Чтение онлайн

Ладно, вырезали, и ничего страшного. Я все, что вырезали, использовал в той статье, что в «Труд» вчера отдал Ганиной. Там мне полегче печатать то, что я хочу – доверяют они мне. Хотя, скорее, все же порекомендовавшему меня Межуеву.

И не потому, что я такой упертый и хочу побороть цензуру – нет, для меня важно, чтобы советские экономисты, прочитав в «Труде» те вещи, что я считаю нужным там по перспективам японской экономики осветить, поневоле задумались, не применимо ли что-то из этого и для СССР? А то мало ли что-то и позаимствуют…

Начали мы с Николаевым записывать первую передачу по теме гидроэнергетики. Стартовал я, как и положено, когда у тебя радиопередача на такую сложную для людей тему, с почти что прописных истин.

– Несомненно, – сказал я, – что все страны мира делятся на две категории: счастливчиков, у которых есть возможность добывать электроэнергию при помощи гидроэнергетики, и несчастных, у которых такая возможность отсутствует.

И Советский Союз, к нашему с вами удовольствию, относится как раз к тем, кому все по этому поводу завидуют. Крупнейшее по территории государство на планете, и на этой территории сотни тысяч рек, включая и те, что по размеру соответствуют стандартам, необходимым для того, чтобы там поставить гидроэлектростанцию.

Любого инженера или энергетика подкупает сама концепция: ты просто-напросто ставишь специальное оборудование, и вода сама каждую секунду вырабатывает для народного хозяйства киловатты.

Взять, к примеру, для сравнения, электростанцию, работающую на мазуте. Не завезли туда мазут – и всё, электростанция остановилась. Я уж не говорю о том, сколько грязных веществ в воздух выбрасывается при таком производстве электроэнергии.

Но никто, конечно, не говорит, что мы имеем возможность в данный момент отказаться от таких электростанций. Ни мы этой возможности не имеем, ни множество других государств, которые их активнейшим образом используют. При этом, нужно понимать, что если все откажутся от электростанций, работающих на мазуте, упадёт тут же мировая экономика, и уровень жизни граждан практически всех стран резко провалится вниз по одной простой причине: не хватит огромного количества электроэнергии для множества нужд мировой экономики.

Так что выхода у нас нет. Мазутные электростанции используются сейчас и будут использоваться и в двадцать первом веке. Но когда мы говорим о гидроэлектростанциях, тот факт, что у них почти отсутствуют вредные выбросы, – это один из важнейших подкупающих факторов для развития гидроэнергетики.

Также, что очень важно, не во все регионы нашей страны легко доставить мазут или природный газ для того, чтобы вырабатывать электричество. Тянуть туда сотни, а то и тысячи километров труб – да, можно и так. Но сами понимаете, каких денег это будет стоить, особенно если природный рельеф достаточно трудный для этого: сплошные горы или скалы, в которых нужно прорубать проход для трубопровода.

Но в тех же горах и скалах, как правило, много рек, у которых течение, падая с большой высоты, при установке гидроэлектростанции выработает огромное количество электроэнергии. И в этом случае оно обеспечит все нужды крупных предприятий и больших городов, расположенных в этой местности, а также предоставит ещё излишки электроэнергии, которые можно по проводам отправить в другие регионы Советского Союза.

Дальше, после этого бодрого вступления, привёл уже конкретные цифры по развитию советской гидроэнергетики. Затем привёл планы, разработанные на ближайшие пять лет по развитию этой отрасли. Некоторое внимание посвятил и отрицательному влиянию на экологию.

Сказал, что как бы ни был велик соблазн получить побольше дешёвой экологически чистой электроэнергии, необходимо защищать природу. Редкие виды рыб и других животных не должны страдать из-за того, что человек решил поставить на реке гидроэлектростанцию, занимаясь изменением природного ландшафта для своего комфорта.

Нам нельзя забывать, что теоретически мы всю землю можем сверху донизу в асфальт и бетон закатать. Но что это будет за жизнь, если даже ни одна птичка петь не будет?

Так что, как обычно в жизни и бывает, надо считать не только экономические преимущества, но и учитывать те вещи, которые в деньгах не посчитать, но они составляют очень важную часть жизни человека.

Знаю, что сейчас не модно такие темы поднимать. Ну ладно, уж если вырежут – так вырежут, ничего страшного. Главное, что я попытался…

Рассказал также о проблемах, которые гидроэлектростанции создают для речного судоходства. Очень часто приходится выбирать: либо ставить на реке гидроэлектростанцию и получать дешёвую экологически чистую электроэнергию, либо оставлять эту реку в силу её стратегического значения для нужд перевозок грузов. Можно, конечно, совмещать гидроэлектростанции с перевозкой грузов на речных судах. Но это заведомо выходит намного дороже. Хотя уже хорошо, что и такой вариант возможен.

Николаев, конечно, тоже вставил свои пять копеек. Рассказал, как он посещал Днепрогэс и какое огромное впечатление произвела на него эта колоссальная станция, которая и сейчас еще расширяется…

Закончив с гидроэнергетикой, мы посидели минут пять, попили чай в тишине. Дальше перешли к следующей теме – советско-ирландским отношениям.

Я не мог упустить возможности рассказать об ужасах, которые творили британцы на земле Ирландии. Особо сосредоточился на XIX веке, потому что одно дело – рассказывать об ужасах колониализма XVI–XVII веков – многим кажется, что это слишком далеко от современности. А вот XIX век ещё достаточно близок – сейчас ещё полно людей живёт, которые родились в XIX веке.

Рассказал, как британские лорды захватили большую часть плодородных земель на территории Ирландии. Начали выращивать там пшеницу, которую продавали по всему миру за золотые фунты стерлингов. А ирландцы, истинные владельцы этих земель, были вынуждены на крохотных участках выращивать картошку, чтобы хоть впроголодь, но выжить. Даже в XX столетии британцы надменно именовали ирландцев презрительной кличкой «картофелееды». Оскорбительно, но логично, учитывая, что всё зерно британцы из Ирландии сами же и вывозили…

К сожалению, и у картошки бывают неурожаи. Когда такие неурожаи случались, британские лорды невозмутимо продолжали вывозить зерно на экспорт, зная, что сотни тысяч ирландских жителей умрут от голода.

Если неурожай картофеля длился два года подряд, ситуация становилась непереносимой. Из крохотной по населению Ирландии, стремясь выжить, уехали миллионы людей – куда угодно, но в основном в Соединённые Штаты Америки. А куда им было деваться, если только в середине девятнадцатого века за несколько лет от голода умерло миллион жителей этой достаточно небольшой британской колонии?

Но и в США уехавшим ирландцам приходилось несладко. США были основаны выходцами из Великобритании, и они занимали там ключевые позиции. И несмотря на то, что это уже была другая страна, британцы сохранили презрение к ирландцам и там.

Нормой были бары с вывесками «Неграм и ирландцам вход воспрещён» или «Неграм, ирландцам и собакам вход воспрещён». Добиться правосудия от британского судьи на территории США ирландцу было чрезвычайно сложно.

По приведенным мной фактам понятно, как тяжело было ирландцам находиться в статусе колонии Великобритании. Ирландцы были возмущены таким отношением и активно устраивали заговоры против британского владычества. После первой мировой войны им все же удалось вырваться из-под власти британского колониализма. Но плата была очень высока – часть Ирландии была оставлена британцами в составе Великобритании как Северная Ирландия.