Поэмы. Драмы
Шрифт:
В пропасти воздуха за мотыльком...
Ведь не земля ее дом,
К нам прилететь не торопится;
В сиром же сердце моем
Копится горе и копится.
Лили
(впорхнув к ней в дверь) Здесь твоя Лили унылая,
С Лили незримой давно ты вдвоем;
Но, госпожа моя милая,
Редко веселую весть принесем
С неба мы, неба изгнанники,
К вам, домогильные данники
Болей и слез и беды.
Андана Вняла ли ты приговору судьбы?
Есть ли надежда?
Что? оживет ли Булат?
Лили Счастлив, Андана, невежда,
Тот, для кого неземные — молчат.
Андана Что говорили
Сестры твои?
Нет, ничего не таи:
Истины требую, Лили![228]
ЯВЛЕНИЕ 4
Та же беседка. Даша и Лили, полузакрытые облаком, парят перед истуканом Булата; потом Андана с сыном. Ночь.
Лили Три долгие, тяжкие ночи
Без сна ее тусклые очи;
Не ест трое суток она.
Как тень, она бродит,
Покоя нигде не находит,
Страшна, безобразна, бледна.
Но вот проглянула луна;
Она к истукану подходит.
Входит Андана, останавливается перед статуей, потом, обнимая ребенка, падает в бессилии на ближние кресла.
Даша
(шепотом) Слушай, слушай, истукан!
Я палач твой, я твой вран;
Слушай, новый Промефей:
Ад в огне моих речей!
Жаль тебя или не жаль,
Бесполезна тут печаль:
Мучить я тебя должна;
Эта часть мне суждена.
Слушай, слушай, истукан! — и пр.
Нож в руке ее сверкнет,
Грудь младенцу раздерет:
Но, дитя свое губя,
Не спасет она тебя...
Слушай, слушай, истукан! — и пр.
Дух-то человека смел;
Да всему, всему предел;
Тесен круг возможных дел:
Слабость смертного удел.
Слушай, слушай, истукан!
Лили Ты, владычица, страшна!
Даша Мучить я его должна.
Лили Что же с нею, бедной, будет?
Даша Сон земной она забудет.
Там за гранию земною
Места нет земному зною.
Скрываются в волны облака.
Ребенок Что так трепещешь ты и проливаешь слезы?
И отчего, терзаясь и стеня,
Так крепко жмешь к своей груди меня?
А иногда какие-то угрозы
Лепечешь?..
Андана Тсс, дитя! молчи!
Ребенок Я замолчу, но ты меня пугаешь, мама!
Андана В святыне этого божественного храма
Жить будут некогда и совы и сычи!
Да! скаредный отец украдет лик священный
Из церкви, запустенью обреченной...
Мне дан короткий, малый срок:
Завянули мои все жизненные силы,
А без меня корысть, бесславье, грех, порок...
О! лучше же во мрак таинственной могилы
С собою вместе почивать
Свое дитя возьмет заботливая мать!
Ребенок Да, мама! спать пора... С тобою вместе ляжем?
Андана Со мною... Неразлучны будем мы
В объятиях безмолвной мирной тьмы...
Ребенок К Булату подойдем, «прощай!» Булату скажем.
Зачем же чашу ты берешь?..
Андана Нужна.
Ребенок Как, мама, ты бледна!