Чтение онлайн

Кто-то другой управлял его кораблем? Проклятье. Насколько сильно эта варварша повредила ему рассудок? В будущем ему придется быть более внимательным, чтобы убедиться, что в его мозгу осталось немного крови. Подобные ошибки могут стоить наемнику жизни.

Одевшись быстрее, чем в тот раз, когда муж рано вернулся с работы — только идиот стал бы противостоять восьмифутовому горролиану с острыми, как бритва, клыками, — он выбежал из своей комнаты, не бросив последнего соблазнительного взгляда на варваршу в своей постели, и направился в командную рубку. Он не знал, что ожидал найти, но боялся ответа. На ум пришел миллион возможностей, и все они наверняка сделают его предметом насмешек на следующем семейном собрании. Если только он не восстановил контроль, не убил всех на борту, чтобы не было свидетелей, а затем не совершил какой-нибудь эффектный, опасный поступок. Возможно, ему все еще удалось бы спасти ситуацию, если бы говорящий питомец Оливии не сделал чего-то совершенно неожиданного. Мохнатая мордочка, лохматые уши и в целом безобидный внешний вид его не обманули. Насколько он знал, мохнатый коврик сидел в его кресле и тявкал, когда он гнал их на ближайшее солнце. «Сейчас ты, конечно, ведешь себя нелепо. Зачем портить совершенно хороший корабль, когда он мог бы убить меня или приказать, чтобы меня убили?» Может быть, именно поэтому Оливия пришла к нему в комнату и соблазнила его. Но он сорвал ее убийственный замысел, занимаясь с ней сексом так тщательно, что ей нужно было отдохнуть и восстановить силы. Галактический Любовник нанес новый удар.

О, он должен запомнить эту реплику.

Однако сначала он восстановит контроль над своим кораблем — и над самим собой. Однако, опять же, маленький нюанс, известный как «Закон Мерфи», которому был посвящен раздел в его «Руководстве для наемников», доказал, что, когда вы думали, что, возможно, справились с ситуацией, Мерфи, бог, в которого он отказывался верить, мог все нарушить, заставив воина быстро соображать на ходу. В его случае он вошел в командный центр и обнаружил не говорящий ковер, а очень похожего на человека мужчину, потягивающего что-то из чашки странной формы с маленькой тарелочкой под ней.

Длинноволосый, одетый в расклешенное темно-синее пальто поверх белой льняной рубашки, украшенной женственными оборками, странный мужчина удивленно приподнял бровь при появлении Макла.

— Хорошо отдохнули? — спросил незваный гость.

— Кто ты такой, черт возьми? — прорычал Макл, сгибая пальцы и потянувшись к ножу за спиной. Как будто он пошел бы куда угодно без оружия.

— О, ты меня знаешь, просто обычно я не в таком обличье. Некоторые называют меня этим сукиным сыном. Другие, Богом. Один мой ученик любит называть меня Ифруум, но сам я предпочитаю свое более почитаемое имя Мерф. Как и в случае с Богом, Мерфи.

— Богов не существует. — За исключением Кармы, конечно, но с ее стороны потребовалась некоторая работа, чтобы убедить его в своем существовании.

— Ты говоришь, что меня не существует, и все же я здесь.

Да, он был там.

— Итак, ты заранее спрятался на борту. Проклятый безбилетник. — Макл не пропустил, как мужчина заскрежетал зубами. Ах, этот сладкий звук раздражения.

— Мы с тобой оба знаем, что это не так. На борту никого не было. Ты заставил корабль провести диагностику, пока играл с девушкой в «спрячь фитиль».

— Откуда ты это знаешь? — Макл яростно размышлял, пытаясь придумать объяснение. Быстрый взгляд вокруг показал, что корабль все еще находится в гиперрежиме, и он почувствовал бы замедление, независимо от того, вздремнул он после секса или нет. — Кто ты на самом деле и как ты попал на мой корабль? И что ты сделал с компаньоном Оливии? Куда делся говорящий коврик?

Перед недоверчивыми глазами Макла самец замерцал и превратился в лохматое месиво.

— Ты имеешь в виду мое альтер эго Ифруума? Он все еще здесь. Но я нахожу его форму довольно сковывающей и вонючей. — Мужчина снова превратился в коврик. — Я так понимаю, теперь ты мне веришь?

— Невозможно. — Макл считал оборотней обманом. Однажды он даже заключил на это пари. Черт возьми, теперь он должен своему чертову кузену бутылку того дорогого вина, которое ему так нравилось.

— Как ты можешь говорить «невозможно», когда ты видел это своими собственными глазами?

— Будь ты проклят. Ты только что стоил мне бутылки дорогого вина, — вина, на которое у меня были планы.

— Смирись с этим

— Оливия знает? — спросил Макл, опускаясь в свое кресло и небрежно присматриваясь к показаниям корабля.

— Знает ли девочка, что ее дядя Мерфи также является ее любимым наставником? Нет. В первую очередь, из-за нее мне пришлось стать той глупой мохнатой собакой. Возникло несколько недоразумений, добавились подростковые годы, и внезапно девочка больше не слушала дядю, который ее спас. Мне надоело заменять посуду, которую она постоянно швыряла мне в голову, поэтому я ушел, но она была слишком молода и наивна, чтобы выжить самостоятельно. Итак, будучи великодушным Богом, я надел собачий костюм с большими щенячьими глазами, пообещал ей денег, и внезапно она стала мисс Покладистой.

Макл был в шоке от полученной информации, осмысливая ее и то, как она повлияла на него.

— И зачем ты мне это рассказываешь? Ты не боишься, что я все расскажу ей? — Макл задавался вопросом, сколько готов отдать этот мужик, чтобы он хранил молчание. Правило наемника номер семь: если появляется возможность шантажа, используйте ее, чтобы заработать немного кредитов.

— Увы, боюсь, что время моей шарады подходит к концу. Скоро Оливия больше не будет нуждаться во мне, чтобы защищать и направлять ее.

— Ты бы бросил эту женщину на произвол судьбы? — Прикоснувшись к ней, Макл мог засвидетельствовать ее хрупкую натуру. Она не выжила бы сама по себе без сильного мужчины, который защитил бы ее. Такого мужчины, как я. Не то чтобы он планировал стать добровольцем.

— Бросил ее? Не совсем, но даже я не могу остановить ее судьбу, — судьбу, в которую ее придется втянуть, хотя, вероятно, она будет брыкаться и кричать.

Прежде чем Макл успел расспросить Мерфи — или, по крайней мере, самозванца-оборотня, выдающего себя за озорное существо, — вошла Оливия, одетая в одну из рубашек Макла и пару его штанов, манжеты которых были закатаны несколько раз. Она выглядела очаровательно. Мгновенно его член шевельнулся, но, приготовившись к этому, Макл сильно ущипнул себя, используя боль, чтобы не дать похоти забрать еще немного крови из его мозга. С этого момента он намеревался держать себя в руках.

— Что ты здесь делаешь? — рявкнула она, ее глаза вспыхнули раздражением.

Сначала Макл подумал, что она кричала на него, но ее палец указал на другой источник.

— Оливия, моя дорогая племянница. — Незваный гость говорил умиротворяющим тоном, и Макл покачал головой. Даже он знал, что лучше не делать этого с разгневанной женщиной.

— Не смей называть меня племянницей. Я отреклась от тебя.

— Но мы семья.

— Только путем удочерения. Слава Богу.

— Не за что.

— Не тебе слава. Ты не Бог. Ты больше похоже на занозу в моей… — она наконец соизволила заметить, что у них есть аудитория, и ее щеки порозовели. Правда, они стали не такими розовыми, как прошлой ночью, когда он…

Сильный удар. Он выбросил кулак вбок и позволил костяшкам пальцев соприкоснуться с металлическим столбом, идущим от пола до потолка. Внезапная боль прогнала его грязные мысли прочь, оставив его с ясной головой. Макл помахал ей пальцами на другой руке.

— Привет, варварша.