Чтение онлайн

Диана подняла голову от навигатора.

— Вот он, — сказала она. — Мы от него не больше, чем в тысяче футов. Вот тут, — ткнула она пальцем. — 482-я Северная.

За рестораном «Френдли» стоял четырехэтажный кирпичный мотель. Перед входом торчал дорожный знак на высоком столбе, и желто-красный логотип был ярко освещен.

Я въехал на парковку мотеля. Там стояло примерно с дюжину машин. «Порше», который я видел на записи с видеокамеры, среди них не было, да я на это и не рассчитывал. Рядом с мотелем, с другой стороны, возвышалось здание камеры хранения. Ничего нам не подходило.

— Черт, — сказал я, — нужны более точные координаты. Ты не можешь позвонить в агентство и попросить еще раз пробить телефон? Хорошо бы координаты GPS в цифровом формате.

Пока она звонила, я прошелся вдоль улицы. Никаких строек, никаких частных домов.

— Есть, — выкрикнула Диана, подбегая ко мне. Она протянула мне навигатор, я взял его в руки. Мигающая стрелка обозначала нас. Точка — Алексин айфон, и он был совсем близко. Я подошел еще ближе к дороге, и мигающая стрелка сдвинулась вместе со мной.

Я перешел дорогу и остановился у замусоренной обочины, возле ограждения. Теперь стрелка и точка почти слились. Я перешагнул через ограждение на крутую насыпь, спускавшуюся к водоотводной канаве, а затем резко идущую вверх. Я спустился вниз и снова взглянул на экран навигатора. Стрелка была точнехонько над точкой. Я посмотрел вверх, затем направо, затем налево.

И тут, в желтом свете уличного фонаря, я увидел его. В канаве, в футе от меня. Айфон в розовом резиновом чехле.

Мы не нашли Алексу — мы нашли ее выброшенный телефон.

Но это говорило о том, что и сама она, скорее всего, где-то в радиусе ста миль от Бостона. Мы знаем из видео с камеры наблюдения отеля, что ее похитили. Мы знаем по звонку в 911, что она проезжала через Леминстер, на север от Бостона, меньше чем через час после этого.

Всего четырнадцать часов прошло между ее похищением и временем, когда похитители впервые вышли на контакт с Маршаллом Маркусом. За это время ее нужно было увезти и — если понимать намеки буквально — замуровать в каком-нибудь склепе или подвале. И установить камеры, которые могут передавать изображение через Интернет. Это довольно сложные приготовления, они должны были занять несколько часов. Значит, далеко уехать они не могли. Но это не очень-то существенно сужало круг поисков.

Я высадил Диану у здания ФБР. Было всего шесть утра. Как только появились технические специалисты, она тут же вцепилась в них и затребовала полную информацию о телефоне Алексы.

Когда она вышла, я сидел в «дефендере» и думал, не поехать ли домой и не урвать ли несколько часов сна. Но тут проверил электронную почту…

Там было несколько писем, и вместо имени отправителя стояли какие-то незнакомые цифры. Только через несколько секунд я понял, что письма отправлены автоматически с миниатюрного GPS-трекера, спрятанного в золотой зажигалке Тейлор Армстронг.

Ну, то есть не в ее зажигалке, а в той, которой я ее подменил, когда «нечаянно» уронил на тротуар. Я купил ее в табачном магазине на Парк-сквер — точно такую же, «Дюпон». Классическую и непомерно дорогую. Но это гораздо дешевле, чем нанимать кого-то для слежки.

Миниатюрное следящее устройство вмонтировал в нее мой старый друг по спецназу, имевший собственный бизнес по радиоэлектронным средствам наблюдения. Он вставил нанотрекер GPS в резервуар с газом и запрограммировал так, чтобы он посылал сигналы, когда передвигается больше чем на тысячу футов. Теперь я мог убедиться, что сразу же после нашей маленькой беседы на углу Чарльз-стрит и Бикон-Хилл Тейлор отправилась домой — или ее отвезли домой в лимузине Дэвида Шехтера, — а затем поехала в Медфорд — это в пяти милях на северо-западе. С кем это ей там понадобилось так срочно встретиться?

Я был почти уверен, что знаю ответ.

Через двадцать минут я ехал по Медфорду, по Олдфилд-роуд — приятной улице с красивыми старыми деревьями и обшитыми вагонкой домиками. До кампуса Университета Тафтса идти было недалеко.

Дом, где Тейлор Армстронг вчера вечером провела сорок три минуты, был белым, трехэтажным, деревянным. В половине седьмого утра район был не очень-то оживленным.

Я вышел, быстро огляделся по сторонам, тихо, но уверенно поднялся на крыльцо и увидел пять звонков в ряд с пятью фамилиями напротив. Пять квартир. Пять имен. Шифф, Мердок, Перрейра, О'Коннор и Унгер. Я запомнил их все, вернулся в машину, нажал на своем «блэкберри» кнопку быстрого набора и разбудил Дороти.

Она перезвонила через пять минут:

— Маргарет О’Коннор семьдесят пять лет, вдова, владеет этим домом с 1974 года. Остальные четверо снимают квартиры. Один работает в Международной амнистии. Двое учатся в Университете Тафтса на последнем курсе. Четвертый — тот, кто нам нужен.

— Который?

— Перрейра. Полное имя — Маурисио да Сильва Кордейро-Перрейра. Я нашла его фотографию. Тот самый парень с камеры видеонаблюдения из отеля.

— Его фамилия на входной двери. Значит, Тейлор ее знала. Что их связывает?

— Вот что я узнала. Тридцать два года. Родился в Сан-Паулу, в Бразилии. Богатая семья — то есть действительно куча денег. Папочка работает в ООН в Нью-Йорке. В постоянном представительстве Бразилии. Маурисио вырос в закрытом поселке в Морумби, в окрестностях Сан-Паулу.

— И как же такого богатенького мальчика занесло в скромный домик без лифта в Медфорде?

— Похоже, он несколько лет прохлаждался на последнем курсе в Тафтсе, во Флетчеровской школе права и дипломатии. Но он торгует наркотиками — в основном кокаином и травкой, иногда метамфетамином.

— Вот это уже интересно. Что у тебя есть по этому вопросу?

— Пару лет назад Управление по борьбе с наркотиками и иммиграционная служба проводили совместное расследование по подозрению, что этот парень использует папашину диппочту, чтобы провозить в страну наркотические вещества.

— Папашу это вряд ли обрадовало, — заметил я.

— Я не удивлюсь, если папочка от него отрекся. Его ловили пару раз, но прижать так и не вышло.

— Если у него отец в ООН, на него распространяется дипломатическая неприкосновенность.

— Его нельзя арестовать за наркотики?

— Его даже за убийство нельзя арестовать, — ответил я.

— Вот черт, неправильную я себе жизнь выбрала. Надо было податься в дипломаты. Чего бы я ни отдала за заряженный пистолет и десять минут дипломатической неприкосновенности.

— Вот теперь все сходится, — сказал я. — У Тейлор были в прошлом проблемы с наркотиками, и Маурисио, скорее всего, ее дилер. — Будучи выходцем из такой семьи, он без труда попал в подходящие круги — в среду обеспеченных студентов. И учеников частных школ вроде Тейлор Армстронг.