Поедательницы пирожных
Шрифт:
— Тебя же ищут! — свистящим шепотом напомнил Конокрад, выкарабкиваясь из подушек. — Тебя подозревают в убийстве. Даже в двух! Что тебе здесь надо?
— Мне надо узнать, о чем ты собирался со мной поговорить в тот самый день, помнишь?
Марьянов ожидал какой угодно реакции, но уж точно не такой.
— Нет, не помню, — неожиданно для него заявил Аркадий и для верности помотал головой.
— Ты не можешь не помнить, — свирепо возразил Родион. — Ты на дачу ко мне притащился как раз для того, чтобы сказать нечто важное. Тебя просто распирало, как ребенка, который узнал какую-то тайну и не может держать ее в себе.
— Не надо меня примазывать к своим делишкам! — возмутился Конокрад. — Это ты сейчас на ходу придумываешь. С чего ты взял, что меня распирало?! У меня были всякие мелкие нерешенные вопросы, не спорю. Я ненавижу запускать дела, ты забыл? Я очень аккуратный и внимательный.
— Раньше ты из-за текучки на дачу ко мне не заявлялся, — процедил Марьянов, уже поняв, что ничего из Конокрада не вытянет.
— А мне показалось, — нагло заявил тот, — что ты хотел оставить мне какие-то срочные распоряжения, но не успел, так как очень торопился. Вот я и решил поехать, вдруг это важно.
— А по телефону не мог позвонить?
— Так вопросы же конфиденциальные, денег касаются. Нет, мне было несложно подъехать. Я и следователю так сказал.
Он уже совершенно успокоился и даже разрумянился как-то по-хорошему, как румянятся здоровые люди.
— А что еще ты следователю сказал? — сквозь стиснутые зубы спросил Марьянов. Ему отчаянно хотелось набить Аркадию морду.
Больной отлично знал, что босс его не тронет, и вел себя развязно:
— Еще я сказал следователю, что на даче ты был не один, а с женщинами, но я их не видел, а только слышал. И еще сказал, что с тобой с тех пор ни разу не встречался. Как считаешь, мне продолжать и дальше придерживаться этой версии или позвонить ему сейчас и проинформировать о твоем визите?
Марьянов посмотрел своему коммерческому директору в глаза, скривился, как будто надкусил зеленую сливу, развернулся и вышел. Довольную физиономию Конокрада видеть ему было противно.
Поздним вечером, уже после встречи с Петром Чижовым, Карина прилетела в квартиру Гаврюсова. Там ее поджидал расстроенный Марьянов.
— С вами все в порядке? — беспокойно спросила она, привычно расставляя на столе чашки. — Вы вылетели из больницы пулей, и вид у вас был сердитый.
— Я вам рукой помахал, — отрывисто бросил Родион.
— Помахали, да. Но все равно. Я когда вошла к Аркадию, он по телефону разговаривал. Увидел меня, сразу разговор прервал и сказал, что у него ухудшение, поэтому лучше бы я вернулась на работу. За фрукты поблагодарил вежливо, бумаги подписал — и сразу к стене отвернулся. Вы можете объяснить, в чем дело?
— Могу, — ответил Марьянов. — Дело в том, что Аркадий — скотина.
И он стукнул кулаком по столу.
— Вот это номер!
Родион коротко пересказал свою беседу с коммерческим директором и спросил у Карины:
— Ну и как вам это?
— Более чем странно. Я-то думала, Аркадий на вашей стороне, а он вон как себя повел. Интересно, почему Конокрад так обнаглел? Испугался, что на него тоже могут пасть подозрения — он же был на даче перед убийством!
— Не ожидал, если честно. Аркадий же существовал благодаря мне. И неплохо, кстати, существовал.
— Может, его Ванда накрутила?
— А этой бездельнице чего не хватает? Ее работа и зарплата в агентстве — бонус, который я плачу ее мужу. Так бы уже давно выгнал. Но все-таки почему? Он что, надеется возглавить компанию? Но это частная фирма, моя фирма, поэтому такого никогда не будет, что бы со мной ни произошло.
— Давайте не будем сейчас гадать на кофейной гуще. Надо рассказать о случившемся Пете, обязательно. А теперь я вам кое-что расскажу. Сегодня хоронили Лену. Петя отрядил туда человека — просто на всякий случай. Он мне показал фотографии присутствующих. И на одной я разглядела, знаете кого?
— Кого? — машинально спросил Марьянов, даже не задумавшись как следует.
— Панюшкина!
— Вот так-так, хорошее начало.
— А рядом с ним стоял еще один человек, которого я меньше всего ожидала увидеть.
Марьянов вопросительно посмотрел на Карину.
— Это был уважаемый всеми нами Савелий Львович, — торжественно произнесла она.
— Что он там делал? — изумился Марьянов. — Триллер не знал Лену!
— Тем не менее. С этим тоже надо разбираться. Но дело в другом! Панюшкин и Триллер общались как хорошие знакомые.
Перед небольшим уютным особнячком в самом центре города роскошные машины выстроились в несколько рядов. Шикарная дверь ежеминутно открывалась, впуская и выпуская респектабельных господ, одетых модно и дорого. На фасаде этого старого, но тщательно отреставрированного здания сверкала вывеска: «ИнWESTнефтедобыча».
На противоположной стороне улицы, в тени огромной старой липы, остановилась маленькая зеленая машина, из которой вышла молодая стройная женщина с изящным портфельчиком в руке, одетая в строгий светлый костюм. Перейдя дорогу, она вошла в здание, предъявила паспорт, и охранник, сверившись со списком, пропустил ее внутрь. Женщина прошла через турникет к лифтам, поднялась на третий этаж и нашла нужный кабинет, где ее уже ожидали.
Навстречу поднялся высокий человек лет сорока, который представился:
— Сергей Гончар, директор по маркетингу. Вы из агентства «Стратегия плюс»? Очень приятно. И какова суть вашего предложения?
Появлению Карины Крупенниковой в здании «ИнWESTнефтедобычи» предшествовали следующие события. Марьянов, который в поисках новых зацепок снова и снова перебирал небогатый арсенал добытых за это время фактов и улик, обратил внимание на одну вроде бы непримечательную вещь. Среди визитных карточек, найденных в сумочке Лены Божок, обнаружилась одна, на которой от руки была сделана какая-то неразборчивая надпись. В сотый раз тасуя визитки, Родион решил все-таки разобрать, что там нацарапано. А разобрав, озадаченно покрутил головой. Ничего себе! «Одумаешься — позвони!»
— Понимаете, — сказал он Карине, показывая визитку. — Формулировка явно угрожающая, вам не кажется?
— Ну и что? Может быть, это мужчина, которому она ответила отказом.
— Допустим. Но вот вы, как женщина, скажите — стали бы вы таскать с собой такое послание? Скорее всего, сразу же и порвали бы. Разве не так?
— В общем, вы правы, — неохотно согласилась Карина.
— Тогда, может, мы зря сбросили версию относительно Лены со счетов? Вдруг все связано с теми проблемами, о которых она говорила? Мы же о них так ничего и не узнали.