Чтение онлайн

— Принесу вино. Поможет тебе расслабиться, прежде чем мы приступим к занятиям.

Она проводила его взглядом. Потом с трудом подняла руку и прижала к сердцу, готовому выскочить их груди.

Видимо, ей предстоит многому научиться — если Фокс носил все это в себе, а она не почувствовала.

И теперь, чтобы расслабиться, одного бокала вина слишком мало.

Лейла выпила вино, и Фокс освободил кухонный стол. Затем налил ей еще бокал. Она не произнесла ни слова, погрузившись в собственные мысли, и Фокс позволил ей помолчать.

— Ты умеешь медитировать? — спросил он, усаживаясь.

— Принцип знаю. — В ее голосе сквозило раздражение, но Фокс старался не обращать на это внимания.

— Ты должна сесть, и мы начнем. Проблема в том, что большинство людей не способны достигать уровня, когда они отключают мозг, изгоняя из него мысли о работе, приеме у дантиста или о боли в пояснице. О чем угодно. Но мы можем приблизиться к этому состоянию, используя техники йоги. Нужно закрыть глаза, представить пустую белую стену…

— И произносить «ом-м-м». И как это поможет мне включить свои способности?

— Увидишь. Поможет — я уже заговорил, как моя мать — очистить разум, ауру, сбалансировать энергию ци.

— Я тебя прошу.

— Это процесс, Лейла. До сих пор ты только скользила по поверхности — или чуть-чуть замочила ноги, если хочешь. Чем глубже погружаешься, тем больше требуется сил.

— Например?

— Глубоко и долго? Раскалывается голова, тошнота, кровотечение из носа. Это может причинить боль. Истощить.

Нахмурившись, Лейла погладила бокал.

— На чердаке старой библиотеки Куин перенеслась в прошлое, к Энн Хоукинс. И вернулась совсем разбитой. Сильная головная боль, тошнота, потеря координации. — Лейла насупилась. — Хорошо, я не умею медитировать. Когда на йоге мы заканчиваем занятия позой трупа, я расслабляюсь, но продолжаю думать о делах, которые еще остались, или стоит ли купить потрясающую кожаную куртку, поступившую к нам в магазин. Я буду тренироваться. Могу упражняться вместе с Сибил.

Потому что так безопаснее, чем со мной, подумал Фокс, но возражать не стал.

— Хорошо. Значит, пока не будем слишком углубляться. Расслабься, наведи порядок в мыслях. Вроде того, как ты расставляешь тарелки.

— Чем больше стараешься, тем сложнее. Мысли так и норовят разбежаться.

— Совершенно верно. А ты раскладывай их по полочкам. Убирай каждую на свое место. Смотри на меня. — Он накрыл ладонью ее руку. — Просто смотри на меня. Сосредоточься на мне. Почувствуй меня.

Странное ощущение, словно вино ударило ей в голову.

— Я тебя не понимаю.

— Не торопись. Смотри на меня. Это как открыть дверь. Поверни дверную ручку, Лейла. Положи ладонь на ручку, поверни, потом приоткрой дверь, всего на пару дюймов. Смотри на меня. О чем я думаю?

— Ты надеешься, что я не съем все китайские клецки. — Лейла чувствовала его юмор, как теплый синий свет. — Ты мне помог.

— Нет, мы вместе. Не уходи от двери. Не теряй концентрации. Открой ее чуть шире и скажи, что я чувствую.

— Я… Спокойствие. Ты такой спокойный. Не понимаю, как тебе это удается. Сомневаюсь, что когда-нибудь была такой спокойной, а теперь, наверное, уже и не буду — столько всего произошло и происходит. И… ты немного голоден.

— На обед мне пришлось есть салат из баклажанов. Вот почему я заказал…

— Говядину «кунг пао», снежную грушу, холодную лапшу, дюжину пирожков, клецки. Дюжину пирожков?

— Если останутся, пойдут на завтрак.

— Ужас какой. А теперь ты думаешь, что не отказался бы на завтрак от меня, — прибавила она и выдернула руку.

— Прости, я не хотел. Как ты?

— Немного кружится голова, и мысли путаются, но в целом нормально. С тобой мне легче, правда? Потому что ты знаешь, как этим управлять. Влиять на меня.

Фокс взял пиво, о котором совсем забыл, и откинул прядь волос со лба.

— В твой нью-йоркский бутик приходит женщина. Она просто роется в вещах. Как ты определяешь, к чему ее направить, как на нее повлиять?

— Удовлетворить, — поправила Лейла, — а не повлиять. Отчасти по внешнему виду — возраст, одежда, сумка, туфли. Все это внешние признаки, и они могут быть обманчивыми, но начинать нужно с них. С опытом я начала различать клиентов по типам.

— Готов поспорить, в девяти случаях из десяти ты знала, когда нужно вынести из подсобки яркую кожаную сумочку, а когда предложить строгую черную. И понимала, что клиентка положила глаз на короткое сексуальное платье и стильные туфли, хотя та утверждала, что пришла за деловым костюмом.

— Я много читала… Да. — Лейла с шумом выдохнула, злясь на саму себя. — Не понимаю, почему я продолжаю все отрицать. Да, я часто понимала. Хозяйка называла это волшебным прикосновением. Думаю, она была недалека от истины.

— Как ты это делала?

— Оценивая покупателей, я фокусировалась на них — на их желаниях, предпочтениях и… да, конечно, на том, что я могу им продать. Нужно слушать, что они говорят, понимать язык жестов и учитывать мои собственные представления, что им пойдет. А иногда — мне самой казалось, что это инстинкт — в моей голове появлялось изображение платья или туфель. Я считала, что просто читаю между строк, болтая с ними, но, наверное, слышала тихий голос. Может, это были их мысли. Не уверена.

Начинает привыкать к своему дару, подумал Фокс. Уже не сопротивляется.

— Ты была уверена в себе, чувствовала себя на своем месте, и это помогало снять напряжение. И еще тебе было не все равно. Ты хотела удовлетворить их желания. Доставить им радость. И продать товар. Правильно?

— Похоже.

— Та же программа, только другой канал. — Он сунул руку в карман, достал горсть мелочи. Сосчитал, закрыв монеты ладонью. — Сколько тут?

— Я…

— Число у меня в голове. Открой дверь.

— Хорошо. Подожди. — Лейла снова глотнула вина. Слишком много мыслей. Так и мелькают у нее в голове. Нужно их отодвинуть. — Не помогай мне! — воскликнула она, когда Фокс протянул руку. — Не надо.

Избавиться от мыслей, повторяла Лейла. Очистить разум. Расслабиться. Сосредоточиться. Почему он считает, что у нее получится? Почему Фокс так уверен? Почему у многих мужчин такие красивые ресницы? Ой. Не отвлекаться. Она закрыла глаза, представила дверь.

— Доллар и тридцать восемь центов. — Глаза Лейлы широко раскрылись. — Уф.