Погребенные
Шрифт:
– Раз все разместились, позвольте вам представить нашу гостью, Марину Ужложскую, лейтенанта славной зоны, в которую мы отправляемся. Это моя помощница Клавдия, - показал Ксеркс на усиленную девушку.
– Пилот и старший сержант Сектор, сержанты Гектор и Вектор, - сержанты приветственно поднимали руки.
– Рядовые Драм, Винч и Хард. А это, - Ксеркс показал на вторую девушку, - наш связной из 11 полка, младший лейтенант Некия. Надеюсь, я правильно произнес. Теперь, когда все представлены, я рассчитываю, что мы проведем эту миссию без задержек и проволочек. Займитесь своими делами, а мы пока поговорим.
У каждого на корабле нашлось дело. Рядовые заряжали магазины, сержанты перепроверяли калибровку оружия. Девушки сели у терминала в середине салона и начали что-то тихо обсуждать.
– Вы спрашивали, кем я работал до вступления в войска, но вряд ли понимаете, насколько странно прозвучал для меня этот вопрос. Мне всего сорок три, я родился после начала нашей с вами войны. Как и все в этом салоне, ну, кроме вас, похоже. Но вы женщина, и я не стану спрашивать, сколько лет вам.
– В явно притворном удивлении и возмущении Марина прикрыла рот левой ладонью.
– Мне дали установку быть максимально вежливым и научили быть учтивым. Так что если вы хотите сказать кому-то спасибо за мое воспитание, можете сказать Разуму.
– О, вы даже не представляете, как бы я хотела что-нибудь сказать вашему Разуму, особенно лет семьдесят назад. Но, к сожалению, я не могу встретиться с ним лицом к лицу, он ведь везде и одновременно нигде. Иначе война закончилась бы, едва начавшись.
– Марина вновь мило улыбнулась. Она была на взгляд Ксеркса по-своему красива, если убрать всю чешую гусениц и прочих насекомых-симбионтов, и выглядела не старше тридцати пяти.
– Говорят, у каждого вашего подразделения кроме порядкового сквозного номера есть еще и название. Помнится, я сталкивалась как-то с адскими псами - горячие были ребята, черепахи смерти шли блоками по четыре человека. Ну и, конечно, ваши псари. Я так понимаю, их создание было ответом на наших пастухов, хотя не слишком удачным.
При каждом названии у Ксеркса холодело в груди рядом с реактором. Выдающиеся отряды, названия которых прозвучали, были первопроходцами и первыми испытателями новых видов вооружения и брони. Им всегда поставляли все самое новое и лучшее, псари гнали перед собой толпы дронов разных модификаций. Но все равно все они погибли под Ванкувером, защищая мегаполис от несметных полчищ зооморфов и наступающих хищных джунглей.
Это была вторая половина великой войны. Внезапно выяснилось, что, отступая к Арктике, зеленые не просто бежали - они засаживали все за собой новыми видами растений, столь невообразимых, что те не были предсказаны Разумом. До последнего момента считалось, что это просто новая модификация растений, устойчивых к холоду. В одночасье по команде они раскрыли свою истинную сущность. Плюющиеся кислотой и пожирающие огромные танки, бьющие электрическим током и вызывающие сильнейшие радиопомехи. Тогда Разум потерял половину своих последователей. Затем с Арктики, из-подо льда во все стороны ринулась армада новых тварей с зооморфами-пастухами во главе.
Ванкувер удержать не удалось, и вместе с гибелью сотен тысяч гражданских был уничтожен северный американский центр обработки данных. Разум был отрезан от северной части североамериканского континента, так же, как и от севера Евразии при взятии Москвы и Берлина. Миллионы квадратных километров оказались под властью зооморфов. Спустя ещё десять лет постоянной вялотекущей войны был подписан договор о Внезапном Мире. Его предложил Разум, а Главнокомандующий зооморфов принял всего через день, и никто не знает, почему непримиримые враги смогли так быстро договориться.
– Откуда вы знаете все эти подразделения? Вы были пятнадцать лет назад в Ванкувере?
– Ксеркс был уже не так любезен и очень насторожен, а Марина продолжала мило улыбаться.
– О да, там и ещё много где. Отличные были времена для меня и моих друзей.
– Она ласково погладила левой рукой симбионтов на правой. Под её ладонью они податливо перетекали и, казалось, слегка вибрировали.
– А потом нас засунули в эту тыловую дыру у черта на рогах, так что я крайне рада вашему появлению. Вы так и не ответили, как называется ваш взвод?
– Чистильщики. Мы приходим, убираемся и уходим. Мы не создаем лишних проблем и строго соблюдаем договор. Надеюсь, это будет взаимно, Марина.
– Пока вы соблюдаете договор, мы тоже неукоснительно будем следовать его букве и духу. Никаких проблем, только содействие.
– Марина улыбалась, глядя в глаза Ксерксу. Только сейчас он понял, что она постоянно улыбается, а значит, не улыбается вовсе.
– Раз мы затронули тему прошлого, может быть, вы расскажете, чем занимались до того, как...
– Ксеркс подумал, как побольнее уколоть ее за все предыдущие реплики, - как вы превратились в зеленую ящерицу.
– Ах-ах-ах, ящерицу? Как меня только не называли. Правда, абсолютное большинство повторить этого не смогли. Так что вам в этом повезло, неприкосновенность - она такая.
– Она закрыла глаза, но улыбка с лица не сошла.
– Если вам будут непонятны какие-то мои слова, не бойтесь переспросить. Всё же это было очень давно, и многие из них потеряли свой смысл. Когда всё началось, я только закончила колледж, долго пыталась найти работу по специальности. Это сейчас в этом плане нет никаких проблем - всех распределяет Разум, а у нас постоянная занятость в зависимости от специализированных мутаций, - она помолчала задумчиво.
– Так вот, моя...
Экраноплан дернулся, мигнула и тут же погасла красная лампа сирены. Сидевший до того спокойно пилот Сектор сначала постучал по руке с небольшим внешним экраном, затем открыл приборную панель управления и начал лихорадочно щелкать тумблерами, одновременно выворачивая штурвал влево, самолет же упорно поворачивал направо. Деловито обсуждавшие что-то девушки тоже замолчали. Они прикрыли глаза и рефлекторно чуть двигали руками, выполняя действия в виртуальности. Рядовой Винч схватился за голову руками и остекленевшим взглядом уставился в пол.
Картина, представшая глазам Ксеркса, подключившего боевой интерфейс, была крайне печальной. Несколько секунд назад они вошли в черную зону, и обычный протокол защиты самолета был взломан практически сразу. Переключение на ручное управление пока не работало. Девушки, активно старавшиеся помочь компьютеру корабля избавиться от вторжения, успехов пока не добились. А ещё по ним вела огонь наземная роботизированная установка ПРО. Четыре ракеты, выпущенные с земли, быстро приближались, чуть расходясь в стороны. Первая разорвалась в пятнадцати метрах впереди и левее, вторая и третья пролетели под ними, и Ксеркс понял: стреляют не по ним, а по группе сопровождения, предоставленной зооморфами.
Спустя несколько секунд мимо них пронесся шершень-бомбардировщик и произошел эксцесс. Курсовые пулеметы экранолета застрекотали, выпустив по шершню облако разрывных пуль. Даже сквозь толщу брони, вой ветра и шум двигателей был слышен рев раненного насекомого. Реакция последовала незамедлительно. Истребители прикрытия ринулись на самолет, поливая его кислотой и стараясь в полете оторвать листы брони. Скрежет отдираемой обшивки перекрывал какофонию других звуков.
– Держитесь, мы справимся!
– Ксеркс ничем не мог помочь подчиненным, кроме слов: его интерфейс был приспособлен для штурмовых операций и с готовностью передавал множество сведений о противниках, которыми были зооморфы снаружи, оборонительные установки на земле и сидящая прямо напротив него Марина.
– Отзовите своих питомцев!