Чтение онлайн

С 1992 года изучение Библии предусмотрено государственной программой по литературе. Возвращение к Библии плодотворно и важно, так как каждая из ветхозаветных и новозаветных книг занимает свое место в истории человечества, каждая внесла свой вклад в картину мира, которая служила ориентиром для самоопределения человека в мире на протяжении многих веков.

Библия – ценнейший памятник древней литературы и этики. Библейские сюжеты, образы использовались в множестве произведений искусства более поздних эпох. Библия – самая распространенная в мире книга, она переведена на 1907 языков, она была первым печатным русским и зарубежным произведением.

Все это подчеркивает важность правильного подхода к изучению Библии, предостерегает учителя от превращения уроков литературы в уроки закона Божия. Наша цель не в том, чтобы учащиеся знали наизусть отрывки из Библии, и не в том, чтобы превратить школьников в христиан, а в том, чтобы дети поняли, что Библия – один из источников современной европейской цивилизации, развития мысли современного человека.

Поскольку Библия стала предметом школьного изучения только несколько лет назад, то безусловно, что беседы о ветхозаветных и новозаветных текстах очень сложны для учителей, воспитанных в эпоху тоталитарного атеизма и плохо знакомых с историей религии, философии, искусства. Поэтому хотелось бы предостеречь учителей от некоторых сознательных и бессознательных ошибок при изучении библейских текстов.

Первая и самая главная ошибка – отход от текста. Вместо величия, пафоса и простоты библейского текста, который столь ценил А. С. Пушкин, детям предлагается дидактическая проповедь: «Кого же еще хвалит Спаситель, называет блаженным, и кому он обещает Царство Небесное? Кротким, незадорным, кто говорит правду, делает добро, милостлив к бедным, чист сердцем, ничего не думает худого, ни с кем не ссорится, а старается других помирить, когда они сердятся друг на друга…» Все это, может быть, и верно, но психологи утверждают: «Юношеский (и подростковый) интеллект не удовлетворяется готовыми формулами, а стремится открыть или создать их заново.

Догматические назидания, каково бы ни было их содержание, не способствуют переходу юноши (и подростка) на более высокие уровни нравственного развития и поэтому, в качестве естественного противоядия, порождают иронию и скепсис». [1]

Другой ошибкой является раздробление в подаче материала, которое и необходимо (с чисто педагогической точки зрения: существуют тексты «Книга Эсфирь» или «Апокалипсис», которые пятиклассникам, в силу их возрастных особенностей, читать не рекомендуется), но и порочно, потому что Библия – единое произведение, и необходимо сделать все возможное, чтобы если не хронологически, то хотя бы в контексте мировой культуры создать впечатление единства библейских текстов, для этого и создана «Сквозная программа поэтапного изучения Библии в контексте русской и мировой литературы для 5-11 классов».

Библия – книга, написанная в течение веков разными авторами, преследующими разные цели, ставящими разные задачи; включает в себя различные произведения от боевых песен матриархата «Песни Деборы» до утонченнейшего эпистолярного жанра эпохи эллинизма «Деяния и послания апостолов». Разнообразие необходимо подчеркивать, но нужно найти что-то главное, что объединило бы разновременные и разнородные тексты, должно было бы стать истоком развития мысли современного человека.

Библия – удивительная книга, которая отличается от других религиозных книг.

Во-первых, это книга, которая отразила объективно происходящий со всеми народами сложный, противоречивый процесс, начавшийся задолго до написания Библии – становление человеческой личности, определение ее соотношения с коллективом, народом, личной и коллективной судьбами. История сложилась так, что именно эта проблема стала главнейшей в Библии.

Учащимся необходимо знать, что древние евреи (создатели ветхозаветных и части новозаветных преданий) – средиземноморский народ. Каждый из народов Средиземноморья сделал вклад в развитие основ мировой Цивилизации. Древние евреи использовали духовную нишу, в которой могли созидать самостоятельно, ибо другие «ниши» были заняты: древние евреи участвовали в строительстве пирамид, но только в качестве рабочей силы, так как проектировали их египтяне; евреи были великими библиофилами, но еще большими книжниками были древние армяне; евреи почти не занимались изобразительным искусством и светской литературой, это был удел древних греков; они занимались юриспруденцией (заповеди, второзаконие), но более тонко и базово эти проблемы разрабатывали и решали древние римляне. Живя в гуще средиземноморской культуры, древние евреи что-то делали не хуже, а что-то хуже, чем другие народы, но им удалось найти «нишу» в духовном строительстве европейской культуры – проблему человеческой личности. Путь древнееврейской культуры к человеку, личности, индивидуальности, к пониманию процесса развития личности и общества был сложен, это был, если можно так выразиться, «путь через верх». Именно на долю евреев пришлось создание особой религиозной системы – монотеизма. Религии других народов были политеистическими и слишком устоявшимися. Система богов была строго выстроена и необыкновенно устойчива. Конечно, проблемой монотеизма занимались не только евреи (египетский фараон Тутанхамон еще в XV в. до н. э. совершил индивидуальную попытку решения этой проблемы, которая закончилась неудачно; через философские рассуждения много веков спустя к этой проблеме подошел Платон), но никогда и нигде эта идея не имела такого всеохватывающего значения, как у евреев. Библия отражает далеко не идеализированный путь к единому богу, путь сложный, противоречивый, полный зигзагообразных движений и возвращений назад (эпизод с Моисеем, разбивающим божественные скрижали, глядя на народ, создавший очередного золотого тельца). Однако, путь к монотеизму был устойчивым, постоянным, упорным.

Для нас важен не сам монотеизм, как форма религии, а то, что народ создавал образ единого бога как образ некоего «надчеловеческого человека». Это абсолют, в котором абсолютизируются черты субъекта, личности. Подобно античной судьбе, он бессмертен, могуч, но подобно человеку – способен на ненависть и презрение, сочувствие и переживание, а главное – на диалоге другими людьми. При всем кажущемся качественном отличии Ветхого завета от Нового в нем сохранилось главное: глубокий интерес к Богу как личности, тем более теперь, в Новом завете, на первый план выдвигается Богочеловек со своей биографией, личной судьбой, переживаниями, проблемами, горестями и радостями, рождением и смертью. Художественный образ Иисуса Христа стал гениальнейшим завершением не только образа единого бога, но и явился одним из самых ранних этапов осуществления мечты о «положительно прекрасном человеке» (Достоевский). Конечно, работа над образом бога была сопряжена с глубочайшим переосмыслением древних мифов, предшествующей традиции и не только восточной, но и всей средиземноморской. История сложилась так, что античная культура, шедшая к человеку своим путем, и библейская, тоже прошедшая свой путь, стали той базой, основой, на которой возникла цивилизация, в которой мы существуем уже два тысячелетия.

Библия – книга о личности и нравственных законах и, несмотря на то, что это одна из древнейших книг, одним из главных замечательных ее качеств является то, что представления о личности и этических законах… эволюционируют.

При изучении библейских текстов необходимо выйти на путь широкой подачи материала:

а) через миф и фольклор;

б) через мировую литературу разных эпох.

Одновременное обращение к мифам (примитивному, античному, восточному, политеистическому) и литературе очень плодотворно. В частности, образы героев Библии (Иов, Еклизиаст) возникли примерно в эпоху формирования великих античных трагедий. Сравнивая с античной трагедией произведения, входящие в Библию, можно показать сходства и отличие взаимоотношение человека с судьбой и человека с Богом, а также сделать вывод, что в конечном итоге интерес мировой литературы концентрируется на человека, а судьба в трагедиях Софокла или Бог в библейской «Книге Иова» является лишь «пробным камнем» для человеческой личности, ее естественным противником, союзником или собеседником.

Обращение к первобытным мифам, а также к мифам политеистических религий, сравнение их с библейскими мифами, нахождение в них глубинных изначальных аналогий не принижает библейского текста, а наоборот дает возможность понять его, как более высокую стадию осмысления мира человеком.

В прошедшие со времен революции десятилетия истинный атеизм, лишенный истерического богоборческого начала и дешевого антиклерикализма, был большой редкостью, особенно в школе, и учитель должен обладать особым тактом, чтобы, показав, например, общие черты первобытного охотничьего тотема, земледельческого божества политеистических религий, не просто увидел в них черты, которые нашли затем развитие в образе Иисуса Христа (избранник, жертва, спаситель), но и в полной мере показал, что образ Христа по сравнению с ними находится на необычайно высоком уровне. Тотем – спаситель племени от голодной смерти, насыщающий своих потомков собственным телом, приносимый ими в жертву себе, вечно уходящий и возвращающийся, умирающий и возрождающийся; земледельческое божество, жертвующее собой ради возрождения природы и продолжения цикла существования человечества; оба они и генетически близки и предшествуют образу Христа, но во многом от него отличаются; Иисус Христос – тоже избранник, жертва и спаситель, но спаситель духовный – это огромный шаг в развитии культуры человечества.

На наш взгляд, в рассказе об эвхаристии (причастии), когда под ритуальной салфеткой хлеб и вино превращаются в плоть и кровь Христа, которые вкушают верующие, учитель должен избежать двух крайностей, каждая из которых является бестактностью:

а) однозначно религиозного безапелляционного толкования, в то время как ученик должен иметь возможность мыслить и самостоятельно выбирать свой путь;

б) грубого осмеяния, превращения в аттракцион; учитель обязан быть тактичным, дабы не оскорбить чувства верующих учеников.

Изучение Библии не только своевременно, но и необходимо (многие произведения искусства невозможно понять без знания Библии), но однако, если к этому произведению подходить не как к великому памятнику мировой культуры, а как к изолированной религиозной книге и главной задачей сделать проповедь покорности человека, проистекающей из его изначальной ничтожности, можно нанести учащимся огромный вред. Необходим объективный взгляд, дающий право на толкование и переосмысление канонических текстов. Существуют две традиции в изучении Библии: