Чтение онлайн

Не до нас с вами ему сейчас, а вернее, не до дел самих наших повседневных и забот. Ценою жизни саму жизнь в целом уберечь он пытается, и мы все без исключения помогать ему в том самом будем.

Кто верует здесь или нет уже не важно. То природно будет сотворено и можно сказать, что нами самими.

Кому уготована именно участь какая - сказать, естественно, я не могу. Просто сам не знаю, а придумывать или додумывать что-то свое не желаю.

Есть иные признаки всего, что готовится и по ним, как говорят, надо жить или просто во времени быть готовым ко всему.

Так вот, к той самой вере возвращаясь, не могу не сказать одного.

Не все мы в ней искренне пребываем, и по воле каждого из нас она же творится где-то внутри. От этого дела все наши, как ни странно, страдают и от того же душевный порок во многом пребывает.

И в связи уже с этим хочу сказать, что искоренение его как раз в веры соблюдении приличия разного и находится или располагается.

Как хотите это – так и понимайте. Я же внемлю то по-своему и кому-нибудь свое навязывать не хочу.

В том и есть полезность учения разного, что оно само по себе не одинаково, а в целом к одному и тому же итогу приводит – к образованию ума дополнительного.

Самым же основным или рефлекторным нас самих снабдила природа. Нам же совершенствовать то все необходимо, а значит, развивать до той степени и поры, пока сам ум на ум не возложится, и в целом, как единое целое в своем составе не выступит.

Это большая победа будет в деле ума сотворения, а также в деле зарождения цивилизации иной и уже абсолютно не земной.

– Но до того еще дожить надобно, - так Бог говорит и добавляет, - не вы одни в своей вселенной состоите и кругом много всякого разного пребывает.

Возможно, кто и дотянется до вас самих, но вы пока знать о том самом просто не будете. Слишком слабы еще в развитии и ко многому нужно тянуть, как комету какую приводную.

Так вот еще обронил наш Бог и, как говорят, упрятался за небеса. Хотя это только говорится так и по-настоящему ему незачем все то творить, ибо есть у него свой дом, из которого ему видно все и Земля та наша, словно на ладони лежит совсем рядом.

Призываю всех вас немного посочувствовать ему самому, ибо в ряды-годы только и делать, что трудиться ему приходится и по большей части в дому своем, как говорят, родном, как для нас земном, он попросту не бывает.

Такова судьба уже его самого и, не думаю, что по сути вещей всех или ценностей жизни по-нашему разных, она какая-то наиболее удачлива или благоприятна.

Но это мне кажется так самому, а что же ему – то он сам и ответит, если, конечно, захочет.

– Во многом обязан тем самым вам самим, - Бог отвечает, - ибо были бы вы все здравомыслящи во многом своем числе, то и мне бы тот отдых полагался, яко и вам самим.

А так, только и могу, что состоять где-то неподалеку, да красотами космоса великого любоваться. Незримо пока все то для вас или невидимо. Только я могу наблюдать что, да и то не всегда, в зависимости от прохождения тел небесных разных.

Судьбу свою, яко вы сами во многом числе, не кляну и не отвожу куда дальше, а ею горжусь по-своему, ибо она жизнь сотворяет и ее же в пути развития бережет.

Так вот ответ тот состоялся, и кто хочет, тот его, как говорят, изнутри и услышит. На то вера содержится в каждом и исполняется по самой душе.

Так вот она по-своему и проверяется или определяется Богом самим в ком-то из людей, прижизненно на Земле состоящих.

Если есть отголосок какой его божеской силы гласа – то знать, душа та к нему хоть не намного, но приблизилась. А значит, по уму возросла и старается во времени самим разумом овладеть.

Все эти слова мои, как бы невзначай сейчас брошенные, имеют свою научную обгрунтованность, которую еще кому-то из тех же людей и доказывать когда-то придется.

Мне же самому приходится только все дела рода такого, как говорится, изыскивать и подталкивать кого-то к решению самостоятельному по воспроизводству указанного.

То есть, я как бы направление всего того даю и отчасти мысль ту разную божескую передаю, чтобы по ней дела ведались и чинно шли, что значит, воочию исполнялись, а не просто какими-то чинами дополнительными облагались, как во всякой нашей жизни земной.

Бог видит все то, да молчит пока, собой не навязываясь, и говорит тут же так.

– Сами за дела какие возьметесь вскоре, ибо будет не до того, чтобы время какое убивать и на чинов каких, вами же избранных, располагать.

То время временем созыва большого я называю и будет то вскоре среди вас самих, как то было когда-то в стародавние времена.

Веру упрочать свою больше будете и во многом сами себя уже превзойдете в деле достижения какого, а заодно все, как один, в нем самом, как говорят, грудью станете.

Вот такие слова его и, наверное, станут вполне очевидными. Коль нету сладу общего людского в делах каких, то и дело само не движется, а значит, застой очередной наблюдается.

С тем и бороться будем, если, как говорится, при жизни поспеем, коль сама природа не успеет у кого из нас ее отобрать.

Может и грубовато несколько сказано, да говорю так, как есть на самом деле, ибо неведомо никому, что назавтра будет, да и вообще впереди.

Только предполагать можем, да еще уповать на что, в тайной надежде на кого-то, что возможно, где и взыщется среди нас же.

– Но такого искать надобно, а не сидмя, как говорят, сидеть или сложа руки на груди, подобно какому покойному.

То такая участь только тому и положена, чтоб смирение чтилось в образе людском, померкшем во времени.

Живой же человек или люд, как я его прозываю, должен живостью своею преобладать и действовать всяко разносторонне и разнообразно.

На то она жизнь ему и дана для движения, а не для алчности накопления богатств разных, да общей приземноватости людской, в общем образе во время настоящее выраженном.