Чтение онлайн

– Так это же великолепно! – Гуров вполне искренне восхитился подвигами своего приятеля. – Задержание домушника – уже есть что Петру доложить. Но я так понял, на этом твои приключения не закончились?

– Это точно. – Стас сконфуженно ухмыльнулся. – Поехали домой к Жене. Дураку понятно, что не в ладушки играть. Ну у нее там обстановочка – будь здоров! Кругом – хрусталь, кругом – ковры… Мебель – супер-пупер. Предложила выпить хорошего коньячку за знакомство и успех. Ну я разве против? Внутри все уже и так прыгает от предощущения грядущих незабываемых мгновений. Да и она сама, гляжу, раскраснелась, глаза блестят… Сижу я в зале, а мыслями – уже в спальне, и тут нежданно-негаданно из прихожей доносится громкое: ж-ж-ж-ж… Я как тот Винни Пух сразу же смекнул, что это «ж-ж-ж» – неспроста. Кстати, когда ехали, я еще поинтересовался – мол, ты одна? Она засмеялась и ответила, что в принципе совсем одна. А тут вылетает из кухни и объявляет: "Мужа черти принесли! И что ему, козлу, со своими шлюхами в Крыму не отдыхалось? Значит, так: ты у меня по поводу той кражи. Уточняешь детали. Что, первый раз так залетел? Не робей, все – о’кей!" Чмокнула меня и пошла открывать. Слышу из прихожей их голоса. Муж заходит – амбал два на два, меня благодарит, руку жмет. Ну я для виду несколько формальных вопросов задал – и ходу. Вот такая грустная история.

– Ну, Стас! Ну, Дон Жуан Казанович! – Гуров рассмеялся. – Значит, ты сегодня на личном опыте убедился, что бывают не только неправильные пчелы, которые делают неправильный мед, но и неправильные мужья, которые неправильно приезжают из отпуска.

Крячко, намеревавшийся отпустить одну из своих хохм, лишь раскрыл рот, как его тут же перебил отрывистый звонок телефона.

– Та-ак, дождались… – снимая трубку, прокомментировал Гуров. – Петр, мы уже идем.

– Идут они, разгильдяи! – рявкнула трубка голосом Орлова. – Хрен вас дождешься, пока не расчихвостишь как следует! Мне уже из министерства и Генпрокуратуры звонили. Быстро ко мне!

Генерал Орлов, нахохлившись, сидел за столом, одновременно грозный и печальный. Нервно барабаня пальцами по его крышке, он всем своим видом давал понять: "Ну, погодите! Ну, погодите!" Он вопросительно воззрился на них, даже не предложив присесть. Но приятели, молча переглянувшись, сами плюхнулись в кресла, демонстративно закинув ногу на ногу.

– Ну?! – хозяин кабинета наконец нарушил короткое предгрозовое затишье. – Я слушаю.

– Сегодня мы встретились с людьми, так или иначе знавшими Ритушина, – чуть лениво, с некоторой небрежностью Гуров начал свой доклад. – Это позволило более детально воссоздать картину преступления. Удалось установить, что за три минуты до убийства жительница дома видела темно-зеленую «десятку», на которой позже уехал киллер. Есть некоторые приметы убийцы. Вполне вероятно, завтра получим о нем более детальную информацию. Кроме того, удалось отсечь две версии – бытовую и внутрикорпоративную. С семьей и родственниками взаимоотношения у Ритушина были нормальные. В принадлежащем ему концерне явных претендентов на роль преемника не замечено. Поэтому основная версия – заказное убийство из-за столкновения экономических интересов. На втором месте – политический заказ. Но эта версия в стадии отработки, поскольку до сей поры ни с одним из политических сподвижников Ритушина встретиться так и не удалось. Гришкаев хронически занят, члены исполкома "Правого дела" – в разъездах. Версию об убийце-одиночке отвергли сразу. На действия психопата это не похоже – слишком уж тщательно все было подготовлено.

– То есть расследование упорно топчется на месте, – угрюмо резюмировал Орлов. – За сегодняшний день вами не сделано ничего реального, о чем можно было бы сообщить наверх.

– Люди добрые! Вы посмотрите на этого буквоеда в генеральских погонах! – Стас с возмущением всплеснул руками. – Мы целый день как савраски в мыле. Пропахали всю Москву, завтра, вполне вероятно, положим ему на стол фоторобот подозреваемого, а он чего-то там дундит про топтание на месте!

– Сам не дунди! – Петр из-под насупленных бровей сердито сверкнул глазами. – Совсем зарвались! Разбаловал я вас. Если такой умный, на вот тебе телефон и докладывай наверх вместо меня. И посмотрим… – что именно хотел посмотреть генерал Орлов, присутствующие так и не узнали, поскольку раздалась трель телефонного звонка. Звонили по прямому. Слушая своего собеседника, Петр суховато, отрывисто ронял: – Да… ну… та-ак… Да?! – Неожиданно тон его реплик стал запредельно удивленным, и он с откровенным любопытством вперил свой взор в Крячко, беззаботно покачивающего носком ботинка. – Хм-м-м… – Положив трубку, Петр некоторое время молчал, а затем с нескрываемой язвительностью поинтересовался: – И вот это вы называете служебной субординацией? Это, хотите сказать, по-товарищески? Да? Уже в министерстве знают, что нынешним днем оперуполномоченный Станислав Крячко задержал члена воровской шайки, которая обчистила несколько десятков квартир и до сей поры считавшейся неуловимой. А я – ваш непосредственный начальник – узнаю об этом в последнюю очередь от сотрудников министерства. Это, вы считаете, нормально?

– По деревенским понятиям – нормальней некуда, – нахально ухмыльнулся Крячко. – Там, если у кого дочка «залетела», последней о ее интересном положении узнает только родная мать.

– Да и как мы тебе могли сообщить о чем-то другом, кроме расследуемого убийства, если ты буквально рта не даешь открыть? – с долей сарказма заметил Гуров.

– Я им рта не дал открыть! – Орлов возмущенно воздел руки к потолку, собираясь еще что-то добавить, но, видимо, передумал. – Ладно, черт с вами. Что планируете на завтра?

– Завтра похороны Ритушина. Мне думается, одному из нас нелишне будет там поприсутствовать, – задумчиво сказал Гуров. – Стоит понаблюдать, кто и как придет проводить его в последний путь. Второе, что надо бы сделать, – организовать съемки похорон скрытой камерой, а еще лучше – двумя, чтобы потом не спеша рассмотреть повнимательнее каждого, идущего в процессии. И последнее. Завтра спозаранок нужно будет послать пару опытных саперов к месту предстоящего захоронения. В этом убийстве есть что-то демонстративное. Поэтому я, признаться, опасаюсь, как бы «демонстрацию» не продолжили во время похорон. Кстати, хоронить его будут, насколько мне известно, на Котляровском кладбище. Что-то уж очень нехорошие аналогии напрашиваются.

– Мысль дельная, – согласно закивал Петр. – Сегодня же решим эти вопросы. Кстати, может, видеосъемку поручить фээсбэшникам? У них в этом вопросе спецы поопытнее. А саперы и у нас найдутся. Уточните, где будет место захоронения, и часам к восьми пошлем туда ребят. Эх, мужики… Будь у вас поменьше выпендрежа, цены б вам не было.

– Вот именно!!! – верный своей привычке, Стас опять нашел куда встрянуть. – Ломаного гроша в базарный день не дали бы! А так с какого боку ни взгляни – самородки. Вот это я понимаю…

– Все, все! Марш отсюда. – Орлов замахал руками. – Хватит пустозвонить, идите работать. А то еще пять минут общения с вами – и мозги закипят. Кыш!

Вернувшись к себе, Гуров набрал номер сотового телефона Валентины. Вкратце он сообщил ей о своей задумке произвести на похоронах Ритушина скрытую видеосъемку, а также саперную разведку на Котляровском кладбище.

– Лев Иванович, я с вами солидарна. Саперов пошлет генерал Орлов? Хорошо, я сейчас решу вопрос с видеооператорами. У них есть ребята – виртуозы в этом деле. Наверное, я тоже поприсутствую на похоронах. От вас едет Станислав?

– Он самый. – Гуров многозначительно подмигнул Стасу. – А я попробую встретиться со столичным политбомондом, ну и еще кое с кем…

Когда он положил трубку, Крячко вопросительно мотнул головой.

– И что же означает эта пошлая мимика? – Он утрированно подмигнул в ответ.

– Что-что… – Гуров рассмеялся, – завтра будешь работать в паре с молодой, интересной леди, да еще и стопарь на халяву опрокинешь – за упокой души раба божьего… А мне, грешному, предстоит встречаться с занудливыми снобами, мнящими себя светочами истины на политическом Олимпе России. Видишь – ради друга делю «вершки» и «корешки» не в свою пользу. Цени!

– Ценю, ценю. По курсу, приравненному к СКВ. Жаль только, Петр нас частенько ценит по курсу монгольского тугрика. – Зазвонил телефон. – Если это Петр, – Крячко озабоченно почесал нос, – готов поверить в его телепатические способности.

Но это был Амбар.

– Лев Иваныч! – заговорил он таинственным полушепотом. – Есть информация. Давайте встретимся в кафешке. В той самой, у метро. А то в других, куда ни ткнись, – сплошь знакомые ры… То есть лица.

– Все, Стас, я поехал. – Гуров вздохнул, положив трубку. – Рандеву с информатором. Опять придется конспирации ради таскаться в переполненном метро. Но куда денешься? Завтра утром созвонимся, вдруг обстановка изменится и планы срочно придется менять.

– Хо-кей! – на английский манер бодро выпалил Крячко, вскинул соединенные в кольцо большой и указательный пальцы правой руки.

– Ох, тоже мне, "шериф из Мичигана"! – рассмеялся Гуров, покидая кабинет.

Пережевывая пельмени под оптимистичный голос диктора одного из телеканалов, извещающего об очередном визите в нашу страну правителя одной из стран Южно-Американского континента, которая когда-то под нашим чутким руководством успешно строила социализм, Гуров морщился, взирая на сияюще-лоснящееся лицо "высокого гостя".