Поголовная радость
Шрифт:
И на свалку жульё унесут,
И сожгут среди прочего хлама.
Знает каждый матрос и солдат:
Время бить оккупантов умело.
…Будет много торжественных дат,
А не праздников от беспредела.
* * *
У пугала на грядке
Нет ясности ума.
Но, в целом, всё в порядке.
Ведь лето – не зима.
Оно ворон пугает,
Прохожих невзначай.
Домой не убегает,
Дежурит по ночам.
Зачем бежать куда-то?
Нет пугал вне забот.
Но вот ему зарплату
Никто не выдаёт.
Ему, к большому счастью,
Болезни не страшны,
И нет забот у власти
О пугалах страны.
Ни рожи и ни вида
У тряпок на шесте…
Но яростна обида
На пугал у властей.
Ведь всё не так искристо,
И просто чудеса,
Что пугал в экстремисты
Никак не записать.
Их запросто при этом
Не вгонишь в нищету,
Они в тряпьё одеты,
Приметны за версту.
Печалится хозяин
И вместе с ним общак,
Что пугало нельзя им
Оштрафовать никак..
Для пугала налоги
Нелепы, как кредит.
Все беды – для двуногих,
Далёких от элит.
На страже огорода
Стоит, смертям назло…
У пугала – свобода,
А нам не повезло.
* * *
Скажите идиоту, что он туп…
Он уличит во лжи вас принародно.
У недоумков деньги, власть, свобода.
Пусть вы разумны, но, по сути, труп.
Вас идиот давно списал в утиль,
Отправил на пожизненную свалку.
Не вы, а он созрел для катафалка,
В чьей голове пустой полнейший штиль.
Но только в жизни всё наоборот…
Над нами кучка придури телесной.
Столичной часто и порою местной,
Бревно с глазами водит хоровод.
Скажите идиоту, что он хам,
Что жалкий тунеядец, но с мошною.
Тряся свой гримасою больною,
Не сможет он никак поверить вам.
Кошмарный балаган или вертеп
Разумные воспримут без восторга.
Страна творцов летит в пучину торга,
Безумие для монстров – это хлеб.
Печальное и страшное родство…
Но только ведь без блата или квоты
Вас не причислят к ликам идиотов
Лишь потому, что правит меньшинство.
Нелепы идиоты мерзких каст…
Излечится страна от злых недугов,
И с шляпами пойдут они по кругу.
Но только ведь никто им не подаст.
* * *
Отношение к мату сурово…
Там, где пьют самогон, а не брют,
«Президент» – неприличное слово.
За него основательно бьют.
Не завидую я сквернословам
Из дешёвых элит и богем.
Будь уж в клане своей бестолковом
Ты, блатарь, рассудительно нем.
Язычок придержи за зубами,
За трибуной будь скромен и тих.
Мы не стали твоими рабами
Ни на век, ни на год, ни на миг.
Надоел ты, что горькая редька,
С невоспитанной сворой чумной.
На вопрос ты прилюдно ответь-ка!
Ты балбес или с детства больной?
За кошмарной, разнузданной бранью –
Горы трупов, руины в стране…
Час настал. Твою шкуру баранью
На кирпичной повесят стене.
Ты за беды людские в ответе
И за мерзкое слово, за мат.
Твои сказки не только при детях
И при кошках похабно звучат.
Что у нас «президентом» зовётся?
Не грядущего светлого даль,
Не луна и, конечно, не солнце,
А тупая двуногая шваль.
Так зовётся при власти барыга,
Но не всякий ругается вслух.
А своё ты отбегал, отпрыгал
На костях человеческих, дух.
До всемирного править потопа
Часто жаждут иные рвачи.
На плечах голова или жопа?
«Президент» нецензурно звучит.
Культ диктатора
1.
Ему блюдолизы внушили,
Что добрый он демократ,
И старикашка плешивый
Безумно этому рад.
Но он молодым и ранним
Был садистом внутри.
Извилин в мозгу бараньем
Наверное, две или три.
Начальником став великим,
Толпе приближённых харь,
Он скромно сказал, без крика,
Что здесь он и бог, и царь.
Ни одного вопроса
Не прозвучало в ответ,
И завертелись колёса
Народных несчастий и бед.
Диктатор добрался до власти,
Баксов – двухсотый куль.
Страну разорвал на части.
Невероятный культ.
Истории бег по спирали…
Расчётлива и не глупа.
Вернут, что у нас украли
Он и барыг толпа.
Диктатор на время весел,
С гримасой плюёт на мир.
Приятели в куче кресел,
Пока продолжают пир.
2.
Но век для рвача – минута,
Время летит – не лежит.
История судит круто
И не прощает лжи.
Диктаторский культ – отрыжка
Разбойничьей суеты,
И угасает мыслишка
Слинять за кордон, в кусты.
Исчезла с черепа чёлка,
Время пришло – ослаб.
А он ведь трудился, как пчёлка,
Как на галерах раб.
Свой разум смешной возвышая,