Чтение онлайн

Фейерверк на пороге своего дома? Неужто мы действительно собираемся вести огонь из «Эрликона»?

«Пал на боевом посту…» — услышал я шепот Френссена.

Пилгрим накинулся на него. «Заткнись, придурок!»

Командир положил руку на трап. «Все ясно?»

«Да, господин Командир».

«Очень хорошо. Всплываем».

«Продуть все главные балластные танки!»

Я стоял под самым люком, когда раздался хлопок ракетницы. Кто-то еще поднимался по трапу, но я успел заметить между его боком и краем люка два огненных шара, красный и белый. Рождественское украшение — очень кстати. Я ждал, затаив дыхание.

«Хорошо,» — услышал я голос Командира. «Сигнал подтвержден. Подойдите ближе, Номер Первый. Посмотрим на наших друзей».

Стармех вглядывался вверх в боевую рубку.

«Прошу добро подняться на мостик?» — спросил я.

«Поднимайтесь!»

Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы увидеть другую подводную лодку в утреннем полумраке. Она шла в нашу сторону и ее можно было принять за дрейфующую бочку.

«Передайте наверх сигнальный фонарь, и поживее!» — распорядился Командир. Минутой спустя: «Очень хорошо, Цайтлер, вежливо представьтесь, кто мы такие».

Старшина матросов уже направил свой фонарь на другую подлодку и щелчками его створок передал наш позывной.

С другой лодки передали подтверждение приема. Затем я услышал, как снова клацает наш сигнальный фонарь. Мичман вслух прочел ответ: «U-XW лейтенант Бремер».

Цайтлер крепко стоял на ногах, каждый его мускул был напряжен в готовности передать следующее сообщение.

Командир с восторгом потер руки. «Фантастическая удача! Их наверняка ждут. Все, что нам нужно — это пристроиться за ними вослед».

Крихбаум просиял. С его плеч будо камень свалился. Провести лодку в Ла-Рошель было бы его обязанностью.

«Теперь просто надо будет подождать, пока появится эскорт. Спросите их, когда он должен быть».

Цайтлер поработал створками сигнального фонаря и через несколько секунд пришел ответ. У них наверняка был первоклассный сигнальщик.

«08:00, господин Командир».

«Теперь передайте: 'Намереваемся следовать за вами.' Они будут удивляться, почему нас вообще не ожидают. Стучаться в двери соседней флотилии должно показаться странным, особенно сегодня».

Командир не проявлял намерения объяснить им нашу ситуацию.

Во время нашего обмена сигналами подлодки сблизились. Мы были теперь на расстоянии голосовой связи. Бестелесный мегафонный голос прозвучал над водой: «Что случилось с вашим орудием?»

Мы уставились друг на друга. Командир помедлил. Даже мне потребовалось какое-то время, чтобы осознать: другие могли видеть нас столь же четко, как мы видели их, а в нашем силуэте было что-то странное.

«Чертовски глупый вопрос,» — пробурчал мичман.

Командир приложил мегафон к губам и прокричал: «Догадайтесь с трех раз!» Затем он повернулся в сторону Крихбаума и сказал нормальным голосом: «Лучше бы он выставил расчет у своей зенитной пушки. Что-то не нравится мне, как мы здесь торчим».

Крихбаум принял это как прямое указание взбодрить наблюдателей. «Да, смотрите-ка в оба!»

Неожиданно U-A сотряс приглушенный, но мощный взрыв. Я почувствовал дрожь в своих коленях. Гремучий газ из аккумуляторов, моторы, что-то не так в машинном отделении?

Командир прокричал вниз через люк: «Что случилось? Побыстрее, я жду!»

Снизу ни слова. Командир вопросительно глянул на Крихбаума. Его голос поднялся до рева. «Мне нужен доклад о повреждениях — немедленно!»

В открытом люке появилась голова Стармеха. «Никаких докладов о повреждениях не поступало».

Командир пристально уставился на него. Неужели мы все сошли с ума? Такой взрыв, и не о чем докладывать?

Над поверхностью воды в нашу сторону начал мигать сигнальный фонарь. Три рта произнесли вслух по буквам: «Н-А-С-К-О-Ч-И-Л-И-Н-А-М-И-Н-У».

«Подойти к ним ближе!»

Моя кровь похолодела. Мины редко бывают одинокими. Возможно, мы дрейфуем сейчас по минному полю.

Я направил бинокль на другую подлодку. Ничего не было заметно, кроме того, что она похоже немного осела на корму. Это не соответствовало представлению о жертве мины.

Нос U-A медленно повернулся. Они сигналили нам снова.

«Прочитать сообщение,» — приказал Командир.

«К-О-Р-М-О-В-Ы-Е-О-Т-С-Е-К-И-С-И-Л-Ь-Н-О-П-О-В-Р-Е-Ж-Д-Е-Н-Ы-Н-Е-М-О-Ж-Е-М-П-О-Г-Р-У-Ж-А-Т-Ь-С-Я».

«Я думаю, это одна из тех проклятых магнитных мин,» — сказал Командир. «Вероятно, сброшена ночным самолетом».

Крихбаум спокойно кивнул. «И не только одна, господин Командир, вы можете быть уверены».

«Дело решенное. Теперь нам придется оставаться на поверхности и дать им противовоздушную защиту».

И при этом дрейфовать по минному полю, подумал я.

Мичман никак не прокомментировал. Он продолжал смотреть в бинокль на другую подлодку, вообще не выказывая никаких эмоций.

«Крикните им, Крихбаум. Скажите им, что мы собираемся делать».

Кихбаум поднял мегафон. На его сообщение с поврежденной подлодки ответили кратким «Спасибо».

Я поймал себя на том, что балансирую на кончиках пальцев ног. В любой момент мы могли напороться на мину.

«Мичман, отметьте: '06:15, U-XW наскочила на мину.' Скажите радисту, чтобы он снова попробовал — может быть на этот раз ему повезет. Передайте: 'U-XW наскочила на мину. Не может погружаться. Требуется эскорт как можно раньше. Будем оставаться в точке встречи.'»

Мы не могли сделать ничего, кроме как ждать и наблюдать, как светлеет небо.

«Я так думаю, что у них погнуты гребные валы,» — вслух размышлял Командир. «Если же повреждены главные двигатели, то можно по крайней мере использовать гребные электромоторы».

Теперь наши спины были повернуты к востоку. Все фигуры вокруг меня выглядели такими серыми, будто их вымазали древесной золой.

Никаких шумов двигателя, никакого движения, никакой вибрации под ногами. Мы дрейфовали, как кусок дерева. Внутри меня уже полчаса как гноился страх. Молчание было хуже всего. Я не осмеливался прочистить горло. Если бы только наш двигатель работал — мне страстно хотелось услышать его снова.