Чтение онлайн

— Он говорил со мной, — вмешался Валерка. — Когда пытался зачаровать. Не совсем говорил…

— Ну же, молодой человек, не тяните время. Это не в ваших интересах!

— В общем, он стал ератником очень давно. Больше тысячи лет назад. Если я правильно понял.

— Где вы нашли такую старую тварь?! — возмутился лекарь. — Впрочем, это меня не касается. Но у меня для вас плохие новости, господа. Мои бафониты с этим ядом не справятся. Чем старше ератник, тем более ядовит. Если поначалу его яд мало отличается от обычного трупного, то с течением времени он всё сильнее пропитывается эманациями зла и смерти. Жабий камень хорош против любого яда, но вы сами видите — он очищает кровь, а яд продуцирует сам себя. Это уже не столько яд, сколько зараза. У меня нет средства против такого. Боюсь, я могу только отсрочить вашу гибель, но не отменить её полностью. Запас бафонита у меня есть, но надолго его не хватит. Этот яд слишком силён, и до конца очистить кровь такими средствами нельзя

Валерке стало ужасно неловко. Не перед лекарем — перед Алисой и Демьяном. Надо ж было так подставиться! Подвёл ребят! В то, что он всё-таки помрёт, почему-то не верилось, но то, что будут проблемы — это точно.

— У вас нет подходящего средства, но вы знаете, у кого его найти? — вкрадчиво спросил Демьян.

— Наверняка — нет, не знаю. Но могу предположить, что у кого-то из клановых лекарей есть что-то подходящее. Вам нужен безуй единорога — это дорогая вещь. Скорее всего, берендеи могут обладать такой драгоценностью. По крайней мере, я слышал, к ним обращались несколько лет назад за излечением от сложного яда, и медведи помогли. Не бесплатно, конечно.

Словосочетание «безуй единорога» звучало очень подозрительно. Валерка был совсем не уверен, что ему это нужно. Несмотря на боль, парень понял — никакими безуями он лечиться не хочет. Ладно бы ещё рогом — он где-то читал, что кубок из рога единорога меняет цвет, если в него налит яд. А вот про безуй ничего не слышал и слышать не хотел. Но здесь от него уже ничего не зависело.

— Я схожу, — решительно подскочила Алиса. — Демьян, лучше, наверное, мне, правильно?

— Вообще-то с берендеями я не конфликтовал, — задумчиво проговорил упырь, — но лучше действительно тебе. А то у меня слишком неоднозначная репутация.

— Да вы о чём? — Валерка даже через накатившую в очередной раз волну боли удивился. — Мы же с кланами не в ладах. Они тебя даже на порог не пустят!

— Мы не в ладах со всеми кланами, но не с берендеями, — поправила девушка. — Они во всей этой возне не участвуют. Так что если захотят помочь — помогут. Потерпи, Валера, я совсем скоро. Их территория тут близко, я пешком сбегаю, так быстрее получится!

— Не торопись, до пятницы я совершенно свободен, — Птицын даже нашёл в себе силы, чтобы махнуть рукой.

Алиса исчезла мгновенно, будто и не было, и Валерка уточнил у упыря:

— А если не захотят помочь?

— Ничего, княже, мы что-нибудь придумаем, — и, наклонившись к самому уху больного, добавил: — Если понадобится — украдём. Я знаю, где у них находится сокровищница. Ты переведёшь меня со стороны верхнего города, и мы украдём безуй. Не переживай, князь, с этой пакостью мы точно справимся, даже не сомневайся!

Тот, кто хуже знал упыря, мог бы обмануться его беспечным видом, но Птицын чётко видел — Демьян сам не верит, что ограбление получится. И далеко не так оптимистичен, как хочет показаться.

Впрочем, опасения в этот раз оказались напрасны. Алиса вернулась всего через час:

— Валера, Демьян, нас приглашают.

В этот раз Птицын смог идти сам. Плохо, но сам. Лекарь снабдил каким-то устройством, в котором установил очередной, свежий бафонит. Предупредил:

— Лучше бы вам поторопиться. Без моего контроля его хватит совсем ненадолго.

Слегка пошатываясь, поддерживаемый под локти с двух сторон, парень вышел на улицу и обнаружил, что за ними аж карету прислали. Почему-то ждал, что придётся пешком идти. А так всё получилось гораздо проще. Молчаливый кучер свистнул лошади, та затрусила неторопливо, Валерка облегчённо откинулся на мягкое сиденье.

— Сервис какой. Чего это они?

— Не знаю, — пожала плечами Алиса. — Обычно приходится намного дольше ждать, а тут как только услышали, что помощь требуется князю Валерию, сразу отправили нарочного за распоряжениями. И карету прислали. Наверное, и в помощи не откажут.

«Да, скорее всего, не откажут, — подумал Птицын. — Вот только что за эту помощь попросят?»

Приняли компанию вежливо. В этой части тёмной стороны Валерке, по понятным причинам, бывать ещё не доводилось. Рассмотреть удалось немного — из кареты его сразу провели в «палаты каменные». Только и успел, что окинуть взглядом улицу. В верхней части города таких домов сохранилось мало, в основном на Нижневолжской, да на Покровке. Трёхэтажные, украшены богато лепниной, с белыми резными рамами. Красота! Улица, что удивительно, полностью очищена от снега, а такого даже в верхнем городе нет! Даже сейчас, когда с неба сыпался пушистый снежок, камни мостовой оставались чистыми — снег у самой земли будто сдувало куда-то в сторону и дальше, за дома. «Интересно, это какая-то магия, или просто так удачно совпало?» — успел удивиться Птицын, но потом его завели в дом, мысли о способе очищения мостовых вылетели. Внутри было как в музее. Валерка однажды побывал в усадьбе Рукавишниковых — очень похоже. Просторно, светло, красиво, самобытно. В парадной надолго не задержались. Только для того, чтобы переобуться в специальные гостевые тапочки. Вежливая молодая девушка в белом передничке даже помогла Валерке их надеть, отчего последнему было жутко неловко. Мямлить «да я сам» было глупо, а Алиса с Демьяном в тот момент тоже были заняты — тоже переобувались.

— Проходите, господин князь, — предложил мужчина в белом халате и круглых очках. С бородой клинышком. Валерка сначала подумал, что у него дежавю, потом сообразил — доктор просто ужасно похож на Антона Палыча Чехова. Просто одно лицо. — Как давно вы получили раны от ератника?

— Сегодня днём, — ответил Птицын и, бросив взгляд на часы с кукушкой возле стены, поправился: — точнее, уже вчера днём.

— Вы — сильный человек, князь Птицын. Удивительно сильный. Ваша подчинённая сказала, что ератник был очень стар? — мужчина смотрел на Птицына с искренним уважением — парень даже загордился немного.

— Да. Но меня лечили. И сейчас лечат. Бафонитом.

— Бафонит в таких случаях почти бесполезен. Не стоит напрасно тратить силы, укладывайтесь на кушетку. Сейчас мы вам поможем. Безуй уже привезли.

— Благодарю, — кивнул Птицын. — Но сначала хотелось бы знать, чем я должен буду расплатиться за вашу помощь.

— Об этом вам придётся поговорить с моим старшим. Уже после лечения. Но не беспокойтесь, ничего непосильного от вас не попросят. Услуга за услугу — не более того.

Спорить дальше сил не было, боль опять накатила, а в коленях появилась предательская слабость. Валерка даже испугался, что не дойдёт до кушетки. Однако справился. Пока укладывался, лекарь осмотрел устройство у него на голове, немного похожее на диадему, цокнул языком.

— Это ведь работа муниципального лекаря? Профессионал, судя по всему, неплохой, но отчётливо заметно, что средств и оборудования ему не хватает. Нужно будет доложить старшим, чтобы занялись этим вопросом. Тем более, господин Налим в последнее время присмирел. Ранее мы принимали большее участие в делах подданных короны, но после того, как был назначен новый государственный управляющий, он явно продемонстрировал, что справится сам. Видимо, оказался слишком самонадеян, а мы этот момент упустили…

Диадему с полностью почерневшим и уже рассыпающимся бафонитом доктор с головы Валерки снял.

— Да, определённо — ваша воля очень сильна. Мне довелось однажды быть раненым ератником. Не таким старым, как ваш, — лекарь говорил, не отвлекаясь от осмотра. Сейчас он мягко, едва касаясь, ощупывал раны на груди Валерки. — Да, определённо мой был гораздо моложе. И даже так мне пришлось пережить несколько очень мучительных часов, особенно после того, как началось лечение. Очень злой яд, он как будто содержит частичку души ератника. Сопротивляется, не желает уходить из тела жертвы. Но перед единорожьим безуем спасует любой яд.