Чтение онлайн

– Ты хоть кого-нибудь любишь, Марк? – выдохнула Канарейкина, растопырив пальцы, толкая его ладонью в грудь, заставив отступить еще на шаг. Ощущение беспомощности, навалившееся после всех сказанных слов, надавило на плечи. Вспылив, не думая, только после осознала всю степень идиотизма такого поступка. История с Антоном ясно показала. Что прощать Марк Тасманов за несправедливые обвинения не умеет. Может он не любил ее, но свою семью точно ценил, глупо было обвинять его совсем уж в бесчувственности и сомневаться в нем самом.

На душе стало пусто, на сердце тоска. Сейчас уйдет, бросив тут посреди двора вместе с собакой и сведет все разговоры к минимуму. Не будет приезжать на звонки, не станет выручать из проблемных ситуаций. Никаких больше сумасшедше-сладких поцелуев, ласк и настоящего веселья. Канарейкиной себя захотелось пожалеть, пусть совсем немного.

– Ты дура что ли? – задал совершенно спокойным тоном вопрос, прерывая печальные измышленные, часть из которых Настя умудрилась даже высказать вслух сама того не заметив. Обиженно надулась, скрещивая на груди руки.

– Чего «дура» сразу? – возмутилась в ответ. – Я – девушка. У меня по природе в голове каша из феерии эмоций. На пике активности осенней депрессии, могу и не такое выдать. Мог бы вообще-то хотя бы сочувственно обнять, - фыркнула, пихая вновь, однако в этот раз ей не дали оттолкнуть себя. Наоборот притянули ближе, крепко обвивая руками. Выдать еще одну гневную тираду тоже не вышло – рот оказался заткнут, отчего подбежавшая к ним Стася тявкнула, припав к земле и заскулив от собачьего смущение. Из обычного прикосновения, поцелуй превратился в настоящий эротический танец двух соперников. Языки столкнулись, попытки Насти выдрать запястья из крепкой хватки не увенчались успехом. Ей лишь позволили положить их широкие плечи. Одна ладонь парня легла ей на ягодицы, обтянутые джинсами, а вторая обхватила затылок, не давая вырваться или отвернуться.

– Здравствуйте, уточните, пожалуйста, вас возраст и весовую категорию, - проскандировал над головой компьютер из динамика, стоило Марк прижать ее спиной к перекладине, спускаясь поцелуями ниже на шею и пробираясь ладонями под футболку с расстегнутой курткой.

– Нормальные парни сначала девушек на свидание водят, потом распускают руки, - простонала, стоило пальцам пробраться выше по животу, медленно поглаживая кожу.

– Так у нормальных парней и девушки адекватные, - промурлыкал ей на ухо, потянув мочку уха. – А ты у меня начисто на голову отбитая.

– Я тебе сейчас врежу.

– Вот о чем речь веду. Никакой тяги к нормальным отношениям, вечно в БДСМ скатываешься, - вдохнул, обжигая дыханием шею, больно укусив, оставляя очередную отметину. Она замерла, услышав тихий шепот на ухо:

– Была бы чуть менее избалована, привыкнув к тому, что все вокруг тебя прыгают, давно бы поняла, кого я могу любить. Буквально позволяя любой каприз. Подумай, Принцесса. Ты же у меня умная.

Настя распахнула широко глаза, затаив дыхание и в этот момент на телефоне в кармане сработала сигнализация. Оповещающая система ее новенькой Ауди среагировала на что-то и это не было простой случайностью. Марк отодвинулся, перехватывая у нее из рук Айфон, дабы подключится к бортовой системе компьютера. Набирая код доступа.

– Эй! Это вообще-то моя машина! – возмутилась было и тут же нахмурилась, увидев, как Тасманов буквально изменился в лице, прочитав данные. – Что там? – с любопытством сунула нос, но ничего не увидела. Марк сунул ей телефон обратно в руки, бросившись в сторону подземной парковки жилого комплекса, рявкнув на ходу:

– Стой тут!

– Что? Марк! – окликнула его, ошарашенно переведя взгляд на экран и в ту же секунду не поверила своим ушам. Прямая трансляция, фиксирующая запись с камер наблюдения на парковке записывала видео, как некто в уродливой маске разбивал лобовое стекло ее Ауди битой, показав камере средний палец и достав из внутреннего кармана куртки баллончик с краской.

Сжала крепко пальцы, зашипев сквозь зубы:

– Да я же тебя из-под земли достану, урод!

На красном капоте белыми кривыми буквами появилась надпись: «Шл*ха».

– «В его груди затрепыхались умирающие бабочки постепенно гаснущего удовольствия. Одна из самых лучших ночей в его жизни состоялась сегодня. Он с леди Ровеной…», - процитировал Елисей, не дав сестре отобрать у себя Айфон. Смех прорывался наружу, пока обиженная Настя пыталась подцепить пальцами край плоского экрана.

– Отдай!

– Не, не могу, - заржал Канарейкин, возвращая Айфон обратно с открытой на середине книгой. – Ты серьезно? «Пылающая леди» - это какой-то кастрированный любовный роман в духе средневековья для 14-летних дурочек? Тебе сколько лет?

– Чего пристал вообще? Это классика любовных романов! Чтоб ты понимал, Лиза Майер пишет очень душевные любовные сказки, - насупилась девушка, пихнув ногой брата под столом. Тот захохотал еще громче, привлекая взгляды посетителей кафе. Девушки то и дело заглядывались на парня, парни с раздражением тихо переговаривались, не смея сделать замечание, а работники наоборот с флегматичностью продолжали свою работу. Дети начальника – неприкосновенная элита, особенно это касалось наследника, в чьи руки должно было перейти миллионное состояние Павла Канарейкина по многочисленным слухам. Так что его дети вполне могли позволить себе выбрать лучший столик с видом на зеленую террасу, наслаждаясь уединением за специальными резными ширмами и смеяться сколько душе угодно.

– «О, мой господин грез моих, я больше не могу этого выносить», - передразнил главную героиню Елисей, пытаясь сделать собственный баритон на тона выше. Вышло еще комичнее, чем если бы он заговорил женским голосом.

– Надо было сдать тебя на органы, когда ты вымахал таким тупым кабаном! – прорычала Канарейкина, замахиваясь электронным меню, едва не раскрошив экран из полимерного стекла о светлую макушку.

– Брось, мелкая, кто бы сейчас таскал твои многочисленные пакеты и подарил тебе тачку? – хмыкнул Лиса, кивнув на разноцветные бумажные пакеты с эмблемами различных известных брендовых магазинов. Ими был буквально завален соседний диванчик, отчего Настя фыркнула, аккуратно сдвигая кучу ближе к краю, недовольно бурча:

– Все равно какой-то му… олень испортил мне машину, - от этих слов на глаза буквально слезы навернулись. Она так ее хотела, уже мечтала, как сама станет водить, попробует быть не только безмолвным пассажиром, но и водителем. При мысли о вредителе пальцы сжались в кулак, будто в нем была шея преступника. Злонамеренное причинение вреда имуществу Канарейкиных и порча репутации всколыхнули в СМИ целую серию статей о вражде с конкурентами да старыми врагами Павла Канарейкина. Желтая пресса с большим удовольствием смаковала эти новости. То писали о разрыве помолвки Насти с сыном бывшего мэра, затем о том, что все это происки тайной любовницы ее отца. Свобода слова докатилась до свободного вранья, даже в группе на нее косились, а некоторые прямо интересовались что за войны происходят в элитном кругу России. Люди обсуждали, поливали грязью, писали мерзкие комментарии, считали деньги, кричали о воровстве, в очередной доказывая сколь страшна порой зависть тех, кто ничего толкового добиться в жизни не смог. Одни выдвигали предположения, что авария положила всему начало. Несколько телешоу перетерли этот вопрос с горячей темой «Мажоры и их опасность для общества». Никому не было дела, что не они с Марком были виновниками происшествия. Богаты – априори виноваты.

– Пишут, что наш отец разругался с Тасмановыми, - хмыкнул Елисей, разглядывая новости, отчего Настя поморщилась, скривившись, помешивая сахар в кружке.

– Зачем читать эти мерзости? Они уже дошли до того, что катают статейки будто наша мама изначально была влюблена в дядю Ярика и ты его сын! – взорвалась девушка, ткнув в него ложкой, на что Елисей только усмехнулся, покачав головой.

– Я просто забил, смысл злится? Они будут обсасывать эти темы пока чего поинтереснее не появится, - отозвался как можно равнодушнее. – И мне сказали, что, если опять попытаюсь запихнуть в задницу какому-нибудь журналисту его записывающие наушники, мне несдобровать, - передернул плечами Лиса, стряхивая невидимые пылинки со своего зеленого джемпера. Настя нахмурилась, разглядывая старшего брата. При всем желании ничего общего с Ярославом Тасмановым, за исключением возможно волос, найти там было нельзя. Отцовские глаза, нос, губы, волевой подбородок. У них даже голоса были похожи, а уж о характере вовсе говорить нечего. У Елисея не было той утонченной ангельской красоты мужчин Тасмановых, сводящих женщин с ума одним взмахом ресниц. Зато он обладатель бешеной харизмой и взрывным характером с невероятным чувством юмора.