Чтение онлайн

– Ты сразу же передала эту новость своему отцу? – с улыбкой спросила миссис Спрингвуд.

– О, мне потребовалась трехчасовая прогулка, чтобы собраться с силами и заговорить об этом во время чаепития. Отец видел, что я получила письмо от Джесси, и сам потребовал рассказать, что она пишет. Я до сих пор с дрожью вспоминаю тот день, даже матушка испугалась, когда увидела, как сильно он покраснел от гнева. Мы опасались, что он всерьез заболеет.

– Ты сделала мне настоящий подарок, – тетя Кэролайн едва не мурлыкала от удовольствия, как большая старая кошка, которой в холодный день позволили посидеть у камина. – Это хорошее наказание за его отношение к своей дочери, как к залежалому товару, от которого во что бы то ни стало надо избавиться. Да и за многое другое…

Миссис Спрингвуд, вероятно, вспомнила о своих счетах с братом, чье очерствевшее сердце не способно было в равной степени одаривать любовью всех своих близких, ее едва хватало на жену и сына, а теперь еще и на внука.

Некоторое время обе леди молчали, погруженные в невеселые мысли. Мередит сожалела, что так и не смогла побывать на свадьбе Джессики и Стивена, хорошо еще, отец не запретил ей переписываться с подругой. Джесси писала часто, нередко пару строчек приписывал от себя и Стивен, и Мередит с радостью убеждалась, что ее милая подруга счастлива так глубоко, как они обе надеялись. Старшие Грэхемы тепло приняли Джессику, а мисс Алисия утверждала, что всегда была уверена именно в таком исходе событий.

По словам Джессики, Стенфорд уехал путешествовать по Франции и Италии, так как его матушке захотелось пожить в лондонском доме Стенфордов, и примерный сын счел полезным для себя оказаться подальше от своей родительницы. Виконт почти не присылал писем, за исключением двух или трех кратких сообщений о том, что он находится в добром здравии и намерен и дальше пребывать в этих благословенных краях. Мередит, Джессика и ее муж были благодарны виконту за помощь, но его вмешательство в их жизнь закончилось.

Мередит скучала по разговорам с подругой, после случившегося избранное общество Рединга вновь обратило на нее внимание, но она предпочла бы обойтись без него. Кажется, мисс Бартон не была так популярна в свете даже в свой первый сезон. Подруги миссис Бартон ежедневно являлись с визитами, чтобы узнать еще больше подробностей о неудавшемся браке ее дочери, и бедной женщине приходилось напрягать все свои силы, чтобы сохранять безмятежный вид. Разговоры шли почти до самого Рождества, и только после наступления нового года Бартоны смогли почувствовать себя свободнее. Джозеф и его жена почти не разговаривали с Мередит, по их мнению, в случившемся была виновата только она одна. К счастью, мнение этих родственников крайне мало заботило Мередит, ей нравилось оставаться дома в одиночестве, когда миссис и мистер Бартон навещали внука. С ней были ее книги, фортепьяно и письма Джессики…

– Ты не должна больше возвращаться в Рединг, – вдруг заявила тетя.

Мередит ошеломленно на нее посмотрела.

– Что вы хотите этим сказать, тетушка?

– Ты уже давно совершеннолетняя и вольна поступать, как тебе вздумается. Я завещала тебе все свои деньги, и ты станешь жить там, где захочешь. И твой деспотичный отец не сможет тебе приказывать! – торжествующе произнесла миссис Спрингвуд.

– Вы сделали меня своей наследницей? – Мередит ушам своим не верила.

– О, да, именно так! Представляю, как разозлится мой братец и его напыщенный сынок, Джозеф. Наверняка они надеялись со временем прибрать к рукам все мои денежки!

Мередит простила тетушке этот несколько вульгарный тон и тоже весело улыбнулась.

– Они и в самом деле рассердятся. Если я не вернусь, отец приедет за мной и устроит страшный скандал.

– Насколько я понимаю, тебе не привыкать к скандалам, – отмахнулась тетушка. – Я очень рада, что смогла устроить твою судьбу, ты заслуживаешь лучшей участи, чем та, от которой я тебя избавила.

– Но вы еще вовсе на старая, тетя, – смущенно возразила Мередит.

– Мне пятьдесят два года, и я надеюсь прожить еще лет двадцать, – согласилась миссис Спрингвуд. – В нашем роду женщины живут долго. Но ничего не мешает нам сейчас наслаждаться тем, что я имею, и, сколько бы мы ни потратили, тебе останется довольно, чтобы жить, ни в чем не нуждаясь, после моей смерти.

Мередит рассыпалась в благодарностях, со слезами целуя тетку, и миссис Спрингвуд уверилась, что не смогла бы лучше распорядиться своим имуществом.

Карету мягко покачивало, Мередит притихла, и тетушка тактично не мешала ей думать о своем будущем. Неужели унылая жизнь в Рединге для Мередит закончилась навсегда! Она может путешествовать, даже побывать на континенте! И мрачная фигура отца больше не будет давить на нее, его взгляд, наполненный упреком и разочарованием, не отыщет ее в дальних краях!

Матушка… конечно, Мередит будет скучать по ней. Но для матери ее отсутствие не станет таким уж ударом, в последнее время миссис Бартон проводила дни рядом с внуком, маленький Клемент потеснил в ее сердце любовь к сыну и дочери. И довольный рождением мальчика мистер Бартон бывал в доме Джозефа едва ли не чаще, чем в своем собственном. От дочери, конечно, ожидали, что она будет хлопотать вокруг племянника, умиляться его ужимкам и вышивать для него рубашечки, но Мередит и тут повела себя своевольно. Шить она не любила, а плачущий младенец, постепенно превращающийся в капризного избалованного мальчишку, не пробудил в ней родственной привязанности, уж очень он был похож на Джозефа.

Как все-таки чудесно располагать не только собственными средствами, но и своим временем, да и самой собой! Мередит не стремилась к роскоши, она любила, чтобы вещь была не только красива, но и удобна, и с тетиными деньгами ей удастся соорудить вокруг себя маленький уютный мирок. Она не будет часами бегать по магазинам, но так приятно добавить к практичному гардеробу несколько изящных мелочей – сумочку, мягкие перчатки, шляпку… И она купит новое фортепьяно! И, конечно, не забудет о помощи беднякам!

Девушка была уверена, что тетушка позволит ей все это теперь же, и ее привязанность к тетке не будет замутнена ожиданием будущего наследства.

– И я найму молчаливую горничную! – вслух сказала Мередит.

Избавление от бойкой француженки обрадовало ее едва ли не столь же сильно, как мысли о прекрасном инструменте. Тетя Кэролайн улыбнулась – пленница уже успела пожаловаться на то, как устала от болтовни Аннет и преувеличенного сочувствия во взгляде горничной, убежденной, что ее госпожа не только нехороша собой, но и глупа, раз отказалась от единственного выпавшего ей в жизни шанса устроиться.

– Вполне понимаю твое желание, дорогая, – заметила тетя. – Я сама люблю поговорить, но моя прислуга должна помалкивать, таково правило. На первое время хватит тех слуг, что будут в нашем доме, а потом, если захочешь, найдем тебе горничную. Но лучше искать ее не в Бате.

Мередит согласно кивнула, она смогла бы обойтись и вовсе без горничной, если бы не трудности с волосами. Девушка иногда даже всерьез думала остричь локоны, пикантный беспорядок на голове мисс Грейвс чрезвычайно ей понравился, но Мередит не была уверена, что такой стиль пойдет ей, а отец, чего доброго, мог заставить ее носить накладные локоны.