Чтение онлайн

– Роже, ты действительно не понимаешь, – сказал Альбер, – профессор Лоран пока еще очень далек от этой цели. И, откровенно говоря, вряд ли он добьется успеха: ты же сам видишь, он еле на ногах держится, а на это нужны долгие годы работы и, конечно, не в одиночку. Так что сейчас можно всерьез говорить лишь о том, что у него есть и что он может сделать за ближайшие месяцы, а может, и недели... кто знает, на сколько его еще хватит при таком адском напряжении. – Альбер задумался. – По-видимому, робот Шамфора произвел на профессора очень сильное впечатление. Мне кажется, если б профессор раньше знал о том, что делается в лаборатории Шамфора...

– Вы хотите сказать, по-видимому, что достижения профессора Лорана обесценены тем, что делает Шамфор? – спросил Раймон.

– Нет, я этого не хочу сказать! – живо ответил Альбер. – Ни в коем случае! Просто, если б эти два человека не ссорились, а работали в постоянном контакте, то обоим было бы намного легче и оба добились бы еще больших успехов.

– Еще больших? – Раймон усмехнулся. – По-моему, они и так чудеса творят.

– Конечно... – Альбер задумался. – Конечно, чудеса...

Раймон нервно барабанил пальцами по столу. У него просто руки чесались написать об этих чудесах. Сесть бы сейчас за машинку, да такой репортаж отстучать, чтоб газету из рук рвали!

Роже встал и начал собирать со стола.

– Ты мне одно скажи: есть польза от того, что делает твой профессор, или нет? – спросил он, унося посуду к раковине.

Альбер встрепенулся.

– Есть! – горячо сказал он. – Конечно, есть! Это просто бесценные опыты и для медиков, и для кибернетиков. Не говоря уж о том, что не мне, с моими куцыми знаниями, решать, правильный путь избрал профессор Лоран или неправильный. Мне показались убедительными слова Шамфора, это верно; однако не следует забывать, что профессор Лоран сделал то, чего никто еще на свете не делал и что всякому покажется чудом. Вы же видели, как был потрясен Шамфор, увидев лабораторию, – а он-то знал заранее очень многое, он работал на профессора Лорана... Да и вообще, наука не может всегда думать только о практической полезности открытия. Если б человечество всегда рассчитывало на прямую, непосредственную пользу, оно бы мало, чего добилось! Вон русские запускают спутники, посылают ракеты в космос – какая ж тут для них прямая польза?

– Ну, это другое дело, – сказал Раймон. – Это для пропаганды.

Альбер посмотрел на него и пожал плечами.

– Что же можно пропагандировать таким образом, интересно? Скажу вам прямо, Жозеф: мне ваши замечания не нравятся. Вы кто по убеждениям?

– Я? Да никто. Я не принадлежу ни к какой партии. А вы?

– И я ни к какой партии не принадлежу. И вообще политикой не занимаюсь. Но я заметил одно: если человек нападает на Россию и на коммунистов, то от него можно ожидать всяких неприятностей. Уж не знаю, почему это так, но на опыте это проверено.

Роже бросил посуду и подошел к ним, держа мочалку в мокрых дымящихся руках.

– Альбер верно говорит, – сказал он, угрожающе сощурив черные глаза. – Я лично это тоже заметил.

– Постой, Роже, не надо ссориться, – вмешался Альбер. – Мы все тут связаны общим делом, все подвергаемся опасности... Жозеф к тому же родственник хозяйки дома...

Этого не следовало говорить. Роже сразу, что называется, взвился.

– Такой же родственник, как и я! – вызывающе сказал он. – А ну, выкладывай начистоту, как ты сюда попал! – Он прыгнул к двери и заслонил ее своими широкими плечами. – Не уйдешь, пока не скажешь!

– Это глупо, – с достоинством проговорил Раймон. – Вы можете, в конце концов, спросить мадам Лоран...

– А чего это я буду мучить бедную девочку? У нее и без того хватает горя! А тебе и вовсе стыдно за ее юбку прятаться! Отвечай сам, как полагается мужчине!

– Послушай, Роже... – вмешался было Альбер.

Но Роже не собирался отступать.

– Не виляй, парень! – настаивал он. – Никакой ты ей не племянник, Роже Леруа не обманешь, и никакой ты не Жозеф. Давай начистоту: какого черта тебе понадобилось в этом доме и чего ты морочишь голову Луизе?

– Какая она вам Луиза? – надменно сказал Раймон.

Он лихорадочно обдумывал, как поступить. Он понимал, что этот проклятый Роже не отвяжется...

– А что, она, значит, только тебе Луиза? – ехидно спросил Роже. – Вот и объясни, почему так получилось.

– А по какому праву вы требуете объяснений? – все так же надменно возразил Раймон.

– Послушайте, приятель, – сказал Альбер: он уже понял, что подозрения Роже справедливы, – мы тут взялись за очень опасное дело. От поведения одного может зависеть жизнь остальных. К тому же профессор Лоран надеется, что мы сохраним в тайне то, что увидели здесь. За себя и за Роже я ручаюсь. А насчет вас мы, вполне понятно, хотим выяснить, что вы собой представляете. Вы лучше сразу откройтесь нам, а потом вместе обдумаем, как быть.

Раймон проклинал себя за то, что не предвидел такого разговора и не условился с Луизой о другой версии. Конечно, легко заметить, что их отношения не похожи на родственные...

– Разрешите мне немного подумать, – сказал он. – Через час возобновим разговор.

Но Роже только шире расставил ноги и покачался из стороны в сторону, стоя в дверях.

– Чего там думать? – сказал он насмешливо. – Забыл, как тебя зовут, что ли?

Раймон вынул сигарету, закурил. «Пожалуй, ничего тут не поделаешь, этот чертов моряк прицепился, как клещ, – думал он. – Их двое... Если выскочить в окно... Нет, догонят, пока откроешь калитку. Да и вообще – бросить Луизу так грубо, после этого разговора... и подвести ее под удар... если профессор узнает, что она была в сговоре с Пейронелем... нет, это уж просто свинство...»

– Ладно, – сказал он, отходя от двери. – Я действительно не родственник мадам Лоран, и зовут меня не Жозеф, а Раймон. Раймон Лемонье. Но, если вы скажете профессору, как и зачем я появился у него в доме, он не простит этого жене... ей придется плохо...

– Вы что, ее прежний поклонник? – спросил Альбер.

– Я познакомился с Луизой Лоран всего днем раньше, чем вы. Я объясню, в чем дело. Но прошу вас – ни слова профессору. Поймите, так будет лучше. Иначе произойдет катастрофа, вы же видите, в каком состоянии профессор...

Роже пробормотал: «Вот черт, за один день. Ну и ловкач!» В голосе его звучало восхищение. Альбер толкнул его в бок – Роже неисправим, он все о своем.

– Ну что ж, мы слушаем, – сказал Альбер.

Выслушав рассказ Раймона, они озадаченно переглянулись.

– Вот так штука! – сказал Роже. – Выходит, ты только и ждешь случая, чтоб все разболтать в своей газетенке и зашибить на этом деньгу?

– Все обстоит не так, как вы думаете, – нервничая, ответил Раймон. – Поймите, я пока ничего не пишу и не собираюсь писать. Да и шеф этого не хочет. Ведь сейчас это может повредить Луизе, а ради нее меня и послали сюда. Больше всего ради нее, понимаете?

Роже скептически ухмыльнулся, но промолчал. Альбер сказал:

– Все-таки очевидно, что ваше пребывание здесь очень опасно для профессора Лорана. Кто знает, что решит завтра ваш шеф, не соблазнится ли он такой крупной сенсацией?

– А Луиза? – возразил Раймон.

– А что – Луиза? Допустим, ваш шеф предложит ей уйти от мужа, чтоб избежать несомненно грозящей ей опасности. Вы уверены, что она не согласится?

– Уверен, – твердо сказал Раймон, слегка краснея под насмешливым изучающим взглядом Роже. – У Луизы очень сильно развито чувство долга. Она не оставит профессора в опасности.