Чтение онлайн

Дни шли за днями. Ничего не происходило. Ника по-прежнему очень переживала по поводу Макса, но ее в какой-то степени очень «успокаивал» Паша Зайцев. Он целыми днями общался с девочкой. Нет, он к ней не лез, не приставал. Просто хорошо разбирался в сложившейся ситуации и старался поддержать Нику. Это помогало. Рана на сердце медленно затягивалась.

У Антона же не изменилось абсолютно ничего: они с Катей старались делать вид, что ничего не произошло. Они как будто жили в разных мирах. Катя на своей первой парте третьего ряда со Светкой, а Антон на своей второй (в том же ряду) с Тимой Астрахановым. Никто первых шагов не делал. Никто из мальчишек не устраивал драк и потасовок. Все было тихо, спокойно. До сегодняшнего дня.

Паша не пришел в школу. Место рядом с Никой на четвертой парте пустовало. Первые несколько уроков девочка честно пыталась себя занять: рисовала, писала расписание уроков на несколько месяцев вперед.

Но на пятом уроке Нику «съела» тоска. В голове снова маячил Савельев в обнимку с Морозовой.

Учительница у доски объясняла тему урока. Ника ее не слушала. Ей было грустно и одиноко. Девочка молча сидела, уставившись в окно: вот оно, ее настроение. Выгоревшая трава, пожухлые осенние листья, серые облака над городом. Вот-вот дождь начнется…

Ника качалась на стуле. Слишком сильно, но она этого не замечала. Заметила только тогда, когда с грохотом завалилась назад. Встать Ника не смогла — каким-то образом ухитрилась подвернуть ногу. Ее довели до сан. части, где все-таки вправили ногу и выписали справку: неделю постельного режима. Для профилактики.

На следующий день сразу после школы к Нике прибежал Зайцев.

— Ну ты как?

Паша стянул куртку и, прошествовав в Никину комнату, плюхнулся на кровать. Девочка устроилась рядом.

— Да в принципе нормально.

— В принципе?

Паша на всякий случай потрогал Никин лоб, проверяя температуру.

— Антон считает, что я убила наш ноутбук.

— В смысле?

— Антон подцепил на каком-то сайте вирус. А потом я стала скачивать обновления, и компьютер совсем глюкнулся.

— Оба молодцы, — резонно рассудил Пашка:

— Сама-то как? Все страдаешь?

Ника грустно кивнула: дома она просто сходила с ума. А ходить куда-либо ей было строго запрещено до следующего понедельника.

— Я тут тебе кое-что принес…

Паша вытащил из рюкзака миниатюрного плюшевого мишку.

— Ты не грусти. Все наладится.

Ника улыбнулась и стиснула Пашу в крепких объятиях. Зайцев густо покраснел.

— Спасибо, Паш. Я постараюсь больше не грустить.

Тем временем раздался протяжный звонок в дверь. Ника, еще немного прихрамывая, доплелась до двери и открыла.

— Это полный капец! — с порога заявила Катя Остапина и, стянув с себя неизменную куртку в цветочек, уселась на диван и закрыла лицо руками.

— Кать, ты в порядке? Что-то случилось?

Ника была лучшей подругой Кати со второго класса, и достаточно хорошо знала все Катины привычки. Как и следовало ожидать, Остапина выудила из рюкзака «кит-кат» и сунула в рот, как всегда поступала в подобных ситуациях.

— Я ему не нужна! Так, пустое место!

— Ты о ком? — не сразу вникла Ника.

Катя прикончила первую шоколадку и достала из рюкзака вторую:

— Я ему тут, блин, признания в любви пишу, в рюкзак подкладываю, а он на меня и не смотрит! А на обществознании и вовсе с Закировой сел!

Катя закинула в рот остатки шоколадки, и заревела уже натурально. Пронзительно и громко.

— Подожди… Ты Антону опять в любви призналась?

— Да! Я написала «Я тебя люблю» и не подписалась. А потом подкинула ему в рюкзак! А он достал эту бумажку и, развернув не той стороной, написал на ней классную работу!

— Может, он просто не заметил?

— Ага, не заметил!

Катя заревела еще громче.

— А на обществе он и вовсе с Закировой сел! Он ей три раза улыбнулся, а она ему пять! Они весь урок о чем-то болтали, а на меня он даже ни разу не посмотрел!

— Ну Кать…

Остапина продолжала заливаться слезами и всхлипывать, когда в прихожую вышел Паша:

— Привет…. А что случилось?

Катя подняла заплаканное лицо.

— Ты что, все слышал?

Паша кивнул.

Катя порывисто вскочила с дивана и придавила Зайцева к стенке:

— Если хоть кому-нибудь расскажешь, тебе не жить!

— Да я и не собирался!

— Ну-ну.

Остапина закинула на спину рюкзак (тоже в цветочек) и, даже не взяв своей куртки, ушла.

— С этим надо что-то делать, — вздохнула Ника.

— Может, попробуем их свести?

— Катю и Антона? Да они друг друга бояться, как я не знаю кто!

Паша пожал плечами:

— Странно все это…. Неужели Антон в Лизу Закирову влюбился?

— Да почему сразу влюбился? — вспыхнула Ника, — странная у вас, у мальчишек, логика!

Катя Остапина оставшиеся полдня гуляла по городу. Она съела три пачки жвачки и пять шоколадок. После этого у нее разболелся живот, и следующие несколько часов девочка провела в туалете ближайшего супермаркета. Потом живот прошел, и Катя пошла дальше бродить по городу. Она слушала музыку, мечтала, и естественно, охарактеризовывала Милахина полным придурком. В районе пяти часов Катя отправилась в лес, находящийся недалеко от новостроек. Там она еще немного погуляла, пособирала осенние листья и поплакала. Когда начало темнеть, Катя вспомнила, что забыла у Ники свою куртку и начала шмыгать носом. Возвращаться не хотелось, домой идти тоже. Тогда Катя пересчитала оставшиеся у нее карманные деньги и купила билет на трамвай. В салоне было тепло и уютно. На трамвае Катя каталась часа полтора — она несколько проехала на нем полный маршрут из одного конца Москвы в другой. На конечной девочку все-таки «выгнали» из трамвая, но Катя купила новый билет и продолжила катание.

Домой Катя явилась пол одиннадцатого. Старшая сестра, мама, папа, тетя и дядя со старшими детьми рубились в карты. Решив не привлекать к себе лишнего внимания, девочка разогрела в микроволновке просроченную курицу, которую нашла в холодильнике, и, попив чаю, заперлась в своей комнате.

Катя жила в сравнительно новом доме — ему было лет семь. В детстве девочка жила на другом конце Москвы в старой зеленой пятиэтажке. Обитатели ее дома постоянно жаловались на потрескавшиеся стены, пауков и сквозняки. Через некоторое время пятиэтажку (к при великой радости ее обитателей) снесли. Катиным родителям дали новую квартиру в доме, построенном всего несколько лет назад. Квартиру дали хорошую — с современной ванной, красиво отделанной кухней и большим коридором. Но двухкомнатную, что Катиных родителей не устраивало категорически. Почему их это так не устраивало, Катя и сама не знала, поскольку ей тогда было всего шесть лет. Ее старшей сестре Маше было десять.

Ну так вот. Тогда Катина мама предложила своей сестре Ане, которая жила на другом конце Москвы с мужем и двумя дочерьми в однушке, переехать к ним. Аня, естественно, согласилась. Она уже битых два года ругалась с администрацией округа, «выпрашивая» у них хотя бы двухкомнатную квартиру. У Ани на тот момент было две дочери: старшая Саша (которой тогда было восемь), и младшая Кара (полное имя Карина), которой тогда только исполнилось три. Тут еще «как снег на голову» свалился сын мужа от другого брака, Саша, которому тогда было девять. Проблема состояла в том, что Сашина мама погибла в автокатастрофе, и теперь мальчику пришлось переехать к Ане и ее мужу, Евгению.