Чтение онлайн

Потом взрослые велели затушить пламя.

Сашка смотался за водой к водопаду, поднимая клубы пара, вылил в костер целый котелок, за что его не преминул пожурить Игорь:

— Зря ты так расстарался. Завтра же опять огонь разводить, а теперь тут топко все будет, как на болоте.

— Да ну, отойдем на шаг, и все будет в порядке.

— А там новое кострище заделаем? — разворчался Игорь. — Так этими кострищами, как волдырями, все леса можно будет скоро покрыть…

После того как огонь погас, компания стала устраиваться На ночь. Тут-то и вскрылось первое неудобство. Ведь на биваке находилось пять человек: Илья Андреевич, Пал Палыч, Женька, Игорь и Сашка. Если троим в палатке можно было разместиться довольно комфортно, то пятерым пришлось Бы сидеть друг у друга на головах.

— Я — на улицу! — решительно заявил Илья Андреевич после того, как, пихаясь ногами и сталкиваясь лбами, экспедиция пыталась улечься то вдоль, то поперек, то по диагонали палатки.

Он забрал с собой коврик, спальник, нашарил в темноте достаточно ровную площадку, улегся свободно, вызывая зависть окружающих. — Пойду-ка, ребята, пожалуй, и я на воздух, — минут через десять заявил Пал Палыч.

Полезной привычкой туриста спать везде, где ни придется, он не обладал, а потому долго охал и стонал, устраиваясь на выданном ему коврике, пару раз вставал, чтобы достать из-под него очередной сучок или комок земли, и только минут через сорок успокоился.

Игорь и Сашка, почувствовав себя вольготнее, раскинулись в самых фантастических позах и дрыхли без задних ног.

К Женьке сон не шел. То ли она пережарилась на солнце, то ли ее взбудоражили события последних часов, то ли мешал шум водопада, то ли икона в ногах.

Женька ворочалась с боку на бок, пытаясь устроиться то так, то эдак, и все время боялась задеть и ненароком испортить бесценное произведение искусства. Она то принималась считать баранов, прыгающих с идиотической настойчивостью через невысокую загородку, насчитала их, наверное, до миллиона и сбилась. Потом она принялась сквозь окошечко, забранное мелкой сеткой, смотреть на перемигивающиеся в высоте звезды. Однако звезды перемигивались на редкость однообразно и вяло, что по большому счету должно было привести к дреме и сну, но увы…

Женька со вздохом перевернулась па правый бок, вытянула одну ногу, потом другую, крутанулась на спину и затихла.

Да, да, решительно все было бесполезно как тут ни ложись, заснуть до утра не удастся.

Так, замерев, Женька пролежала не меньше получаса. Постепенно на ее глаза мягкой лапой стал давить большой пушистый зверь. Девочка улыбнулась этому зверю, губы ее шевельнулись, пробормотали что-то вроде "кыс-кыс— кыс", и она почти провалилась в сон, как вдруг почувствовала, что ее ногу кто-то ощупывает!

Онемевшая и испуганная, Женька тут же очнулась. Остатки сна испуганными мальками бросились прочь. Да-да — Женьке не почудилось — какая — то большая зверюга с той стороны палатки осторожно тыкалась во все предметы, разложенные по периметру их ненадежного домика. Соображая с секунду, что ей делать громко завизжать или попробовать посмотреть, что будет дальше, — Женька лежала ни живая ни мертвая. Вдруг она увидела, что вокруг палатки бродит вовсе не лесное животное. Да и кому бродить-то? Волков и медведей тут нет. Хотя… Хотя тот, кто пыхтел с той стороны палатки, явно был внушительных габаритов.

Ветер колыхнул кроны дубов, и теперь Женька не сомневалась, что с той стороны, на коленях, стоит человек. Лунный свет пробился сквозь листву деревьев и ясно обрисовал коротко стриженную голову с оттопыренными ушами. Женька хотела что-то произнести, но страх сковал ей горло, так что оттуда вместо истошного девчоночьего визга вырывалось лишь едва слышное бульканье, и хрипение. Наконец вежливые и осторожные пальцы незнакомца покинули Женькину ступню и стали ощупывать палатку дальше. Теперь незваный гость исследовал икону. Палец, продавливая полотно палатки, прошелся по ее боковине, соскользнул по прямому углу и исчез.

Женя приподнялась на локте. Уж не померещилось ли ей? Но нет — вдруг — одном месте оболочка палатки вспухла, и сквозь нее с едва различимым треском просунулось лезвие ножа! Легко разрезая тонкий материал, нож двинулся вправо и вниз.

— Стой! Стой, гад! — пробила Женька горло воплем и бросилась к иконе.

Но, на ее беду, от громкого крика вскочил на колени Игорь, и Женька вместо того, чтобы ухватить икону, попала кулаком брату прямо по макушке.

— Ты что? — застонал Игорь.

— Стой! Стой, гад! — Женьку будто зациклило на этом ругательстве. — Гад! Гад! Стой!

Девочка пыталась перелезть через брата и спасти их драгоценную находку. Но ловкая рука просунулась в образовавшуюся в палатке щель и выхватила икону.

От истошных криков вскочили и стали озираться Илья Андреевич и Пал Палыч. Но спросонья они не заметили ничего странного, поскольку на поляне было довольно темно. Треск ломающихся ветвей и топот ног выдали беглеца, и взрослые почуяли неладное.,

Женька в это время была уже на улице и нашаривала рукой кроссовки.

Сержант, смутно догадываясь, что произошло нечто экстраординарное, с испугом ощупывал кобуру. Убедившись, что она не опустела, Пал Палыч первым делом натянул сапоги и определил на макушку свою ставшую знаменитой в узких кругах фуражку.

Быстрее всех на ногах оказался Илья Андреевич, который сразу, шестым чувством, сообразил, почему в лагере поднялся такой переполох и что за медведь-шатун ломится через чащу. Прикрывая лицо рукой, уклоняясь от хлещущих ветвей, искусствовед помчался вслед за похитителем иконы.

Чуть позже в погоню, топая на весь лес своими сапогами, бросился сержант. За ним стремительными тенями понеслись Женька, Игорь и Сашка. Последний так торопился, что даже не успел найти свою обувь и поэтому мчался босиком — поминутно взвизгивая оттого, что наступал на острые сучки или врезался голой ногой в крапиву.

Преступник сообразил, что его выдает собственная неуклюжесть, и затаился. Вскоре остановилась и компания преследователей. Каждый напряженно вслушивался: не раздастся ли рядом хруст хвороста или шелест ветвей.

Послышался глухой шум падающего тела: кто-то, вероятно наткнувшись в темноте на яму, рухнул вниз.

Погоня возобновилась. Но у вора была достаточно большая фора — может быть, если бы преследование происходило на суше, то рано или поздно Илья Андреевич, Пал Палыч и ребята взяли бы похитителя в клещи. Но тот, решив, что путь для отступления близок, ломанулся к береговому откосу напрямик, скатился вниз по траве, мелькнул в зарослях ивняка, прошлепал по мелководью и затих.

— Катер! — догадался Сашка. — Там катер! Скорее — хватайте их, пока мотор не заве…

Увы, было поздно. Надсадно рявкнув во все свои лошадиные силы, два японских мотора вынесли черный катер на серебряную, словно покрытую льдинками и рыбьей чешуей, шероховатую поверхность реки.

— Быстрее к моторке! — скомандовал Пал Палыч, и плотной гурьбой взрослые и ребята помчались по склону вниз — к тому месту, где вечером оставили свои плавсредства.

Сержант первым делом склонился к мотору и, костеря его в хвост и в гриву, принялся над ним колдовать.