвокат Василия Степановича господин Гусейнов, на ходу размахивая своим служебным удостоверением члена коллегии адвокатов РФ.

Менты с опаской отпрянули в сторону. Мало ли какая птица к ним летит.

– Я вас всех за беспредел пересажаю!
– грозно верещал оглоблеобразный Гусейнов, помогая своему хозяину подняться с земли.
– Подонки! Мрази!

Угроза подействовала на недалёких милиционеров, и они торопливо нырнули за ворота. Все, включая и того, чей пост был на этой стороне ограждения.

Гусейнов узнал об освобождении шефа с небольшим опозданием, в результате чего они просто разминулись. Чисто интуитивно адвокат повёл свой автомобиль к центральному офису. Сюда он вовремя приехал. Опоздай он совсем на чуть-чуть, и по шефу можно было заказывать панихиду.

Гусейнов усадил здорово помятого Патрона на мягкое заднее сидение своего "Фольксвагена" и сам, почти что сложившись пополам, приспособился за рулём.

– Я этих подонков так накажу! Так накажу! На всю оставшуюся жизнь они меня запомнят! Уроды моральные!
– Продолжал он громко негодовать уже в пути.

Василию Степановичу было и так-то плохо - всё его тело страдало от боли, а тут ещё этот разорался.

– Хватит, - из последних сил взмолился Василий Степанович.
– Отвези меня на дачу, и пусть меня дней пять никто не трогает.

Гусейнов вмиг прекратил пустое сотрясание воздуха и направил машину к шикарной загородной резиденции Стрельцова. "Потом, всех потом накажу! пульсировало в висках Василия Степановича.
– Близок тот день.... А пока отдыхать".

Вскоре иномарка адвоката подрулила к высоченным автоматическим воротам, за которыми раскинулся сказочный дворец генерального директора частного охранного предприятия "Беркут".

Глава 32.

Немного оклемавшись от потрясения и спокойно проанализировав ситуацию, Василий Степанович пришёл к неутешительному для себя выводу. Менты поганые, к бабке ходить не надо, на достигнутом не остановятся и натравят на него налоговую инспекцию. А она не преминёт выпотрошить его как жирного гуся. Конечно, недвижимость, личный транспорт и даже возможно счета в забугорных банках от них скрыть не удастся. Но это дело наживное. Был бы стартовый капитал. Таковой этакая заначка на чёрный день - у господина Стрельцова имелась. Скромненькая такая сумма в полмиллиона долларов наличными ждала своего часа в тайнике одной из комнат его дворца. Но в его надёжности Василий Степанович вдруг резко засомневался. Могут и его найти, тогда точно пойдёт он по миру. Деньги необходимо было срочно перепрятать и подальше отсюда. "Кладбище!" - остриём копья врезалось в его сознание. Вот где их никогда и никто не найдёт. Даже и не подумают что-то искать в этом жутковатом месте. Стрельцов выскоблил свой тайник под плинтусом одной из комнат, сложил перетянутые строгой банковской лентой зелёные кирпичики в объёмную спортивную сумку, перекинул её через плечо и спустился в подземный гараж, в котором уже покрылся толстым слоем пыли неброский "БМВ" третьей серии.