Погоня за сокровищем
Шрифт:
Его спутники стояли недалеко от той комнаты, куда разбойники привели Тину. Свет от горящих свечей едва освещал трех мужчин и одну девушку, взиравшую на приближающегося Литина широко распахнутыми глазами. Альен скользил цепким взглядом по лицу и фигурке мадемуазель Лоет, убеждаясь, что с ней все хорошо. Только после этого напряжение немного отпустило молодого человека.
Спустившись с лестницы, он поставил на ноги пленницу, вопросительно глядя на нее. Госпожа Гольдардт осмотрела всех, кто ждал их, затем повернулась к своему спасителю, картинно закатила глаза и 'лишилась чувств' прижимаясь к его груди.
— Вот дьявол, — пробормотал Альен, и дом сотряс громовой хохот.
— А девица-то не промах, — капитан Лоет стоял согнувшись, упираясь рукой в стену, и тело его содрогалось от истерического хохота. — Литин, выбирай ее.
— Предпочитаю настоящие чувства, — сухо ответил Альен, невольно бросив взгляд на Тину, теперь не сводившую взгляда с ушлой девицы.
— Ну и дурак, — от души припечатал его Вэй, распрямляясь, но тут же снова согнулся, заходясь в новом приступе смеха.
Напряжение отпускало, на лицах застывших в немом молчании людей начали подрагивать уголки губ, вскоре хмыкнул Дин, улыбнулся Бонг, криво ухмыльнулся Альен, лишь только Тина хмурилась все больше, продолжая испепелять взглядом девицу Гольдардт. Казалось, еще мгновение, и она оттащит 'бесчувственное' создание за волосы. Расплата сейчас стала менее важна, чем то, что Литин снова подхватил девушку на руки, и ее длани сцепились на его шее, а голова доверчиво прижалась к плечу.
— Идемте, — немного раздраженно произнес Альен. — Дом горит.
— Девица руки оттягивает? — усмехнулся Вэй, окончательно успокоившись.
— Не перышко, — ответил молодой человек, делая шаг ближе.
В это мгновение волосы его зашевелились, и по лицу прошлись мохнатые лапки. Незаметный до этого в черных волосах паук, спешно спускался на плечо, а затем на руку. Хон прошелся через руку госпожи Гольдардт, отчего та дернулась и подняла голову, разглядела, кто так усердно работает лапками, и дом огласил теперь женский визг.
— Ранен? — отмер Бонг.
— Царапина, — отмахнулся Альен. — Пуля просто задела. Но я бы хотел скорей избавиться от своей ноши.
— Ты ранен?! — вскрикнула Тина, следя взглядом за Хоном замершем на предплечье.
Она хотела подойти к молодому человеку, но Лоет опередил, забрал из рук Литина визжащую девицу и первым направился на выход. Девица перестала визжать. Теперь она что-то говорила, возмущенно, даже с негодованием. Не нужно было знать язык, чтобы понять, что она требует вернуть ее красивому молодому мужчине.
— Тихо! — рявкнул Вэйлр, и девица замолчала, испуганно глядя на одноглазого и грозного человека.
Зато мадемуазель Лоет, чувствуя необъяснимое торжество, наконец, подошла к Альену, на чьей руке сердито перебирал лапками паук, который не мог пока добраться до раны. Бонг развернул принца и несильно подтолкнул его к дверям. Тот попытался что-то сказать, но лекарь лишь отмахнулся и указал на дверь. Глаза принца исследовали невозмутимое лицо колдуна пытливым взглядом, но тот снова указал на дверь. Бонг был зол, и Дин это понял. Он виновато потупился и вышел из дома.
— Тебе больно? — спросила Тина, заглядывая в глаза Альена.
Его ладони мягко сжали скулы девушки, молодой человек мгновение рассматривал ее, а затем порывисто склонился, накрывая девичьи губы своими губами. Поцелуй был коротким, и даже злым, но руки Тины мгновенно затряслись. Она прижалась к Альену и пробормотала:
— Прости.
Литин отстранил от себя девушку, удерживая за плечи:
— Адамантина Лоет, какое же ты еще в сущности дитя, — неожиданно сокрушенно произнес он.
— Я не дитя, — возмутилась Тина.
— А ведешь себя, как маленькая девочка, которой Всевышний забыл подарить разум, — отчеканил мужчина.
— Ну, знаешь! — воскликнула мадемуазель Лоет, вырываясь из рук Альена. — А ты готов лапать все, что падает в фальшивый обморок, лишь бы оно было в юбке!
— Да ты тоже не слишком разборчива, — яда в голосе вечно спокойного мужчины прибавилось. — Лишь бы был 'сверчком' и поддерживал твои безумные затеи.
Тина округлила глаза. Сжаты кулаки уперлись в бока, ноздри гневно раздувались, и девушка чуть склонилась вперед, глядя в глаза Литина.
— А ты Сверчка не трогай, — прошипела она.
— А ты не трогай девиц, которые хотят быть девицами.
— Так и катись к своей лживой притворщице!
— С удовольствием, — насмешливо ответил Альен и направился к двери.
— Попутного ветра! — желчно воскликнула мадемуазель Лоет.
Молодой человек помахал ей, не оборачиваясь, и вышел за дверь, столкнувшись в дверях с капитаном Лоетом. Вэй посторонился, пропуская взбешенного Литина. Затем заглянул в дом и увидел дочь, ударившую кулаком правой руки по сгибу левой.
— Отца посылаешь? — осведомился Лоет.
— Ой, — пискнула Тина.
Отец поманил к себе дочь, она послушно поплелась к дверям, где Лоет перехватил ее за шиворот, вытаскивая из деверей, и придал ускорение коленом.
— Папенька!
— Иди-иди, мартышка, — отцовское колено повторно врезалось в дочерний зад, и Тина поспешила к лошадям, которых держал Дин.
Альен приблизился к Бонгу, сидевшему с девицей Гольдардт на своей лошади, протянул руки и потребовал:
— Отдайте мне это.
— Рука, — возразил лекарь.
— Все еще на положенном ей месте, — сердито отмахнулся молодой человек.
Тина, уже собравшаяся сесть на лошадь, заметила, как Бонг помогает пленнице слезть с его лошади. Совершенно счастливая девица Гольдардт протянула руки, скользнув в объятья Альена.
— Ах, ты ж хлыщ, — прошипела Тина. — Вот ты как? Ну хорошо-о-о…
— Что ты говорить? — спросил Дин.
Мадемуазель Лоет вскинула на него взгляд, оттолкнулась от земли, но тут же скользнула обратно, охнув и кривясь.
— Нога, — простонала она. Стон Тины оказался не менее фальшивым, чем обморок пленницы, но Дин поверил и поспешил на помощь.
Альен подсадил госпожу Гольдардт и обернулся на вскрик мадемуазель Лоет. Глаза его сузились, когда он смотрел, как принц бережно обнимает Тину за плечи, о чем-то негромко спрашивая. Затем присел, потрогал ногу и помог забраться в седло. В свете разгорающегося пожара, глаза Тины и Альена встретились. 'Съел?', - спрашивал взгляд мадемуазель Лоет. Литин отвернулся, забрался в седло, прижимая к себе бывшую пленницу, девушка обняла его за шею, устраиваясь удобней и с опаской глядя на Хона, вновь спрятавшегося в черных волосах молодого человека.