Чтение онлайн

Что с ними будет? Она отчаянно всматривалась в далёкий берег. В голове лихорадочно кружились мысли о белых работорговцах, контрабандистах и вещах похуже. Она знала, что опасно платить неизвестному капитану убогого судёнышка, чтобы он перевёз их через канал. Однако ещё опаснее было сесть на регулярный паром в Кале, ибо тогда их, конечно же, обнаружили бы. И вернули назад.

– Я требую, чтобы нас сию же минуту доставили обратно на корабль! – запинаясь, произнесла Калли, отчаянно пытаясь заставить голос звучать твёрдо. – Это не Лалворт, и я…

Сверху раздался окрик, и её шляпную картонку сбросили вниз. Матрос поймал её и передал Ники. Секундой позже в руки матросу швырнули её чемодан.

Вид собственных пожитков слегка успокоил Калли. Возможно, её и Ники всё-таки не убьют, чтобы поживиться их вещами. Но что это за место, этот тёмный неизвестный берег?

Матрос взялся за вёсла и принялся грести.

– Куда вы нас везёте?

– Приказ капитана доставить вас на берег здесь, мэм. Надвигается шторм.

– Но Лалворт - безопасная бухта. Там можно переждать шторм.

– В бухте Лалворта действуют таможенные пошлины, мэм. Капитан ненавидит пошлины.

– Пошлины? – Калли была в таком замешательстве, что соображала с трудом. – Но…

– Приказ, мэм, – безразлично ответил матрос и налёг на вёсла.

Калли замолчала. Спорить не имело смысла. Матрос не слушал. Он сосредоточился только на гребле, а у неё все силы уходили на то, чтобы держаться. Лодчонку мотало на волнах, как пробку. Под ногами у Калли лежал её чемодан. У Ники – шляпная картонка, но им приходилось удерживать вещи обеими руками.

– Здесь рифы, мэм, – произнёс матрос через несколько минут. Шлюпку качало все неистовее. – Я не осмеливаюсь везти вас дальше. Отсюда вам придётся добираться вброд.

– Нет. Здесь слишком глубоко, а мой сын…

Прежде чем Калли смогла остановить его, матрос схватил Ники и опустил в море.

– Он не умеет плавать! – вскричала Калли. Не дожидаясь ответа, она плюхнулась в воду вслед за Ники, подтягиваясь вдоль борта лодки до тех пор, пока не добралась до сына. Холодная вода была ей по грудь.

– Крепче держись за меня, Ники! Положи ноги мне на пояс, а руки… да, вот так.

Ники вцепился в неё, обвив её тело руками и ногами, как обезьянка. Он весь дрожал.

– Х-холодно, мама.

– Ваши вещи, мэм, – матрос передал ей картонку. Как будто Калли было до неё дело, когда её сын находился в море. Но Ники отвечал за шляпную картонку во время путешествия, поэтому он уже протягивал за ней руки. Кроме того, там находились важные документы и его сухая одежда.

– Накинь шнурок на запястье, Ники, – сказала Калли сыну. – Она сама поплывет, а непромокаемая ткань сохранит вещи сухими.

Шлюпка подошла поближе. Возможно, у матроса оказалось больше совести, чем у капитана – лодка действительно могла перевернуться, но он, кажется, был твёрдо намерен убедиться, что их багаж с ними. Он подождал пока Ники возьмет картонку.

– Возьмите, мэм, – матрос передал ей чемодан. Калли зашаталась под ударом волны. Она взяла чемодан одной рукой, другой прижимая к себе Ники.

– Бог в помощь, мэм, – шлюпка быстро исчезла в ночи.

– Но где мы? – крикнула она вслед.

– Ступайте вверх по горной тропе и поверните на запад к Лалворту, – донёсся голос.

– Я даже не знаю, в какой стороне запад! – закричала Калли. Но ветер заглушил её слова. В темноте она уже не видела шлюпку, не говоря уже о корабле, на котором они покинули Францию.

– Запад – это там, где солнце садится, мам, – сказал Ники.

Калли едва не рассмеялась: солнце село давным-давно. Но волны толкали их к берегу. Она сжала Ники и пошла к пляжу. Ветер с каждой минутой становился всё сильнее, проникая через мокрую одежду. Если она совершенно окоченела, то Ники должно быть ещё холоднее.

Но он был жив, а это важнее всего. И она в Англии. И, несмотря на то, что она промокла, и замёрзла, и не имела ни малейшего понятия, где находится, настроение немного поднялось. У неё получилось.

Наконец, она выбралась на мелководье и поставила Ники на ноги. Спотыкаясь и дрожа, они вышли из воды. Пляж был усеян камнями и осколками раковин, и в темноте идти было трудно. Туфли Калли потеряла в море, и несколько раз она больно ударилась кончиками пальцев. Ей было всё равно. Пляж… Суша… Англия.

– Пойдём, милый, – от облегчения у неё кружилась голова. – Давай переоденем тебя в сухое, а потом найдём ту дорогу. Если повезёт, к завтраку будем у Тибби.

– А сосиски будут, мам? – с надеждой спросил мальчик, стуча зубами. – Английские сосиски?

Калли рассмеялась.

– Возможно, – ответила она. – Теперь поспешим!

У подножия скалы она открыла картонку. Всё внутри было сухое, спасибо водонепроницаемой ткани. Она достала смену одежды для Ники, кашемировую шаль и запасную пару туфель.

Калли быстро раздела Ники, вытерла шалью и одела в чистую сухую одежду. Он был болезненным ребёнком, и она не хотела, чтобы он простудился. Она отжала юбки, насколько это было возможно, вытерла ноги и надела туфли.

Она взглянула вверх на скалу. Ей не удастся подняться по крутой тропке в волочащихся и путающихся в ногах юбках. Калли запросто сняла бы и верхнюю юбку, и нижнюю и влезла бы в панталонах, да только нижняя юбка с потайными карманами в настоящий момент была самой ценной для неё вещью.

Калли подоткнула юбки повыше, как обычно делают рыбачки. Ледяной ветер жалил влажную кожу.

– Ну, теперь полезли, – сказала она и взяла чемодан.

Ники запрокинул голову и уставился на скалы.

– Нам действительно придется лезть на самый верх?

Неудивительно, что его страшила такая перспектива. Калли едва могла различить вершину по тому, как она слегка выделялась в темноте – смена структуры, а не цвета.

– Да, но тот человек сказал, что есть тропа, помнишь? – женщина постаралась изгнать ярость из голоса. Скалы были огромными и очень крутыми – выбросить их с корабля здесь, было не просто жестоко, это настоящее преступление, особенно, принимая во внимание ногу Ники!