Подвижники и мученики науки
Шрифт:
Бой разгорелся. На Дарвина поднялась стоустая клевета, полились ушаты грязи. Вскоре за первым изданием его книги вышло второе. Появились переводы на все европейские языки, в том числе и на русский. Идеи Дарвина широкой и бурной волной разлились по всему культурному миру. Успех их рос [19] . Влияние их распространялось на все области науки о живой природе. А битвы, то замирая, то вспыхивая с большей силой, продолжались. Старое не хотело сдаваться перед новым. Новое добивало его. Как же относился сам Дарвин к этой борьбе?
19
Карл Маркс, Фридрих Энгельс, В. И. Ленин, К. А. Тимирязев, М. М. Ковалевский, И. И. Мечников, И. М. Сеченов, И. П. Павлов и многие другие наши и зарубежные ученые высоко оценили идеи Дарвина и их значение в истории науки.
Он продолжал упорно работать, расширяя базу своего учения, собирая все новые и новые доказательства в его защиту, дополняя, развивая и углубляя свои основные взгляды.
В чем же суть учения Дарвина?
Перед Дарвином стояли и требовали неотложного решения три основных вопроса.
Зная прекрасно, как хорошо многие растения и животные приспособлены к жизни в той обстановке, в которой они живут, как разнообразны те приспособления в устройстве их тела и в деятельности их органов, приспособления, без которых немыслима жизнь этих животных и растений, Дарвин спрашивал себя: откуда взялись они, как возникли и верна ли библейская легенда об их «сверхъестественном» происхождении?
Учитывая многочисленность существующих на земле семейств, родов и видов растений и животных, Дарвин задавал себе вопрос: неужели они действительно возникли все сразу и, раз возникнув, не изменялись в дальнейшем?
Различные виды животных и растений несходны не только по форме, но и по характеру своего строения: организм одних очень простого строения, других более сложного, а организм третьих исключительно сложен.
Нельзя ли предположить, говорит Дарвин, что организмы живых существ усложнялись постепенно, на протяжении многих веков и тысячелетий, и что старый, библейский взгляд, согласно которому все организмы живой природы — и простые и сложные — были сотворены одновременно, неверен и ошибочен?
В поисках ответа на это предположение Дарвин пришел к проблеме возникновения приспособлений в организмах животных и растений, а также к загадке происхождения видов и усложнения форм живой природы.
Альфред Уоллес
Решению этих трех основных проблем биологии Дарвин и посвятил всю свою жизнь, свой гениальный ум и творчески действенную волю.
В своей книге «Происхождение видов» Дарвин дал на эти вопросы глубоко продуманный, действительно научный и блестяще подтвержденный доказательствами ответ.
В чем же сущность этого ответа?
Дарвин обратил внимание на три следующих основных факта, характерных для живых организмов:
1. Все организмы благодаря переменам в окружающей их среде и изменениям в их собственном теле сами постепенно изменяются; причем эти изменения могут быть либо полезны, либо вредны для их дальнейшего существования;
2. Многие из таких приобретенных растениями и животными изменений наследственны, т. е. они переходят от родителей к детям, внукам и вообще к дальнейшим поколениям.
3. Благодаря тому, что организмы чрезвычайно плодовиты, а земля не может дать приют всем и прокормить всех претендующих на место в жизненном пиру, между организмами идет нескончаемая борьба за свет, тепло, пропитание, за возможность оставлять после себя потомство — борьба, в которой одни, с полезными изменениями в их организме, систематически, из года в год выживают, другие, лишенные этих полезных изменений, вымирают (Дарвин назвал это естественным отбором) [20] .
20
В таком понимании закона естественного отбора сказалось то, что натуралист Дарвин, плохо зная общественные науки, некритически подошел к «теориям» попа Мальтуса. Этим и объясняется ошибка Дарвина, когда он положительно оценил изобретенный Мальтусом «закон борьбы за существование» в человеческом обществе и воспользовался мальтусовскими терминами для объяснения и описания естественного отбора в живой природе.
Чему учил Мальтус? Тому, что люди (Мальтус имел в виду бедняков) размножаются слишком быстро (в геометрической прогрессии), в то время как средства существования людей возрастают значительно медленнее (в арифметической прогрессии). Утверждая это, Мальтус стремился оправдать и увековечить капитализм, обвинив трудящихся в том, что они сами создают себе нищету и страдания своим неблагоразумным размножением. Бедняки-де не учитывают бессилия общества ускорить рост средств существования.
Жизнь убедительно опровергла фальшивые «законы» Мальтуса и его последователей, как и лежащую в их основе фальшь о якобы неизменности, вечности капитализма.
Фактов, полученных естествознанием, утверждал Дарвин, вполне достаточно, чтобы раз и навсегда отбросить фантастические библейские легенды о чудесном, сверхъестественном («по слову божию») возникновении сразу всех видов растений, животных и человека и о том, что, раз возникнув, они оставались вечно неизменными.
В противовес им Дарвин дает строго научный ответ на вопрос о том, как происходит естественный процесс появления новых видов растений и животных.
Небольшие изменения, полезные для того или иного вида растений и животных, постепенно, из года в год накапливаясь, крепнут и становятся в конце концов необходимыми для жизни приспособлениями. Обладатели таких приспособлений продолжают жить и производить потомство, а те, кто не имеет этих полезных приспособлений или у кого развились вредные для жизни изменения, погибают.
Таким образом, среди животных и растений происходит выживание более приспособленных и вымирание менее приспособленных к условиям своего существования [21] .
Благодаря такому естественному отбору пригодных к жизни организмов и исчезновению непригодных изменялись виды: старые, отжившие свой век, гибли, а новые сохранялись, пока и им в свою очередь не приходилось уступать место другим видам, более приспособленным к вновь изменившимся условиям жизни.
Совершенно так же, из века в век, из тысячелетия в тысячелетие, организмы не только изменялись, но и усложнялись. Когда среда, в которой они жили, становилась по тем или иным причинам многообразнее, сложнее, тогда и победителями в жизни оказывались те виды животных и растений, у которых благодаря естественному отбору развились и окрепли изменения, нужные в новой, более сложной среде.
21
Помимо борьбы за существование, описанной Дарвином, в развитии живой природы имеется и такой широко распространенный фактор эволюции, как взаимопомощь в мире животных и растений. Здесь имеется в виду сожительство (симбиоз, мутуализм, комменсализм — застольничество) разных животных, растений, насекомых как приспособление их в борьбе за существование. Наглядным примером могут служить: перекрестное опыление цветов пчелами и шмелями, живая зубочистка у крокодила — небольшая птичка трахилус, у рака-отшельника — полип, который, двигаясь вместе с ним, питается остатками его разнообразной пищи, и т. п.
Итак, не мертвый покой, а вечное движение царит в мире организмов. Формы живой природы бесконечно изменчивы. Когда жизнь впервые появилась на Земле (не чудом, а естественным путем, силами самой природы), тогда живые существа были построены чрезвычайно просто. Но вместе с изменением и усложнением условий на нашей планете изменялись и усложнялись населяющие ее организмы. И то, что видим мы сейчас вокруг себя в мире растений и животных, — продукт долгой-предолгой истории, длившейся тысячелетия и миллионы лет.
Так была отброшена пелена, заслонявшая от людей подлинную, вечно деятельную природу, и нанесен смертельный удар библейской легенде. Мрак, царивший в умах людей, вкривь и вкось толковавших о живой природе, рассеялся.
Учение о природе, якобы созданной «словом и велением божьим» и застывшей в тех формах, которые раз навсегда придал ей «творец», оказалось освобожденным от цепей невежества, традицией и веками взращенных усилиями церкви предрассудков. А бессмертные слова Гераклита «Все течет, все изменяется, все исполнено борьбы, без которой не было бы и гармонии» стали лозунгом не только людей подлинной науки, но и всех, в ком бьются живая мысль, живое чувство природы и действенная воля к творчеству новых форм бытия.
Нужно ли удивляться тому злобному шуму, который был поднят вокруг имени Дарвина по выходе в свет его книги «Происхождение видов»?
Могли ли в самом деле церковники и подпевавшие им лжеученые примириться с таким объяснением природы, как учение об изменчивости, о наследовании приобретенных приспособлений и естественном отборе?!
Девять лет спустя после выхода в свет книги «Происхождение видов», в 1868 году, Дарвин выпускает двухтомный труд «Происхождение домашних животных и культурных растений», в котором обстоятельно объясняет, как наши домашние животные и культурные растения произошли от диких родоначальников этих животных и растений, каким путем они разнообразились и совершенствовались по воле человека.