Чтение онлайн

Она ненавидела себя, вспоминая вечера, проведенные с другим. Его нежные руки и пьянящие поцелуи. Каждый раз старалась смыть его запах, оттереть жесткой мочалкой и тут же, опомнившись, подносила ладони к лицу, пытаясь отыскать сводящий с ума аромат. Находила, засыпала. Потом вздрагивала, вскакивала, в слезы бросалась, обзывая себя предательницей. К утру затихала, не решив ничего окончательно.

– Но лучше скажи мне, где та тонкая грань, за которой вдруг обрываются мысли и начинается холод? Расскажи, где заканчивается обещание и скрывается счастье? Сколько раз можно обмануть, чтобы не потерять дорогу к себе? – кричала она.

И вдруг замолчала. Стих ветер. Успокоилось море.

– Понимаешь, я люблю его. Люблю…

– Наверное.

Ты ненавидишь тишину. Она бывает невыносимо пронзительной. Тонкими иглами в самые нервы бьет. И ждет, наслаждаясь тем, как тебя выворачивает наизнанку потом.

Шорох шагов, вздох паркета под ними. Скрип часовых стрелок, перещёлкивание механизма внутри. Хрип, кашель. Тут же эхом по голым стенам, барабанной дробью в такт ударам сердца. Снова безмолвие. Вязкое, смирительной рубашкой обволакивающее. Неуютно. Тесно, душно. Невыносимо!

Спасение в бегстве. На какое-то время…

По-прежнему тихо, но ты знаешь, что спустя мгновение зажмуришься от удовольствия. От предвкушения по спине сползают мурашки. Это чертовски приятно, когда по телу разливается теплом сладостная дрожь. И вот уже она касается твоего слуха, проникает в мысли, завладевает разумом. Ты распят, раздет, беспомощен перед ней.

Каждый звук рисует в темноте тысячу дорог, нескончаемое количество ярких фрагментов жизни, перепутанных, смешанных. Быть может, даже не твоей. Или вовсе ничего такого не было, сплошные выдумки. Разве имеет значение? Сейчас, в этот самый момент, покачивая в такт головой, ты режиссер. И все теперь возможно. Стоит только поверить, улыбнуться, сделать шаг.

Музыка – неотъемлемая часть твоей жизни. Что бы ты ни делал, где бы ни был, она рядом. Будоражит, тревожит, успокаивает. Переплетает мысли, складывает слова, собирает по крупицам образы.

Только в нескончаемом потоке громыхающих вокруг звуков можно различить шепот собственного голоса. Отгородившись этой непробиваемой ширмой, ты находишь наконец-то покой.

Вселенная в своей эволюции стремится к усложнению. Все то, что помогает ей в этом, считается добром. Обратные же действия называются злом… Увы, не мои мысли. Данную формулировку хорошего и плохого дал герой одной очень популярной книги. Не могу сказать, что полностью согласен с ней, но однозначно в этом что-то есть. Очень близкое к реальной жизни.

Все знают стихотворение про кроху-сына? Про вечные и весьма непростые вопросы детской непосредственности. К сожалению, в памяти всплывают только первые строчки, и выводы приходится делать самому, исходя из собственного опыта. Но каждый раз, казалось бы, очевидные вещи ставят в тупик, ведь у любого действия куча оттенков.

Впрочем, к чему такие сложности, правда? Наша жизнь безумно многогранная, многократно усложненная житейским проблемами, научившая быть простыми.

Все элементарно. Хотите, расскажу? Это несложно: гуляя долгими вечерами, когда широкие проспекты вдруг вспыхивают яркими огнями, любоваться красотами города и не замечать вжимающихся в стены зданий нищих с протянутой рукой, замерзающих под так красиво падающий снег. Не трудно оставить у какого-нибудь мусорного бака верного друга, который в одночасье стал ненужным, потому что надоел, наскучил, порвал любимые тапочки от большой любви или оставил лужицу у входа, дожидаясь своего хозяина. Еще проще сказать «Прощай» и закрыть перед носом родных дверь, громко хлопнув ею. Ведь можно открыть другую, а потом еще одну, а может быть, их будет тысячи, этих самых дверей. И не важно, кто остался по ту сторону: друзья, родители или любимые. Когда все просто, лишние вопросы ни к чему.

Мы так сильно мучаемся от того, какой выбрать телефон, компьютер или машину, изучаем длинные списки характеристик, сравниваем бесчисленные параметры в поисках верного решения, что абсолютно истощаем себя перед действительно важными моментами, становясь чрезмерно простыми. Давайте усложнять там, где это по-настоящему нужно. Давайте быть добрыми. Расскажите еще раз о своих чувствах тем, кто с вами рядом. Почешите за ухом свою неугомонную живность. И не забудьте про десять рублей «на бухло» для бездомного. Мелочь же, а приятно. Вам, мне. Вселенной…

Мужчины устают. Ломаются. И даже иногда сдаются. Причем не обязательно должна случиться катастрофа вселенского масштаба. Хватит и порванного шнурка, чтобы потом вдруг зашвырнуть ботинок куда-нибудь высоко на шкаф, прокричав что-нибудь злое, хлопнуть дверью в комнату и пропасть в бесконечных складках одеяла в кровати на целый день, отключив телефон. Сущая мелочь выведет из равновесия и сломает систему, которая подобна карточному домику. Обратно сложить будет трудно. Практически невозможно. Но нужно.

Мужчины сильные. Иногда кажется, что им все под силу. И все нипочем. Стоят себе спокойно, курят, медленно пуская в небо причудливые кольца дыма, пока в могучую грудь бьются несчастья и несправедливости обыденной жизни. Бьются вдребезги. Хрустят под ногами при каждом шаге вперед. В то самое светлое будущее…

И тут этот шнурок, представляете? Всемирный финансовый кризис так не расстраивал. Сразу же открывается бутылка виски, найденная в самом дальнем углу под мойкой среди литровых банок от кабачковой икры. Пыльная, но целая. Со стенок в морозильной камере отламывается лед. Все по фэншую. Чтобы потом шотландский благородный напиток в чистом виде под сопливую мелодраму пошел в расход. Безжалостно, до самого рассвета.

Или, подождите, под ногами хрустит все же стекло? Винно-водочное. А отражение в зеркале совсем не напоминает супергероя. Какой-то небритый и нестриженый мужик, в растянутых спортивных штанах, испачканной чем-то жирным майке, чрезмерно оттопыренной в районе живота. Он долго чешет затылок, а потом, шаркая, идет на кухню есть приготовленный мамой завтрак…

Мужчины устают и очень часто ломаются. Это правда. Кто-то внутри, другие снаружи. Одни перетянут рану бинтом и снова на передовую. А кому-то и года мало, чтобы прийти в себя. По больницам да вязаным жилеткам ходят. А с виду-то все как на подбор. С первого взгляда и не отличишь, не скажешь, что к чему.

Вот интересно: мы сначала влюбляемся в человека, а потом обнаруживаем в нем качества, от которых мурашки по коже, или же все наоборот, эти самые черты характера или внешности настолько нас заводят, что в скором времени понимаем, что без их обладателя не представляем дальнейшую жизнь?

На часах давно за полночь. В комнате темно и тихо. Во всяком случае, я на это надеюсь, ведь яркость экрана ноутбука убавлена до минимального значения, да и музыка едва пульсирует в наушниках. Все равно поворачиваюсь и смотрю на нее. Непослушные волосы разметались по подушке, одеяло в надежном плену у ног. Спит, красавица.

Вечером она может уткнуться мне в бок и тихо засопеть. Но на вопрос, спит ли, всегда отвечает «Чуть-чуть», показывая соответствующий жест большим и указательным пальцами. Голос сонный, глаза закрыты. Но от себя никуда не отпускает, крепко обнимая. Когда она «чуть-чуть» голодна, прищуривается, если устала – подтверждает слова едва высунутым языком в правом уголке губ. Злится тоже «чуть-чуть», хмурясь и разговаривая сквозь зубы. Только вот для меня это уже не шутки. Это совсем не чуть-чуть. Это неожиданно обрушившееся цунами.