Чтение онлайн

Настя прошла несколько шагов. Обернулась. Только никакого дедушки на улице не было. Будто

старик растаял в воздухе. Зато неожиданно пошёл снег. Падал медленно нереальными красивыми

очень крупными сверкающими снежинками.

Глава 2

– Значит, так, - холодный голос мачехи в телефонной трубке, быстрые фразы, - переговорную

маленькую подготовь, сейчас же. Будет гость. Пропуск на внутренний паркинг сделай,

немедленно. "Лексус", Т797ОР777. Смотри, не напутай.

Валерия Робертовна отключилась. Настя завела за ухо непослушную русую прядку.

«Да когда я чего путала», - вздохнула она мысленно. Надо же, «гость», ишь как Валера

заговорила. Обычная градация переступающих порог офиса варьировалась от нейтральных

«клиентов» и «партнеров» до одиозных «тот идиот из управы», «какой-то хрен проверяющий» и

прочее. А тут вдруг «гость», неожиданно. Мачехе явно что-то нужно от этого дядьки.

Личные помощники, ассистенты и секретари обычно очень наблюдательные: профессия обязывает.

Робертовна, как звали ее в офисе (за глаза, разумеется) делила всех людей на две категории:

одним что-то нужно от нее, с такими можно особенно не церемониться, другие, наоборот,

представляют ценность для самой Валерии. Оставшееся за рамками большинство мачеху в принципе

не интересовало.

Подозрение превратилось в уверенность, когда начальница выплыла из кабинета, чтобы лично

встретить обладателя «Лексуса». На памяти Насти такой чести удостоился только чиновник из

Мосгоруправы, да и то один раз. Умопомрачительные шпильки, шлейф «Герлена», локоны в

художественном беспорядке (созданном в парикмахерской на Арбате, запись к мастеру за полтора

месяца). Позабыв о мокрых кроссовках, Настя глазела на дверь: не иначе член британской

королевской семьи пожалует. Мачеха с дочерью были настоящими фанатками Виндзоров…

На первый взгляд в посетителе не было ничего особенного: симпатичный мужчина средних лет в

отлично сидящем костюме. Он дружелюбно кивнул Насте, вставшей за своей стойкой (правило

Валеры – вставать, когда посетители приходят и уходят, а еще – когда приходит и уходит она

сама), вежливо поздоровался. Голос у него тоже оказался приятным: бархатный, низкий, с едва

уловимым акцентом.

– Анастасия, - мачеха широко, как на рекламе, улыбнулась, - будьте добры, нам два кофе.

– Эспрессо, если можно, - у гостя улыбка была куда искреннее.

– Два эспрессо, пожалуйста.

Анастасия, пожалуйста, будьте добры?! Ничего себе, ну и чудеса! Да Валера в жизни так с ней

не разговаривала. Обычно отдавала короткие команды, приправленные всякими «быстро давай»,

«немедленно», «чтобы через две минуты». Не иначе, что-то произошло. Или произойдет в

ближайшее время.

Поразмыслив, Настя достала тонкостенные фарфоровые чашки, которые выставлялись на стол по

особым случаям. Выложила печенье, осторожно принесла поднос в переговорную. Забыла про

сахарницу, эх…

– Сахар? – тихо спросила она у гостя. – Может, сливок или молока?

– Ничего не нужно, спасибо, - он поднес чашку к губам. – Отличный кофе!

Мачеха метнула в девушку злой взгляд: она-то всегда требовала сахар. Да и кофе не пила,

только чай, берегла цвет лица. Настя мышкой шмыгнула на кухню, принесла сахар и вазочку с

конфетами, торопясь быстрее убраться из переговорной. Каблуки Валерии чуть смяли ковер на

входе, из-за чего дверь закрылась неплотно – но не будешь же поправлять в присутствии гостя.

Мысленно Настя накинула мужчине еще несколько баллов: за открытое лицо и белозубую улыбку. В

аккуратной бороде и черных волосах наметились первые сединки, но в карих глазах посверкивал

мальчишеский задор. Сразу видно, что человек веселый и добрый, у нее папа такой был.

Непонятно только, что общего у них с Валерой…

Может, это вообще не деловая встреча? Настя вздохнула: деловые, по идее, уже закончились.

Валерия откуда-то взяла, что все рабочие вопросы нужно решать до середины декабря, в Европе

все так делают.

Собственно, бизнес-центры, которыми владел отец, так и назывались «Европа». Мачеха

переименовала. Прежнее название, придуманное Настиными родителями, было «Времена года» и…оно

было прикольным, добрым. Четыре этажа в каждом бизнес-центре, ненавязчиво оформленные,

собственно, под времена года. Настя сам слышала, как в лифте офисные девушки говорили,

увидимся, мол, в «Августе» - так называлась кофейня на четвертом, «летнем» этаже.

Возглавив компанию, мачеха немедленно произвела ребрендинг. Прежнее название было объявлено

безвкусным, а дизайн – несовременным. То ли дело «Европа» с ее обилием стекла и металла…

Насте иногда казалось, что Валера нарочно это все делает: чтобы доказать, что разбирается в

бизнесе не хуже покойного мужа. Дела у «Европы», впрочем, шли не шатко не валко. Часть

арендаторов съехала, площади пустовали. Может, из-за того, что мачеха взвинтила цены.

Магазинов и кафе стало меньше, но появились салоны красоты, шоурумы и консалтинговые фирмы.

Насте было грустно на них смотреть.

Из переговорной донесся смех, потом позвонили.

– Анастасия, повторите кофе. Пожалуйста.

Что ж, это можно. Еще два горячих эспрессо. Убирая чашки, Настя видела, как мужчина что-то

показывает Валерии в телефоне, а та восхищенно ахает.

– Верите, мама прямо покой и сон потеряла из-за этой вещицы. Я не очень разбираюсь в

украшениях, но у нее всегда был безупречный вкус. Модельное прошлое, опять же…я говорил, что

моя матушка в студенчестве была королевой красоты Калабрии?