Чтение онлайн

Одинокий, спрятавшийся в развалинах дрон был уничтожен точным плевком слизней ещё до того, как успел открыть огонь. Пара турелей на противоположных концах улицы могла стать серьезной проблемой, но обе запитывались от одного кабеля, а их источники аварийного питания давно превысили свой срок службы. Косари ловко прорыли яму за десять метров до турелей и перегрызли проводку до того, как Николай зашел за угол.

Из-за большого поля наномашин пришлось сделать небольшой крюк и пройти внутри развалин. Вернувшись на дорогу, они издалека расстреляли датчики движения для открытия дверей, за которыми угадывалось большое скопление машин, в видении Николая они отображались как большая черно-фиолетовая аморфная жижа с кучей отростков-щупалец.

До антенн оставалось два поворота и чуть больше ста метров. Никаких опасностей впереди не отмечалось, и Николай, не сбавляя темпа, повернул за предпоследний угол. Серый асфальт потрескался, порос цветами и травой. Везде лежали давно истлевшие трупы. Он прошел половину пути, вдруг острое чувство тревоги пронзило его, он встал как вкопанный.

Он не мог определить, откуда исходит опасность. Повинуясь неслышимой команде, питомцы выстроились вокруг самого ценного, что у них было - своего пастуха. Косари шипели, ракопауки чуть посвистывали, а голиаф мотал головой из стороны в сторону. Насекомые не ведали чувств, кроме боли от ударов и удовлетворения от выполняемых приказов, однако они прекрасно ощущали опасность и передавали это чувство тому, кто бояться мог, Николаю.

Страх окружал со всех сторон. Казалось, не было просвета во внезапно сгустившейся тьме. Николай взял себя в руки и успокоился. На них никто не нападал. Никаких признаков полей наномашин, дронов, мин и турелей. Анализ показывал, что чувство опасности иррационально, но оно было более чем реально.

– Они внизу, - бодрый жесткий голос раздался откуда-то сверху, и Николай вскинул руку с плевателем, рефлекторно выпустил в крылатую фигуру в небе над ним струю кислоты. Резко дернувшись в сторону, фигура сделала полукруг и начала снижаться.
– Эй, Коля, ты чего творишь?!

Солнце, бившее в глаза и мешавшее рассмотреть фигуру, теперь резко подчеркивало лицо Алексея, державшего шлем подмышкой левой руки. Хорошо знакомый силуэт оказался в паре метров, слышался бодрый стук крыльев о воздух. Николай примирительно поднял руки перед собой, показал пустые ладони. Алексей усмехнулся и приземлился радом на асфальт. Они обнялись, похлопали друг друга по плечам и внимательнее присмотрелись.

– Прости, Леха. Как ты здесь оказался?
– У Алексея были видны едва зажившие шрамы. Правая рука стала неестественно ярко-зеленой, её обвивали два молодых симбионта: плеватель был стандартным выбором, а второй был очень странным.
– Что это за красная бронированная сколопендра у тебя на руке?

– О, заметил мое приобретение, - в голосе Алексея чувствовалась гордость.
– Нашел это чудо эволюции присосавшимся к одному из старых пожирателей, пока искал молодняк плевателей для приручения. Ты не поверишь, что он может!
– С этими словами Алексей навел руку на здание поодаль, из небольшой пасти сколопендры с тихим свистом вылетела капсула. Столкнувшись со стеной, она лопнула, не нанеся видимого урона, и распалась облачком тумана. Внезапно края облачка загорелись, и огонь мгновенно выжег покрываемую им область, воздух сжался, раздался оглушительный взрыв. Бетонная стена с грохотом обвалилась, ударная волна опрокинула растерявшегося Николая, и он пребольно сел на землю.

– Наши этакое вывести не смогли, само родилось, может, даже в единственном экземпляре, - Алексей любовно погладил сколопендру по панцирю.
– Огнемет и боеприпас объемного взрыва в одном флаконе. Нам бы таких лет пятьдесят назад и, может, мы смогли бы не только Питер отбить, но и Москву, - протянув руку, он поднял с земли Николая.
– Не знаю, правда, будет ли от него толк там, - он ткнул в землю у себя под ногами.
– Наши беглецы спустились в подземный комплекс, так что пойдем их догонять.

Алексей приобнял Николая и на правах старшего повел к чернеющему проемом входу под спутниковыми антеннами.

Борис поднимался по бесконечной лестнице, проползая этажи один за другим. Лифт, которому он так радовался, застрял, не преодолев и восьми из сорока пяти этажей. Затем раздался гулкий взрыв, свет в лифте погас и он остановился. Двери открыть не удалось, Борису пришлось вылезать через верхний люк в шахту. Длинные эвакуационные лестницы были сделаны из жаропрочного неразлагающегося пластика и крепко держались в бетонных стенах.

Он уже дважды останавливался передохнуть, привязывая себя ремнем к ступенькам. Ему очень хотелось спать - пожалуй, так и надо было поступить вместо того, чтобы вылезать из лифта. Но Борис уже забрался на двадцать этажей, возвращаться не было ни сил, ни желания. Он снова привязал себя к лестнице, отстегнул фонарик от головы и посветил в шахту.

Длинный, кажущийся бесконечным туннель лифта через десяток метров поглощал свет фонаря. Гнетущая темнота без единого пятнышка света высасывала надежду и последние силы. Борис достал из-за пояса бутыль с питательной смесью и отпил несколько глотков. В глазах чуть прояснилось, внезапно краем глаза он заметил отблеск.

Тонкий лучик света, почти неразличимый в темноте, виднелся на расстоянии двух этажей. Вероятно, створки двери приоткрылись из-за того, что она была повреждена. Борис сделал еще несколько глотков, надел фонарь на голову и начал подниматься. В свете фонаря лучика не было видно, но Борис точно помнил, где был источник света.

Он за несколько минут поднялся к двери в шахту лифта и сначала не понял, откуда шел свет. Дверь выглядела непроницаемой и абсолютно целой. Спустя несколько секунд он заметил в самой шахте потеки металла и пластика, присмотрелся и обнаружил внизу двери отчётливые дырки, как в сыре.

Нечто расплавило толстую металлическую дверь так, что сталь потекла в шахту. Не раздумывая, что бы это могло быть, Борис воткнул остриё молотка в щель и навалился всем телом.

Вначале дверь не двигалась, тогда Борис уперся обеими руками в ручку молотка, а ногами в стену лифтовой шахты. Дверь поддалась, но это чуть не стоило ему жизни. Что-то, вероятно, замок, глухо щелкнуло в двери, и ее створки легко разъехались в стороны. Оставшись без опоры, Борис вместе с молотком начал падать вниз, ремень, который он привязал к лестнице, дернул его назад и мгновенно ослаб: лопнула застежка. Борис в невероятном движении успел ухватиться за лестницу кончиками пальцев и прижался к ней, как к родной.

Из дверного проема падали трупы. Куча иссохших серо-фиолетовых тел была навалена у двери, и когда та открылась, несколько тел упали в шахту лифта. Борис проводил их взглядом и пожелал, чтобы ни у одного из упавших не было нужных ему ключ-карты или припасов.

Он отдышался, свернул страховочный ремень и начал забраться на следующий этаж. Неяркий белый свет от светодиодных ламп, выгоревших на три четверти, освещал вход на этаж и кучу трупов. Что за ними - было не разобрать.

Борис вцепился одной рукой в лестницу, а другой в открывшуюся створку лифта, раскачался и попытался прыгнуть. Со стороны это было больше похоже на слегка контролируемое падение, но помогло перевалить через тела и упасть на пол.