Чтение онлайн

Проснулась я следующим утром в 5 утра. «Натяни маску, милая, сегодня тяжелый день!». На кухне стояла мама, она готовила какой-то завтрак

– Готова? — она поворачивается ко мне, я кивнула, — я пойду с тобой

– Это ещё зачем?

– Хочу посмотреть на твоего героя, — она пожимает плечами.

Я захожу в ванную. Включаю воду и позволяю пару покрыть всю ванную комнату, протираю зеркало: красные глаза, какие-то пятно на щеках, покусанные губы и абсолютно испуганный взгляд. Я становлюсь под душ и долго смываю с себя все то, что накопилось до этого дня. Затем в комнате я придаю себе каменно-холодный цвет лица. Тут особо и усилий не надо. Слой тональника и заплаканные глаза становятся стеклянными. Я подкрашиваю ресницы, заплетаю на голове колосок. Надеваю черные строгие штаны, немного зауженные внизу, строгая белая блузка и черный пиджак. Был бы тут кто-нибудь, он бы сказал, что я очень похожа на мать. Но я не похожа, лишь хочу соответствовать её стилю. Я молча запихиваю в себя еду, делаю глоток вина для храбрости.

– Такие нам не пара, Эва, он ломает тебя, — она гладит меня по спине

Я встаю изо стола, накидываю пиджак:

– Заводи машину.

Я обуваю строгую обувь и черное пальто. В машине мы едем молча, никто ничего не говорит, я чувствую, что в голове у мамы тысяча вопросов, но она молчит. До суда остаётся лишь пару минут, моя уверенность, как вы поняли, решила остаться дома. Сейчас я не кажусь себе той, кто сможет сломить горы и выдержать взгляд Кристофера. Мы выходим из машины, воздух становится каким-то тяжелым, с каждым разом его всё тяжелее вдыхать, в глазах темнеет, но я держусь. Поднимаюсь по лестнице и вхожу в здание. Там стоят Вильгельм и Нура вместе с остальными девчонками. Они удивлены моему приходу, так же как и я, хотя обещала себе, что не приду. Я отдаю маме пальто, пока она заносит её в гардероб, я подхожу к ребятам

– Ты как? — спрашивает Вильгельм

– Сойдет, — сухо произношу я, смотря в пол

– Всё будет в порядке, — шепчет он на ухо

Я сдвигаю брови, с чего он взял, что меня это волнует? Я пришла просто увидеть Шистада, не больше. Мы разошлись позавчера, его пути меня уже не должны волновать.

– Дело по Кристоферу Шистаду начинается, прошу, займите свои места, — выходит девушка.

Мы проходим в зал, тут очень светло, впереди огромный стол суда, слева клетка для заключённого, справа присяжные, однотипно скучно.

Пока всё начинается, я осматриваю помещение, скрывая свой страх. Мама протягивает свою руку, в которую я кладу свою ладошку, мне нужна поддержка.

– Суд начался, привести подсудимого, — стук молотка по дощечке

И мир перестает существовать, ведут Кристофера, у клетки снимают наручники и закрывают его. Он ищет глазами. «Меня». Когда находит, слабо улыбается, его взгляд такой…потерянный. Я отвернулась, закусывая внутреннюю сторону щеки.

– Я не могу, — произношу я, когда скатывается слеза

Я скатываюсь по сиденью, закрывая рот рукой. Мама держит меня крепче. Суд начался. При каждом его слове мне хотелось убежать, спрятаться, не видеть его, не терпеть эту тупую боль в груди. Он всё время смотрит на меня, а я держусь, держусь, чтобы не убежать в слезах, которые начинают меня душить.

– Присяжные пройди в комнату для голосования, перерыв, — стук по дощечке и я выбегаю из зала и несусь куда-то к выходу

Меня хватают за руку, я разрываюсь. Громко рыдаю, бью Вильяма по груди.

– Отпусти, я больше не хочу, — кричу я

Он сильно сжимает мои руки, от него не исходит такое тепло, нет, не такое.

– Успокойся, ты нужна ему, -он шепчет это так тихо, что я еле слышу

– Нет, не нужна, — я вырываюсь

Я больше не могу находиться тут, терпеть эту боль, смотреть в его пустые глаза, слышать его голос и чувствовать за несколько метров его запах. Я не могу, не хочу, не буду.

– Послушай! — меня трясёт Нура, — ты нужна ему! Сейчас!

Я прихожу в сознание, стою на месте, смотря Нуре в глаза.

– Не ломай его снова, побудь с ним сейчас, побудь до конца, — Нура дает мне платок, куда я вытираю все свои слёзы и тушь

Подходит мама, она смотрит на меня с высока.

– Соберись, Эва Квиг Мун, — мама берёт меня за лицо, — ты сильная девочка!

Мы входим в зал после присяжным, сейчас прозвучит приговор. Мы встаём, Крис теребит волосы на голове, нервничает, наконец-то. Как и все мы.

– Кристофер Шистад, подсудимые вынесли вердикт, подписка о невыезде на полтора года, — хлопок молотка по дощечке

Зал блаженно выдыхает, моё дыхание приходит в норму, Слава Богу. Кристофер обнимает своего адвоката. Суд окончен. Я забираю своё пальто

– Видишь, всё в порядке, — улыбались Вильям и Нура

Вдалеке выходит Кристофер, он ищет меня.

– Эва, нам пора, — зовёт меня мама

Кристофер подходит ближе, я делаю шаги назад.

– Эва, — зовёт меня Крис

– Эва быстрее, — шумный голос мамы

Я смотрю на них. На строгий взгляд мамы, и на печальный взгляд Кристофера. На строгую маму, и на сломанного Кристофера. Снова на маму, на Кристофера.

– Прости, — произношу я одними губами и иду к маме.

Мы выходим из этого места. Где только что разрушилась моя жизнь. Я подавляю свои слезы. Кажется, они стали неуместными.

========== Глава 21 ==========

Комментарий к Глава 21

Суховато,знаю. Решила пересмотреть все главы…поняла,что это полнейший бред,каждая глава. Но вам,почему то,это нравится. Спасибо одной девочке,за комментарий к прошлой главе,если бы не она, я бы достала вас и себя этой драмой,и получился бы не хэппи энд, а “Как довести себя до самоубийства”. Но всё равно спасибо вам за комментарии,я ценю каждый.

Я закуриваю очередную сигарету, нет, я не стала безумна, не стала любить вкус дыма, стала любить его красоту. Когда он плотный, дым, такой красивый, великолепный. Я смотрела в открытое окно, «сколько дней, чтобы забыть?», опускаю взгляд на левое запястье, пять, пять дней. Сегодня шестой. Шесть, шесть дней. Я тушу сигарету о пепельницу, затем об руку, боль не такая резкая, шрам не такой отчетливый. Шесть дней в попытке забыть существование Кристофера Шистада. Хорошо, что сейчас Рождество, каникулы, и Рождественская Германия. Да, Германия.

Мы улетели в тот же день, молча, вот так, без предупреждения, без пункта назначения, просто взяли билет и просто исчезли. Сколько раз мы перекинулись с мамой фразами? Не могу сосчитать, потому что не помню, чтобы мы подолгу разговаривали. Банальные вопросы, ответы и лишь иногда проскальзывало «Всё будет хорошо», но хорошего не будет. Во всяком случае, оно уже было, это хорошее, было, ещё буквально 8 дней назад. Всё же было хорошо, правда? Я и представить не могла, что стоит вернуться одному человеку, и как в домино - падет мой мир. Как безумно это всё звучит, словно история от Шляпника, из Алисы в стране Чудес, или Джокера. Пара ненормальных, припишите меня туда, к ним, ибо ещё хоть пару часов проведённых в замкнутом пространстве один на один со своими мыслями, и я начну придумывать безумные истории и смеяться, ровно как Джокер. Шесть дней. Шесть грёбанных, Адских дней. Точно Аид стучался в мою дверь, только не открыла я любезно эту дверь, мучаюсь теперь. Безумство. Я распахиваю окна настежь, прекрасный вид, не спорю, да и не с кем. Я не могу кому-нибудь позвонить, совсем никому. Мне некому рассказать, что я подавлена, потеряна и желаю своей смерти, каждую ночь прижимая лезвие к своему запястью. Но останавливаюсь, не может всё так просто, нельзя взять и убить себя. Я хватаю куртку и спускаюсь по лестнице в холл