Чтение онлайн

Мартин обнимал Хельгу, она что-то шептала ему на ухо. Это не были слова любви или нежности — сугубо нужная для спасения информация. Ну а шепот требовался для того, чтобы не подслушал ходивший под дверью часовой. Правда, и эта предосторожность практически была лишней. Молодые мужчина и женщина говорили между собой на родном шведском языке. Таких специалистов-лингвистов в отряде повстанцев отродясь не водилось. Но кто знает, вдруг разговор записывают, а потом дадут прослушать специалисту?

Хельга закончила шептать и отстранилась.

— Ей можно доверять? — спросил Мартин.

— А что нам еще остается? Ты хочешь поднять снаряды и отдать их Аль-Хитабу? Он же вряд ли отпустит нас живыми. Не хочу умирать молодой и красивой. Не хочу, чтобы моей могилой стало море или каменистая пустыня. Я хочу еще долгие годы быть с тобой. Родить от тебя детей.

— Так далеко не загадывай. Сейчас наша задача выжить и освободиться. Я должен посоветоваться с Карлом. Он обычно решает все сложные вопросы в нашей группе. Я только хороший дайвер, а он — менеджер.

— Это не финансовая сделка, — напомнила Хельга. — Для себя я уже решила. Мы поможем русским, русские помогут нам. В такой ситуации им можно довериться, у них есть стимул помогать нам.

Мартин вздохнул и сказал то, что обычно мужчины говорят женщинам, когда не еще знают, что предпримут.

— Не волнуйся, все будет хорошо.

— Это только слова.

— Они станут действительностью. Все понемногу меняется к лучшему. Видишь, эту ночь мы провели с тобой.

— Это западня, из которой надо искать выход, — грустно произнесла Хельга. — Я не могу расслабиться, когда за нашей дверью часовой. Он вслушивается в каждый шорох в нашем вагончике, в каждый вздох. Пытается поймать каждое слово.

— Не говори так. Я ощущаю то же самое.

В дверь вагончика постучали.

— Подъем. Время закончилось, — донеслось снаружи.

— Быстрей. Через минуту он войдет, — предупредил Мартин, уже привыкший к подобным побудкам.

Хельга, как была, обнаженная, выскочила из постели, стала одеваться. То же сделал и Мартин. Они старались не спускать глаз друг с друга. Кто мог знать, когда еще им доведется вот так увидеть друг друга. И доведется ли вообще.

Хельга еле успела застегнуть блузку, когда дверь жилого вагончика отворилась и внутрь заглянул охранник.

— Готова? — спросил он, хотя и видел, что женщина уже собралась.

— Готова, — ответила Юхансон с легким вызовом.

— Тогда выходи. — Боевик отступил от двери.

Мартин украдкой сжал руку своей подруги. Ему не хотелось выглядеть в глазах боевика слабаком. Проявление нежных чувств к женщине тот бы счел проявлением слабости.

— До встречи, — прошептал мужчина.

— До встречи, — ответила женщина.

Хельга вышла. Конвоир повел ее к выгородке для заложников. Мартин теперь был предоставлен самому себе. В пределах лагеря мужчины-дайверы пользовались полной свободой передвижения. Вскоре подошел и Карл. Мужчины пожали друг другу руки.

— Как Хельга?

— В порядке. Переживает за себя и за нас.

— Я тоже переживаю, — ответил Карл, присаживаясь на камень. — Как думаешь, Надим раздобудет инструменты?

— Тебе этого так хочется?

— Я готов ждать и месяц, лишь бы он их не нашел, — усмехнулся Карл.

Мартин дождался, пока рядом с ними пройдет один из повстанцев, и тихо проговорил:

— Хельга мне сказала… — после чего перешел на почти беззвучный шепот.

Карл слушал внимательно, морщил лоб, наконец произнес:

— Это очень интересно. Это наш шанс, но только как им воспользоваться?

— Не хватает одного «звена», и наша проблема, как его подобрать.

— Будем стараться.

— Для начала следует поискать возможных помощников среди боевиков, — предложил Мартин.

— Ты уверен, что это хорошая идея? Нас сразу же сдадут главарю.

— Уверен, среди них многие попали сюда случайно. От безвыходности. Некоторых в отряд привели идеалы, но потом они разочаровались, а обратной дороги не нашли.

— Может, ты и прав.

Мужчины еще немного посидели, поговорили, повспоминали прежнюю жизнь, которую оставили, польстившись на хороший гонорар от страховой фирмы, занимающейся выяснением обстоятельств гибели «Вест Стар», а затем разошлись в разные стороны. Бродили по внутреннему двору крепости, прислушивались к разговорам повстанцев. Атмосфера в лагере царила вполне расслабленная. Командир с самого утра уехал, пообещав привезти оборудование для подводных работ. Правда, Карл и Мартин с трудом верили, что такое возможно. Где он его раздобудет?

Карл устроился поближе к группе повстанцев, которые на костре, разложенном из обрезков автомобильных протекторов, кипятили себе чай. Подобное здесь практиковалось повсеместно. Дров не найти, купить их дорого, а вот автопокрышек на каждом шиномонтаже имелось в избытке. Хозяева еще благодарили, когда их забирали. Правда, запах от такого костра драл горло, резал глаза. Но результат достигался, вода кипела. А что еще надо неприхотливому повстанцу? Неэкологично? Нездорово? Копоть — канцероген, способный вызвать рак? Так что из того, если не можешь с точностью сказать, доживешь ли до вечера? Война заставляет людей переставать заботиться о здоровье и гигиене. И самое странное, что болезни солдат практически не берут. Болезни дают о себе знать, лишь когда наступает спокойная жизнь и есть возможность прислушиваться к недомоганиям. Как правильно говорят командиры: на войне нет больных и здоровых, есть только живые и мертвые.

Как обычно, простые, не отягощенные образованием мужчины, а таких в отряде насчитывалось подавляющее большинство, заимев пару часов свободного времени, любят затевать споры. Неважно, о чем спорить, главное — сам процесс. На этот раз у группы боевиков зашел разговор о том, почему Асад с его войсками, авиацией, флотом не в состоянии справиться с повстанцами. Самым весомым аргументом в возникшем споре являлось то, что за восставшими — правда. Но в чем заключается эта правда, никто из них не мог сформулировать. Некоторые хотя бы пытались облечь ее в общие слова.

— Мы за свободу…

— Сколько семейка Асадов нами правит? Он же не наследный монарх, должен уйти…

— Они запрещенные виды вооружений применяют…

Карл уже хотел подняться и уйти, перебравшись поближе к другой компании, где можно было бы вычислить возможного сочувствующего похищенным дайверам, как в разговор включился худощавый молодой человек. У него единственного из всех боевиков были очки с диоптриями. Наверняка испортил себе зрение в столь молодом возрасте чтением книг. Остальные, возможно, кроме Корана, других книг в руках не держали. Из сумбурного вступления Карл понял, что молодого человека зовут Ахмад, что он недоучившийся студент, интересуется историей, хотя учился на инженера-гидротехника. Он подошел к теме непобедимости издалека.