Чтение онлайн

– Это грифон, – послышался голос Вари.

Филипп посмотрел в сторону, где стоял монах. За его спиной двери Храма были теперь открыты.

– Вари! – воскликнул он.

– Многие считают грифонов мифическими существами из древнегреческих легенд, но мало кто знает, что грифоны родом из Индии.

– В самом деле?

– Да. Издавна они были с человеческим лицом и охраняли сокровища.

– Как сфинкс?

– Практически. Многие легенды о грифонах пошли их этих мест. А первое упоминание о них было найдено в пустыне Гоби.

– Где, по легенде, был Белый Остров.

– Да, Филипп, все связано. Мертвым узлом. И лишь стоит ухватиться за ниточку, тебе откроется вся бесконечная вязь мирового разума.

Филипп подошел к монаху.

– Как ты тут оказался? Раньше нас…

– Пойдем в Храм, – сказал монах. – Камень у тебя?

– Да, у меня, – Филипп последовал за Вари.

Двери храма были распахнуты внутрь, где царил полумрак и ощущался запах благовоний. Зайдя внутрь, журналист увидел, что Храм больше, чем казался снаружи, и есть еще три входа в Храм на северной, восточной и западной стороне. Внутренние помещения Храма было разделено колоннами, которые создают проходы и коридоры. На стенах были деревянные панели, испещренные текстами из разных символов на неизвестных языках. С западной стороны Храма, у стены, Филипп увидел большую статую Шивы с зияющей пустотой во лбу. Около нее стоял высокий человек в белой длинной одежде.

Филипп посмотрел на монаха, который ему кивнул.

Высокий мужчина обернулся, чувствуя приближение людей. Его лицо было вытянутым и скуластым. Волосы, белые и длинные, были зачесаны назад и спадали на плечи. Черты лица были тонкими и правильными, словно на музейных картинах, но глаза, большие и небесно-голубого цвета, таили в себе грусть и усталость.

– Здравствуйте, – сказал Филипп.

– Здравствуй, – мужчина слегка поклонился.

Журналист глянул на монаха, не зная, что делать дальше. Вари моргнул. Филипп вытащил из рюкзака алмаз и протянул его мужчине.

– Спасибо, добрый человек, – сказал мужчина, принимая камень. – Наконец-то он вернулся. Мы ждали этого много лет. Теперь путь в Агарти будет закрыт.

– Закрыт? – вырвалось у Филиппа. – Что вы имеете в виду?

– Долгие столетия камень странствовал по свету, – мужчина внимательно и пристально посмотрел на журналиста, – и все это время путь сюда, в Храм, открывающий дорогу в Агарти, был открыт! Много веков люди пробирались сюда, доходили и пытались обрести знания, которые мы бережем и поддерживаем, чтобы мир не канул во тьму.

– Сюда уже приходили люди? – удивился Филипп.

– Конечно! Не буду называть имена, но многие писатели, художники и ученые находили Храм. Путь открыт, и его могли увидеть все, кто имел хоть каплю настойчивости и чистоты в сердце.

– Так же, как и сейчас?

– Совершенно верно, – сказал мужчина, кивая. – Но как только камень будет возвращен в чело Шивы, путь будет закрыт, и никто без нашего желания не сможет попасть сюда. Лишь один из выходов Храма является входом, – сказал мужчина. – Все остальные ведут в Агарти.

– И я могу пройти туда? – осторожно спросил Филипп.

– Можешь. Ты оказал нам неоценимую услугу. Мы позволим тебе остаться.

– Остаться?

– Конечно. Как только я вставлю камень, никто не сможет покинуть Храм. Вся мудрость мира будет доступна тебе. Ты увидишь Агарти, вечный город, хранящий сущность мироздания. Люди, живущие в нем, прожили много сот лет, и ты станешь там бессмертным. Ты готов?

Филипп был ошарашен. К этому он не был готов. Но что-то колебалось внутри него. Он не мог сразу сказать – нет. Если действительно перед ним дорога ко всем знаниям и мудрости мира, и все тайны и загадки человечества готовы открыться перед ним, возможно, ради этого и стоило остаться. Но что дальше делать с этими знаниями? С кем поделиться? Кому рассказать, если все любимые им люди будут навсегда потеряны для него? Стоит ли жить, зная, что никогда не сможешь поговорить с любимым человеком? Зачем вся эта информация, если ее нельзя передать никому?

– Я не готов, – сказал Филипп.

Мужчина опустил глаза, словно давно зная ответ журналиста.

– А вот я готов, – голос Стёпина раздался в Храме.

Филипп вздрогнул.

– Что? Не ожидал меня увидеть? Думал, что тебя вот так просто птичка перенесла, а камнем стану я? – Стёпин засмеялся. – Нет, нет, милый мой! Я тоже могу закрыть глаза и перейти по мосту! Ха-ха-ха-ха! – в руке Стёпина опять чернел пистолет.

– Убери оружие, – сказал Филипп.

– Заткнись! – крикнул Стёпин. – А ты давай вставляй камень! Я хочу увидеть Агарти, и никто не посмеет меня оттуда прогнать, никогда, во веки вечные! Вставляй камень!

– Нет! Прошу вас! Нет! – выкрикнул Филипп. – Позвольте мне вернуться домой!

– Поздно, мальчик мой, поздно!

Мужчина сделал несколько шагов в сторону статуи, протянул руку и вставил камень в чело Шивы.

– Нет! Нет! Нет! – закричал Филипп и кинулся к статуе. В этот момент прозвучал выстрел.

Журналист почувствовал жжение в груди и упал на пол. Он почувствовал, как каменный пол охладил его шею и голову, а потолок Храма оказался бесконечным, уходящим далеко в небо. На его фоне Филипп увидел лицо Вари.

– Я помогу тебе, – сказал он, – первый раз за всю историю, но я тебе помогу.

– Спасибо, – прошептал Филипп. – Но со мной все кончено. Пуля попала в грудь, я ее чувствую, – журналист скорчился от боли.

– Ты в Храме, помни об этом. И я тебе помогу, – монах положил руку на лоб Филиппу, который тут же потерял сознание.

Он открыл глаза.

Белый потолок смотрел на него бесстрастно и уныло.

Повернув голову, он увидел такие же скучные белые стены и окно, за которым лил дождь. У стены, на диване сидела Карина, как всегда красивая, и его дядя.

Филипп шевельнулся, обнаружив себя лежавшим на больничной койке, а из его левой руки торчал катетер капельницы.

– Что такое? Что случилось? – Филипп приподнялся на локте.

– Филя, дорогой! – воскликнул Петр Иванович. – Ты очнулся!! Какое счастье!

Карина встала с дивана, подошла к кровати, на которой лежал Филипп, и улыбнулась. Она была в строгом сером костюме, и от нее приятно пахло чем-то свежим и цветочным.

– Боже мой, Филя, мы так волновались! – тихо сказал она, поглаживая его по волосам.

– Как я тут оказался? Что случилось?

– Это странная и запутанная история, Филя, – Петр Иванович приблизился к кровати. – Тебя нашли без сознания в Пакистане, в Мохенджо-Даро, и сообщили в посольство. У тебя была разбита голова. Врачи сильно опасались за твое здоровье и, так сказать, умственное состояние. Но теперь, слава Всевышнему, все нормально.

– Ты был без сознания три дня, – сказала Карина, продолжая гладить журналиста по голове.

– Как в Мохенджо-Даро? – нахмурился Филипп. – Меня не могли там найти! Я отправился потом в Суккур, а потом в Гималаи, мы шли в ледниках, а потом нашли Храм, ведущий в Агарти!