Чтение онлайн

Мнение о том, как уживаются немцы и иммигранты в Германии неоднозначно. Политики все чаще упоминают в этой связи выражение "Параллельные миры", при этом скрыто или явно выражая озабоченность возрастающей радикальностью иммигрантов-мусульман. В действительности турки, как и другие национальные меньшинства в Германии, склонны к самоизоляции в своего рода этнических гетто, распространяющихся на все сферы жизни. В Германии выходцы из Турции часто либо плохо, либо вовсе не говорят по-немецки.

Член правления Федерального банка Тило Саррацин в октябре 2009 года обвинил арабское и турецкое население Берлина в "непродуктивности" касательно всех областей жизни, за исключением "массового воспроизводства девочек-в-платочках"…

Как отметил эксперт ХДС по делам образования Саша Штойер, "идея о запрете платков представляется "вполне своевременной" — "достаточно только посмотреть, как на глазах растёт количество учениц, из-за религиозных или псевдорелигиозных убеждений отлынивающих от занятий спортом и участия в школьных мероприятиях". Кроме того, подчёркивают в лагере ХДС, тезис о "платочках" на самом деле был лишь небольшим фрагментом из сформулированной Саррацином стратегии, смысл которой в следующем: принимая во внимание усиливающуюся исламизацию Европы, необходимо жёсткими мерами ограничить приток новых иммигрантов, а в отношении уже поселившихся в Германии иностранцев "усилить интеграционное давление", в частности принудить к обучению немецкому языку любыми мерами, "от финансовых до депортационных".

(Елена Ободовская. "Русская Германия", 17 декабря 2009 года)

Мусульмане в Европе, в частности, турки уже обладают достаточными рычагами для того, чтобы пролоббировать тот или иной закон в бундестаге или в парламентах Бельгии, Нидерландов. Благодаря их усилиям в Германии карабахский вопрос, равно как и признание геноцида армян подаются в неверной интерпретации, в угоду Турции и Азербайджану.

Созданный мусульманами в Германии Координационный совет, в который вошли четыре самых крупных объединения, представляет интересы всего 10 процентов мусульман. Это не позволяет Координационному совету выступать от имени всех мусульман страны, численность которых насчитывает 3,5 миллиона человек, пишет Deutshe welle. Однако, Координационный совет мусульман Германии потребовал ввести в немецких школах раздельные уроки физкультуры для мальчиков и девочек — мусульман. Это требование натолкнулось на открытое неприятие со стороны федеральных властей. "Равноправие полов в Германии является одним из основных прав, о которых не может быть торга. Основой для диалога с мусульманскими объединениями является Конституция ФРГ, основные положения которой не подлежат пересмотру". Однако, время работает против немцев — посмотрим, удастся ли им отстоять свои гражданские свободы лет через десять-двадцать.

Немецкие элиты переоценили потребность страны в иностранной рабочей силе, и теперь большое число иммигрантов грозит обрушить систему соцобеспечения, вместо того чтобы её поддерживать. Такие заключения содержатся в книге американского журналиста Кристофера Колдуэлла "Размышления о революции в Европе: иммиграция, ислам и Запад".

По мнению журналиста, речь идет о настоящей революции, вызванной массовой иммиграцией. Государству всеобщего благоденствия европейского образца практически грозит распад, а европейскому секуляризму брошен вызов со стороны ислама. В целом, Европа не может остаться Европой, если в ней уже живут другие люди, заключает Колдуэлл.

Решение о приглашении иммигрантов, отмечает журналист, было принято в трудный для Европы момент, после войны, когда Европа лежала в развалинах, как в материальном, так и в духовном плане. Между тем, инициаторы такого шага думали, что речь идет о кратковременной мере, никто не рассчитывал на большое число иммигрантов, полагали, что их прибудет ровно столько, чтобы закрыть брешь, образовавшуюся в результате потерь в войне. "Никто не думал, что иммигранты когда-нибудь будут претендовать на получение социальной помощи. То, что они принесут с собой культуру и уклад своих деревень, семейные кланы и мечети, казалось абсолютно нелепой идеей", — пишет Колдуэлл.

По мнению журналиста, практически с самого начала стала понятна ошибочность такого шага. В Германии число иммигрантов с 3 миллионов в 1971 году увеличилось до 7,5 миллиона в 2000 году, но при этом число работающих так и осталось на уровне 2 миллионов. Если в начале 70-х работающие составляли 65 % от общего числа иммигрантов, то уже в 1983 году доля работающих среди них упала до 38 %. Из этого Колдуэлл делает вывод, что иммигранты получают от системы соцобеспечения больше, чем туда привносят.

Что касается перспектив интеграции иммигрантов, то Колдуэлл расценивает их скептически, а проводимые в Германии так называемые исламские конференции — консультации представителей мусульманских общин и местных властей — считает "наивными". Фатальная смесь из немецкого и общеевропейского чувства вины, вызванного Второй мировой войной и колониальным прошлым, не может противостоять гипертрофированному чувству собственной идентичности у иммигрантов-мусульман.

В своей книге Кристофер Колдуэлл цитирует слова судьи конституционного суда ФРГ Удо ди Фабио: "Зачем этой живой мировой культуре интегрироваться в западную культуру, носители которой не воспроизводят достаточно потомства, а сама она уже не располагает никакой трансцендентальной идеей и движется к своему концу?"

ЕВРОПЕЙСКИЕ ПЕРСПЕКТИВЫ.

К чему привела, и к чему может привести политика поощрения иммиграции для решения экономических проблем?

Средний вариант очень оптимистического прогноза, выполненного специалистами Отдела народонаселения ООН, исходит из того, что в период 2010–2050 годов направление и интенсивность существующих в настоящее время миграционных потоков сохранится, и в развитые страны ежегодно будут приезжать 2,2 миллиона мигрантов.

Для развитых стран такой уровень нетто-миграции не компенсирует полностью ожидаемое превышение числа смертей над числом рождений, благодаря чему абсолютное сокращение населения в них составит 73 миллиона человек. Таким образом, миграция не только не решает экономические проблемы связанные с сокращением и старением населения развитых стран, но и создаёт целую массу иных проблем: политических, социальных, культурных и так далее.

Пройдёт пара-тройка десятков лет и европейский мир начнёт рушиться. При современной миграционной политике европейских стран, совсем скоро настанет время, когда решающее значение в политической жизни этих стран станут играть мигранты. Вот тогда-то и начнут резко обостряться противоречия в обществе в связи с тем, что новый состав населения потребует других культурных и социальных условий для своего существования. Мигранты уже добиваются то там, то тут в странах европейской культуры различных уступок для себя со стороны местного коренного населения. А когда они сравняются по численности с местным коренным населением, они легко смогут с помощью европейской демократической процедуры проводить в жизнь своё видение культурных и идеологических ценностей.

Уже сейчас в некоторых странах пришлое население Европы пытается заявить о своих интересах, отличающихся от интересов коренного населения. Давно ли в Европе дебатировался вопрос о хиджабах? Имеют ли право европейские мусульманки, например, носить хиджаб в школе? А на улице? А имеют ли они право фотографироваться на паспорт в хиджабе?

"Моя знакомая, — рассказывает Михаил Озеров, — респектабельная леди, оказавшись в Гайд-парке среди сонма всевозможных паранджей, воскликнула: "Мне не придет в голову расхаживать по Эр-Рияду в бикини! Я понимаю их традиции. Почему они игнорируют наши, живя здесь? Ведь в нашем обществе у женщин равные права". Чуть успокоившись, заговорила тише: "Я согласна с правом человека одеваться, как ему нравится, если он согласится, чтобы я открыто критиковала его наряды. Мусульмане ополчаются на наш образ жизни, а мы — ни слова критики. Иначе якобы оскорбим Коран. Такой подход приводит к войне против карикатуристов, нарисовавших шаржи на пророка Мохаммеда, или к требованиям, чтобы папа римский извинился за цитирование императора Византии".

Очень характерно высказывание некоторыми исламскими деятелями мысли о том, что исламским европейцам не стоит сейчас торопить события и бороться за свои права — депопуляция коренного европейского населения автоматически сделает мусульман хозяевами Европы уже через пару десятков лет.

В современном европейском мире коренные европейцы вследствие депопуляции теряют удельный вес в населении своих стран, постепенно уступая первенство мигрантам. До тех пор, пока европейцы перемешивались друг с другом, изменения в культуре были не так заметны, потому что все европейцы — это по существу дальние родственники по всем культурным показателям. Но в ХХ веке европейский континент стал прибежищем для выходцев со всего мира. И с их прибытием, европейский мир стал меняться. Сейчас эти изменения местами почти незаметны, но с каждым годом давление иных национальных культур на европейскую культуру будет возрастать, что со временем грозит перерасти в прямые конфликты между носителями европейской культуры и представителями других культур. Это и предсказывал Хантингтон в своей книге.