Чтение онлайн

– С Вовчиком и Левчиком, в общем-то, особых проблем не было. Их очень любят и относятся уважительно. Их я в основном возил по Израилю. Хорошие мужики. Простые и очень свойские...

– Ты учился на телохранителя в Израиле?

– Ну... Прошел здесь местную специализацию... Учились и личной охране, и охране объектов... Работал сапером, сопровождал грузы на территорию Палестинской автономии. Последняя моя работа – сопровождал «кока-колу» в район Шхема...

– А охранять артистов еще будешь?

– Почему нет? Если пригласят – буду.

– Почему тебя приглашают? Твое имя, как специалиста, известно в этом кругу?

– Те, кому нужна серьезная охрана, и при этом чтобы «телки» не выделялись из толпы (на профессиональном сленге «телок» – это телохранитель. А двухметровые мальчики с необъятными шеями – это все только показуха), те приглашают меня. Кто-то меня знает, кто-то кому-то советует, и меня зовут работать.

– Это хорошо оплачивается?

– Я работал в личной охране у одного «нового израильского русского», и он, когда приглашал меня, сказал: «Ты будешь моим доктором. Ты будешь заботиться о моем здоровье». А свое здоровье они – люди, у которых есть деньги, – ценят.

– Не так давно был проведен первый чемпионат мира среди телохранителей. Кстати, российская команда на нем заняла первое место. Ты бы хотел принять участие в таком чемпионате?

– Я не видел этого сюжета, у меня не было времени. Хотя было бы интересно посмотреть. Насчет того, что русские – лучшие в мире, так об этом никто никогда и не спорил. У нас совсем другая школа... Но чемпионат мира среди телохранителей?! Телохранитель – он на то и телохранитель, чтобы быть готовым к нападению и не выделяться из толпы в виде мишени. Не зря же в последнее время все современные спецслужбы России – ОМОНы, СОБРы и другие – все работают в масках. «Светить» свое лицо неэтично и очень непрофессионально.

– И, может быть, опасно для жизни.

– Именно! Поэтому я этот чемпионат изначально, по определению, считаю глупостью!

Университеты

– Вернемся в детство. Разве мальчик Андрюша мечтал стать офицером и специалистом по борьбе с террором?

– Мальчик Андрюша учился в музыкальной школе по классу гитары и изучал довольно редкий и забытый испанский стиль «фарука», и преподаватель прочил ему большое будущее – карьеру великого гитариста.

Но, когда родители попытались помочь Андрюше поступить в музыкальное училище, он из чувства юношеского протеста поступил не в музыкальное училище, а в военное... Я поступил в Одесское артиллерийское училище. Кто из Одессы, тот знает это учебное заведение.

Как раз там и пригодилось умение играть на гитаре! Гитара – это всегда в душе. Это как первая любовь...

– Но как ты понял, что военная служба – это твое, что это – на всю жизнь?

– Я всегда любил читать военные мемуары, любил военную историю. Мне это нравилось. Мальчик Андрюша в свое время был не очень здоровым, много болел, сейчас уже и не помню, чем, но иногда по три четверти пропускал. Я сидел дома и читал книги.

– У тебя не было проблем из-за того, что ты болел и пропускал контрольные?

– Я окончил школу с золотой медалью, училище – с красным дипломом.

– Образцово-показательный ребенок.

– Ну, нет. Я не был образцово-показательным отличником – я всегда был хулиганом. Помню по поводу меня специально собирался педсовет – решали, что со мной делать, переводить ли вообще в девятый класс. Потому, что по всем предметам у меня были пятерки, а по поведению – двойка... И в училище меня тоже держали только потому, что я был единственный на всю батарею отличник. Из шести человек нашей компании в училище до конца, до выпуска продержался один я, наверное, только лишь благодаря тому, что хотел учиться и учился. А что касается дисциплины, то хулиганил наравне с другими.

– Самую «яркую» свою выходку помнишь?

– Да... В соседнем военном училище, «объединенке», учились выходцы из всех стран, с которыми Советский Союз в то время дружил. Сцепились с какими-то «арабчуками». Потом оказалось, что подрались с племянником министра обороны Йемена... За это двоих из нашей компании выкинули из училища. Меня ласково пожурили – на десять суток отправили на гауптвахту, но оставили.

– Когда определилась твоя специализация?

– Практически с первого курса. Я – поклонник всего восточного. Очень люблю Конфуция, уважаю буддизм. Я – человек верующий, но... Глубоко в душе считаю себя буддистом. Занимался восточными единоборствами у лучшего в то время тренера на Украине. Когда поступал в училище, это и повлияло на мою судьбу. Ведь при поступлении недостаточно сдать экзамены, даже на все пятерки. Надо еще пройти, как его здесь называли, психотест и сдать физподготовку.

В училище поступали ребята, уже имевшие серьезные результаты в спорте, – «кандидаты в мастера», «мастера спорта». Их всех отобрал к себе во взвод один офицер, капитан Бессонов, мы его называли «Бесом». Действительно – бес! Этот человек отслужил два срока в Афганистане, имел боевые награды, и после этого был направлен в военное училище.

Нас было тридцать два курсанта, но до выпуска дошли двадцать четыре... Когда у нас были занятия по физподготовке, по тактике ведения спецопераций, он всему учил нас на основе своего боевого опыта...

Получилось, что у нас один такой взвод из всего училища выпустился – несколько ребят пошли потом служить в Десантные войска, несколько – в Морскую пехоту... А я получил распределение в Московский военный округ. Сначала обрадовался – Москва!.. Но, когда приехал на место службы, оказалось, что это и не Москва вовсе. Это был учебный центр, база спецподразделения. «Зимние квартиры» у нас были в Подмосковье, а в остальное время мы базировались в очень многих местах, практически по всему бывшему Союзу, начиная от Белоруссии и заканчивая Туркменским военным округом...

– Но Москву хоть успел посмотреть?

– Уже после армии...

В Афганистане

– Так как ты узнал, что тебя посылают в Афганистан?

– У нас все офицеры проходили «обкатку» в «горячих точках». Когда я начинал – это был Афганистан. Практически все молодые лейтенанты проходили через него... Получил там свое первое ранение, первую награду и первое внеочередное звание...

– Подробнее, пожалуйста, какое ранение, какую награду и какое звание?

Через полгода после выпуска я был уже «старшим лейтенантом». Досрочно... Это на полтора года раньше, чем положено. За ранение, как офицеру, дали орден Красной Звезды. Ранение... Снайпер меня «снял». Не успел я вовремя «нырнуть» в укрытие...

– С кем тебе пришлось воевать?

– Что такое джихад? Это – война против неверных. Есть «воины ислама», моджахеды, которые и ведут эту войну. Они не бандиты, они просто воюют за свою веру. И есть душманы. «Душман» дословно с языка фарси переводится как «бандит». Это контрабандисты, которые перевозят караванами через горы оружие и наркотики. Эти воюют за свои деньги, прикрываясь священным джихадом... Что сейчас происходит на Кавказе? Зеленые повязки на головах, «зеленое знамя ислама» с написанными на нем сурами из Корана – вот это и есть джихад, это и есть моджахеды...