Чтение онлайн

— И ее супруг ищет реликвию в Гранаде? — спросил Авраам. — Как ему пришла в голову эта мысль?

— Кто-то дал ему совет отправиться сюда, — сказал эмир, пожимая плечами. — А что касается нас, то мы сейчас спрашиваем о ней в округе. Но то ли христианские общины в этом эмирате не обладают реликвией Перпетуи, то ли они не признаются в этом. Они ведь тоже хотят сохранить свои святыни. Вообще-то… я не хотел говорить об этом с торговцем. Если они и расстанутся с реликвией, то за очень высокую цену.

Авраам расплылся в улыбке.

— И теперь ты думаешь, что я…

Эмир подмигнул ему.

— Ты славишься умением оживлять даже коня Мухаммеда, — заметил он. — А как ты объясняешь потерю всех волосков из гривы во время полета на небеса над Иерусалимом? Но вернемся к святой Перпетуе. Это не должно составить для тебя особого труда.

Авраам снова улыбнулся.

— Но мне понадобится некоторое время на поиски. К тому же, скорее всего, львы не так уж много и оставили. Разве кошки не обгладывают каждую косточку?

Эмир кивнул с полной серьезностью.

— Разумеется, к реликвии должен прилагаться сертификат подлинности, — заявил он. — Но, я вижу, мы понимаем друг друга.

Авраам поклонился, однако его все еще не покинуло беспокойство, возникшее с момента получения приглашения эмира. Действительно ли это была настоящая причина, по которой их вызвали в Гранаду? Подарок в знак благодарности Мириам и заказ на реликвию можно было организовать и через гонца.

— Вторая моя просьба к вам является гораздо более деликатной. — Эмир сделал глоток фруктового сока и только затем продолжил: — Она потребует от вас некоторых жертв. Причем я не хочу и не буду вас вынуждать. Из своего опыта я знаю, что принуждение не приносит желаемого результата, когда рассчитываешь на дипломатические способности подданного… — Эмир перевел взгляд с Авраама на Мириам.

— Дипломатические способности? — переспросила девушка.

Эмир кивнул.

— Дело в том, что наш граф Тулузы является большим поклонником астрологии. У него всегда был придворный звездочет, но он недоволен нынешним. Что неудивительно — это дряхлый старик, который почти полностью ослеп. Он уже едва может различить звезды. А теперь в Арагоне графу сказали, что в исследовании звезд никто не сравнится с мастерами из Аль-Андалуса.

— Это правда, господин, — уверенно заявила Мириам. — Я всегда хотела стать их ученицей. Но, разумеется, они не обучают женщин — в этом отношении ситуация ничем не отличается от Запада. Поэтому мне остаются только книги.

Эмир улыбнулся:

— Вот как! Тогда есть кое-что, чем я могу тебя завлечь. Господ звездочетов я могу заставить… Но не стоит отвлекаться от графа Раймунда. Он бы очень хотел заполучить придворного астролога-мавра.

— Астрономия и астрология — разные науки, — осмелилась заметить Мириам.

Эмир с укором посмотрел на нее.

— Ты считаешь меня глупым? — спросил он строго. — Возможно, графу Раймунду это и не известно, но я знаком с основами астрономии и прекрасно знаю, что такие серьезные астрономы, как Гиппарх, не признавали астрологию. Вот поэтому у меня нет придворного звездочета и уж тем более подходящего раба, которого я мог бы просто подарить. Разумеется, в Гранаде есть люди, которые составляют гороскопы, — женщины из моего гарема ежегодно тратят небольшое состояние, чтобы узнать, подарят ли они когда-нибудь мне сына. И когда рождается ребенок, для него также составляется гороскоп — это, к счастью, обычно дает положительные результаты. Кстати, раз уж я заговорил об этом, ты ведь также зарабатываешь на жизнь составлением гороскопов.

— Неохотно, господин, — призналась Мириам. — Но дело в том, что никому не платят за открытие новых звезд и расчет их передвижений. А астролябии и телескопы — недешевое удовольствие…

Эмир улыбнулся.

— На самом деле я хотел подарить тебе золотую цепочку в знак благодарности, но вижу, что тебя делают счастливой другие вещи. Ну что ж, это упрощает задачу. Я могу гарантировать тебе, Мириам из Вены, что лучшие астрономы Гранады посвятят тебя в тайны их науки и что ты до конца своих дней будешь обеспечена самыми современными приборами, которые тебе понадобятся, чтобы открывать новые звезды.

Мириам просияла, а вот Авраам сник. Он понимал, к чему все клонилось.

— Я назову первую в твою честь! — пообещала Мириам эмиру. — Или в честь твоего первенца.

Эмир рассмеялся.

— Это было бы слишком просто. Тебе придется предложить мне немного больше. Одним словом, Мириам из Вены, я прошу тебя поступить на службу к графу Тулузы в качестве придворного астролога. Разумеется, твой супруг может тебя сопровождать. Ты тоже немного смыслишь в звездах, Авраам из Кронаха?

— Прежде всего я имею представление о христианских дворах, — неохотно заявил Авраам. — Евреям там жить опасно. Если Мириам когда-нибудь скажет что-то не то…

Эмир потер висок.

— Я полагаю, что твоя супруга обладает превосходными качествами дипломата, — сказал он. — И ей, разумеется, удастся оказывать определенное… влияние на графа мавров из Аль-Андалуса…

— Я смогу, господин, — заверила эмира Мириам.

Она всегда с легкостью относилась к перевоплощениям. Когда Авраам познакомился с ней, она путешествовала под видом христианки, хоть и не знала, как правильно креститься.

— Если этот граф вообще станет слушать евреев! — заметил Авраам. — Я настаиваю на том, что жизнь еврея при христианском дворе, не важно в каком положении, всегда будет в опасности!

Эмир кивнул.

— Я понимаю, — сказал он. — Вы… вы ведь не станете принимать ислам?

Мириам и Авраам одновременно покачали головами.

— При всем уважении к твоей вере, господин… — начал было объяснять Авраам.

Мириам улыбнулась и перебила его.

— Об этом никто не должен знать! — сказала она.

— О чем? — нехотя спросил Авраам.

— О том, что мы не мавры, — пояснила Мириам. — Если мы возьмем арабские имена, никто и не заметит, что мы евреи. У мавров ведь принято обрезание, не так ли?

Эмир кивнул.

— Если вы согласитесь на такое…

Авраам хотел возразить, но Мириам сделала ему знак молчать. Это был ее шанс, такую возможность нельзя было упускать! Она составит графу парочку гороскопов, и затем ей будут доступны небеса. Чтобы получить знания по астрономии, ей приходилось идти и не на такие жертвы. И к тому же была еще одна причина: Мириам никогда бы в этом не призналась, но, как бы сильно она ни любила их дом в Мохакаре, как бы ни радовалась тому, что в Аль-Андалусе безопасно, она уже давно начала скучать. У нее было мало общего с еврейскими матронами и совершенно ничего общего с маврскими женщинами, которые стирали белье в фонтане и бесконечно судачили обо всем. Какое-то время все было чудесно, но Мириам не хватало вызова. В своих исследованиях она не могла сдвинуться с мертвой точки, учителя отказывались обучать ее, а торговые дела Авраама шли не слишком успешно.

— Я сразу же составлю графу гороскоп! — решительно заявила она. — Даже если он не слишком будет рад услышать, что произошло вчера с тремя его рыцарями, он поймет, что звезды не лгут!

Герлин щедро одарила гонца, который вручил ей письмо с печатью Лауэнштайна. Ее сердце всегда учащенно билось, когда она ее видела, — не только потому, что ее сын редко писал, а прежде всего потому, что печать напоминала ей о прежней жизни в роли супруги графа Орнемюнде из Лауэнштайна. И о том, что ожидало ее не в таком уж далеком будущем. Глава Лауэнштайна все еще не была завершена, и она радовалась, что ее сын Дитмар также не забывал о своей родине.