Подсластить победы горечь
Шрифт:
— Красивая. Она ждала ребенка от его величества. Боэланд был готов объявить Марику королевой. Но твоя предшественница, эмиссар прогрессоров Жанна Риче соблазнила молодую актрису сделать аборт и покинуть Остарию. Для будущей карьеры и всепланетной славы.
Урожденная остарийка Диана, забывшись, вцепилась в руку собеседницы, глядя на девушку с неподдельным ужасом.
— Она убила ребенка короля?
— Да. И с тех пор Боэланд стал таким… диким, — Фенелла обняла подругу. Та прижалась к ней, опустив голову на плечо девушки.
— Что же мне теперь делать? — с болью прошептала она. — Не так важно, что было в прошлом. Важно, что я не выдержу такого отношения к себе. Понимаешь, не выдержу. Такая ненависть…
— Извини, но тут явно не только ненависть. Боэланд ненавидел Жанну Риче, но никогда, никогда не вел себя с ней не то, что грубо, а даже невежливо. Он был безупречен, я тебя уверяю. Ты его зацепила, вот его и крутит, — Фенелла хмыкнула. — Еще бы!
— Я все равно не выдержу больше. Подам, наверное, заявление начальству, чтобы меня сняли с должности эмиссара. Останусь простым прогрессором. Не буду больше…
— Да, кстати, — насторожилась Фенелла после упоминания о начальстве, — последние полчаса у тебя видеозапись работала?
— Естественно, — с горечью ответила Диана. — Тут, правда, темно… Ладно. Сделанного не воротишь. Пошли спать, праздник кончен.
На следующий день Фенелла добралась до Боэланда.
— Меня к вам привел важный разговор, ваше величество.
— Садись, сестренка, — мягко ответил король.
— У меня неприятный разговор, — честно предупредила сестренка, усаживаясь в кресло напротив его величества. Боэланд, усмехнувшись, внимательно посмотрел на нее.
— Зачем вы так грубо, так непохоже на самого себя общаетесь с Дианой? Она собирается просить начальство об увольнении. Вам разве нужен другой эмиссар?
— Она не уволится, Фенелла. Даже, если твоя Диана и вправду подаст прошение с просьбой об увольнении, начальство ей не позволит. Ты думаешь, что я совсем глупец? Не понимаю, зачем к неженатому королю подсунули очень красивую женщину? Как ты все-таки наивна, сестренка. Прогрессоры любым способом пытаются взять меня на поводок.
— Но Диана — не простая пешка в руках прогрессоров, — пробормотала Фенелла. Чуть вздрогнула, потому что король резко наклонился к ней, пристально глядя в лицо.
— Да, я знаю.
— Тогда не будете ли вы так любезны, ваше величество, чтобы объяснить мне, зачем было так грубо приставать к Диане с поцелуем?! Буквально на глазах у ее начальства. Чтобы они решили, что все получается? Вы ведь знаете, что она вся увешена следилками. И этого не скрывает, между прочим.
— Да. Я погорячился, — вполне мирно признал Боэланд. — Не сдержался, увидев рядом с ней Вентимеду. Твоей подруге не хватало только связаться в Альнарде с доном Марильо. Мало ли, что ему в голову придет? Ты, кстати, дорогая сестричка, ничего не хочешь мне больше рассказать? — добавил он еще дружелюбнее, нежно, можно сказать; внезапно заинтересовавшись своим перстнем-печаткой.
«А что, если король знает, кто такая Диана Ардова? — ошеломленно подумала Фенелла. — Знает. И что? Чем это может грозить Данике-Диане? Может ли король считать ее засланным соглядатаем? Предавшей своего короля подданной Остарии?»
— Нет, не хочу, ваше величество. Пойду я, пожалуй.
«Как он может это знать? Даника была у него на приеме, закутанная в вуаль, не шевелилась, молчала. Не мог он ее узнать».
— Иди, Фенелла. Всегда рад тебя видеть.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
В своей комнате на Ирионе Фенеллу ждало долгожданное сообщение, что ее хотел видеть Сид. Он не мог знать, когда именно та его посетит, поэтому не встретил у входа. Девушка вежливо остановилась на пороге его личной комнаты, Сид отвернулся от носителя информации в виде облачной картины, встал, молча впитывая радость встречи, светившуюся в глазах его любимой, становившихся светло-серыми на Ирионе.
— Мне нужна твоя помощь, — сдержанно сказал, наконец, не решаясь преодолеть разделявшее их расстояние.
Фенелла подтянула к себе ближайший светло-синий сгусток света, легким движением уплотнила его до материального сидения и грациозно села. Он следил за ней, как зачарованный.
— Говори, Сид. Все, что в моих силах.
— Мне нужно провести опыт. Последний. Понимаешь, недозревший виспер должен попасть в область недостатка энергии снаружи от вилки Дворкина, там — дозреть до мертвой оболочки с гремучим газом и взорваться. Мне нужно точно знать, сохраняет ли он в условиях недостатка энергии связь с путями Странников. Будет ли взрыв виспера только малоопасным взрывом гремучего газа, или он ударит по затору в подпространстве? Это легко определить по силе взрыва. Но… но мне нужно, чтобы ты помогла мне доставить дозревающий виспер в Остарию. Куда-нибудь в море, поближе к Ахене.
— Ты уже сообразил, как и в чем можно переносить висперов с места на место?
— Да.
— Быстро ты.
— Устал ждать. Спешу изо всех сил. Ты как?
— Как только скажешь, я готова.
— А если прямо сейчас? — тихо спросил он, вставая.
— Давай руку, — девушка тоже встала. Они оба вздрогнули, когда их ладони соединились.
— Сначала на планету висперов, — взволнованно сказал Сид.
Ящичек с виспером, черный, неярко мерцающий, вздрагивающий, был настолько тяжелым, что Фенелла даже не смогла сдвинуть его с места. Сид критическим взглядом еще раз оглядел свое творение и рывком поднял его.
— Перемещай в Остарию.
Она не стала медлить.
Остария привычно встретила солоноватым морским воздухом и мерным шумом моря.
— Но это не побережье, — Сид опустил сундучок на пеструю гальку и улыбнулся Фенелле. — Ты правильно меня поняла. То, что надо.
Они находились на островке, полностью обнажающемся во время отлива. Кругом, отражая золотое сияние вечернего солнца, шуршали волны Южного моря.
— Это гора Мерналь впереди, видишь? — тихо сказала Фенелла, глядя вдаль. — Недалеко деревня «Большие Буруны», где мы с… мамой жили в последние годы перед ее смертью.
Девушка обернулась. Сид, почти не слушая спутницу, присел рядом с черным сундучком и поднял верхнюю крышку. Внимательно посмотрел вовнутрь.
— По-моему, все в порядке, — дрогнувшим от волнения голосом проговорил он. — Подождем взрыва у подножия горы. Какой-нибудь взрыв будет в любом случае. Висперы всегда взрываются в конце своего существования.
Гора Мерналь спускалась к морю отвесным обрывом, у подножия которого во время отлива обнажался широкий участок суши. В скалах, отвесно уходивших вверх, гнездились птицы, бесшумно взлетали и пикировали в воду, доставая мелкую рыбу. Пронзительно вскрикивали чайки.