Поединок с тенью
Шрифт:
Дженевра широко раскрыла глаза, уловив сокровенный смысл, который он вложил в свою улыбку.
– Роберт! Супруг мой! – Дженевра прильнула щекой к его груди, обильно омочив ее слезами.
Роберт почувствовал на коже влагу, и мускулы его напряглись.
– Вы плачете? Ведь ничего страшного не случилось.
Дженевра конвульсивно сглотнула и крепче сжала его руку.
– Муж мой, простите меня, но эти слезы выражают благодарность за сочувствие, которого я не ожидала, – сказала она, и он явственно распознал в ее голосе недомолвку.
Ровное биение его сердца, которое она ощущала щекой, убыстрилось. Дженевра почувствовала, как он коснулся рукой ее спутанных волос. И когда он ответил ей, голос его прозвучал как-то сдавленно – видимо, ее муж с трудом сдерживал смех. Роберт притянул ее поближе к себе.
– В таком случае все в порядке, моя маленькая монашенка.
Он смеялся над ней, однако в своем радостном возбуждении Дженевра не обратила на это внимания.
– Я никогда не была монашенкой! – возразила она с притворным негодованием. Потом рассмеялась, в тон его добродушному подшучиванию. – А теперь и вовсе утеряла вкус к воздержанию.
Через два дня вернулся гонец из Тиркалла. В пути он провел один месяц и один день. Все сидели в зале за обедом, когда он вошел. Преклонив колени, он передал письмо в собственные руки Сен-Обэна. Роберт не сразу сломал печать, а поднялся по ступенькам в свою комнату.
Дженевра проводила его взглядом. На лбу ее наметилась легкая морщинка. Она не знала, идти ли ей за мужем, но потом решила, что разумнее оставить его наедине с посланием. «Похоже, именно этого он и хочет. Он расскажет мне об ответе матери, когда сочтет нужным. Займусь-ка я лучше починкой старого гобелена. Вместе с Мег».
Похорошевшая от своего супружеского счастья Мег принялась помогать хозяйке.
Гончие псы тоже остались с ними в зале – они слишком разомлели от еды, чтобы следовать за хозяином. Никакой вины псы за собой не чувствовали: Сен-Обэн уже давно внушил им, что Дженевра – их хозяйка и что они должны охранять ее в его отсутствие.
Собаки ревностно следовали внушению, они не отходили от Дженевры ни на шаг и рычали, стоило какому-нибудь незнакомцу приблизиться к ней. Особенно они свирепствовали вначале: псы еще не знали ни слуг замка, ни воинов гарнизона. Дженевра очень привязалась к своим защитникам.
Когда Роберт вернулся в зал, она, оторвавшись от работы, глянула на мужа. Ей часто бывало трудно судить о его реакции, но сейчас обычно суровое лицо Сен-Обэна освещалось легкой улыбкой. Дженевра только теперь поняла, как она была напряжена во время его отсутствия.
Роберт, казалось, не торопился. Он медлил с сообщением и отправил несколько слуг по разным поручениям, прежде чем подойти к ней.
– Хорошие новости, милорд?
Он сел на табурет, стоявший рядом с ней, и передал жене письмо.
– Мои родные вне себя от радости, что я наконец снова женился. Матушка и сестра Алида посылают мне поздравления и желают нам всяческого счастья. – Он потрепал за ухо Авеля, который положил морду ему на колени. – Прочитайте письмо, миледи. Они ждут не дождутся, когда мы вернемся в Тиркалл, чтобы с почестями принять в семью новую леди Сен-Обэн.
При посторонних Роберт по-прежнему старался сохранять с женой официальный тон. И только иногда он случайно забывался и обращался к ней по имени. Однако теперь Дженевра могла крепко держаться за те интимные наслаждения, которые они оба испытывали в своей уединенной постели.
– Я рада, – тихо ответила она не очень уверенный тоном, однако Роберт вполне удовлетворился ее ответом. Она посмотрела на него. – Нужно ли мне написать им? Чтобы поблагодарить за все их пожелания.
– Да, будьте так добры. Мне тоже надо написать о некоторых делах. Мы можем отправить наши письма вместе. Я пошлю с ними своего конюха. Он нужнее там, в моих конюшнях, а здесь его заменит Бернард. Вы не станете возражать, если ваш грум будет отвечать за конюшню, пока мы остаемся здесь?
– Нет, милорд! И Мег будет в восторге.
– Вот и славно. А то моему конюху не терпится вернуться к своей семье в Тиркалл.
Дженевра приветливо кивнула.
– Я утром же напишу вашей матери и сестре, – пообещала она.
Как и предсказывала Дженевра, Мег пришла в восторг от продвижения супруга по службе и поспешила поблагодарить барона.
Письма были отправлены на следующий день, и безмятежная уютная жизнь в Мерлинскрэге потекла дальше. Только иногда Дженевру мучила скрытность мужа, временами граничившая с безразличием. Он по-прежнему время от времени уезжал на охоту в Эксмор в сопровождении одних только сквайров и оруженосцев. Ей волей-неволей приходилось мириться с тем, что он лишал ее своего общества. В свои союзники Дженевра решила избрать терпение.
Зато ночью она отбрасывала все тревоги. Рвение Роберта не уменьшалось. А ее собственная отзывчивость изумляла ее самое. Она смотрела на завешенную пологом кровать как на приют радости и надежды. И все чаще они засыпали в объятиях друг друга.
Прошло еще две недели. Супруги стояли посреди кишащего слугами двора, готовясь сесть на лошадей и, взяв с собой гончих псов и соколов, отправиться на охоту. И тут со стороны ворот раздался звук рожка, возвещающий о прибытии гонца. На его флажке красовался герб Сен-Обэнов. Гонец спешился со своей покрытой пеной лошади и, вытащив мешок с почтой, преклонил одно колено на покрытом жидкой грязью дворе.
– Ступай в зал, там тебя угостят – кружкой эля, – сказал Роберт, взяв у гонца мешок и отпуская его. – А ты проследи, чтобы лошадь покормили и дали напиться, – напомнил он Бернарду.
И, только отдав эти распоряжения, он открыл мешок, вынул пергамент и сломал печать. Лошади в нетерпении били копытами, свиньи хрюкали, цыплята пищали. Роберт читал, и беззаботное выражение постепенно покидало его лицо. Лоб прорезала глубокая морщина, брови сдвинулись.
– Это от моей сестры, – наконец сказал он. – Конечно, письмо написал ее секретарь, ведь она не видит. Здесь стоит лишь ее подпись. Она выучилась грамоте до того, как с ней случилось несчастье, и может начертать свое имя, если ее руку поставить на нужное место.
Дженевра, уже догадавшаяся, что письмо не из приятных, все же спросила:
– Дурные новости?
Роберт скомкал пергамент в руке.
– Ничего хорошего. Матушка заболела и просит меня приехать. Я отправляюсь в путь немедля.
– Разумеется, – сказала Дженевра. – А я поеду с вами?
– Нет, жена. Я буду гнать без передышки. В следующий раз мы поедем вместе. Я хочу, чтобы путешествие в Тиркалл вам понравилось.
Он повернулся к своим воинам, чтобы отдать распоряжения, быстрые и резкие, как полет стрелы. Подготовить эскорт и провизию. Оседлать самых быстрых коней. Никаких вьючных лошадей. Все вещи положить в седельные сумки.