Похищенная
Шрифт:
Боже!
Как же в этот миг страшно, жутко, полыхают его бешеные глаза! Разве что пена изо рта не идет, а так – чисто, как бешеная собака!
И кажется…
Сердце безумно пропускает удары.
Кажется, именно от этого он получает удовольствие!
От того, как бьюсь под ним всем телом. Как смотрю в ужасе распахнутыми глазами. Он власти. От страха. От струйки крови, которая ожогом течет по моей шее, пока он проводит ножом по ней дорожку…
– Я не пощажу, если узнаю. Не пощажу! Истекать кровью будешь! Сдохнешь в таких мучениях, которые тебе и не снились!
Резко отпускает.
Отшвыривает.
А я…
Я сползаю на пол.
Не верю.
Не могу поверить, что весь этот кошмар происходит наяву. Нееееет!
Обхватываю руками горло, судорожно, как выброшенная на берег рыба, ловя распахнутым ртом воздух.
Вся дрожу.
Об одном мечтаю, - проснуться и понять, что все это – лишь сон!
– Ну? Чего ты?
Его хриплый, резкий голос звучит обманчиво мягко.
– Я же только проверил. Предупредил.
Хватает за подбородок, вскидывая мое лицо вверх. Держит так крепко, что синяки останутся!
– Я мог бы и попробовать сейчас. Свое. Немного. Ротик твой, например, ммммм?
Урод нажимает пальцами на нижнюю губу. А меня таки скручивает рвотным спазмом. Отвращения.
– Перед свадьбой немного пошалить можно? Даже не помешает?
Криво усмехается, и эта усмешка еще больше уродует его лицо оскалом.
– Но так уж и быть. Оставлю все до брачной ночи. Раз уж ты такая недотрога. А что? Мне даже нравится!
Треплет меня по щеке. Как собачку, какую-нибудь, черт его дери!
– Оставлю тебя на десерт… - хрипит, зарываясь своей мерзкой пятерней мне в волосы.
– Наша брачная ночь будет очень, очень сладкой…
Резко отпускает.
Громко хлопает дверь, выходя.
А я так и валюсь на пол. Скорченными пальцами царапая ногтями по паркеты, ловя воздух.
Глава 14
Боже!
Мне казалось, что я в тюрьме?
О, нет!
Мой кошмар только начинается!
– Ну, что ты истерику устроила?
Изумленно поднимаю голову, глядя на стоящего передо мной отца.
– Скорчилась тут. Жертву несчастную строишь.
– Отец! Нет!
Впиваюсь руками в его пиджак.
– Нет! Я тебя умоляю! Только не он! Только не Кобринский!
Нефтяной магнат, убийца и еще и садист!
– Он же…
Задыхаюсь.
Слезы обжигают глаза. Заливают лицо и шею.
– Он же меня убьет! Он же… Сейчас…Меня!
– Да перестань! Ничего он не сделал! Ну, потрогал тебя немножко! Так будущую жену грех и не потрогать! Что такого? Хм… Видно, слишком скромной я тебя все-таки растил. Хотя… Все лучше, чем шлюхой бы выросла. Все! Вытирай свои глупые слезы и давай! Переодевайся!
– Нет… - скребу уже ногтями по полу. – Не ему… Не отдавай меня… Этому…
– Алиса! Иосиф мой партнер! Друг! И уважаемый человек! Сказал! Когда власть станет нашей и капиталы сольются, ты королевой будешь! Ну, что такого он тебе сделал? За грудь, что ли, подержался? Ну так это нормально! Грудь мужчине должна нравиться! И все остальное.. Хм… Тоже!
– А это? Это как?
Запрокидываю голову, показывая порез на горле.
– Это тоже? Тоже должно нравится?
– Хм…
Обхватывает шею. Рассматривается. Хмурится.
Может, хоть это его проймет?
– Он же настоящий садист… Не отдавай! Ему!
– Да. Кобра иногда перегибает с женщинами. Увлекается ножом. Но… Я поговорю с ним. Не бойся. Не покалечит.
Что? Вот так?
– Алиса! Собирайся давай! Времени нет! Сегодня сам тебя в универ твой отвезу!
И все. Говорить больше не о чем. Ему все равно.
Все равно, что этот головорез убийца! К тому же и садист, и мой отец, оказывается, прекрасно знает и об этом! Не покалечит? Значит, других еще и калечил? И вот это? Это должно стать моей судьбой?
На дрожащих ногах поднимаюсь и иду в свою комнату.
Натягиваю первое, что попадает в руки.
Молча спускаюсь, усаживаясь в машину отца.
– Даже не думай! – предостерегающе поднимает руку, когда пытаюсь раскрыть рот. – Я все решил. Ты станешь женой Кобринского. Все! Я сказал. А я, Алиса, решений не меняю!
Новогодняя вечеринка отменилась сама собой.
Теперь меня и правда начали охранять в раза три больше.
И, хоть с отцом после того случая, мы и двух слов не сказали, а он, видно, так и почувствовал, что теперь моим единственным желанием… Моей единственной надеждой могло стать лишь одно. Сбежать.
Только…
Стоит закрыть глаза, и я снова вижу перед собой ужасное лицо Кобринского.
Настоящего бандита. Истинного головореза.
Он похож на злого, разъяренного медведя.
Вижу, как страшно полыхают его глаза. Как бешено сжимаются челюсти на злющей морде.
И…
Сердце замирает. Перестает стучать.
Что со мной будет, если я все-таки сбегу, а он меня найдет?
Даже думать страшно. А представить себе этого я не могу. Потому что на такое даже моей фантазии не хватит!
Так и стоят в ушах слова отца.
« Иногда он перегибает палку. С женщинами».
Охххххх…..
Нет. Несмотря на весь ужас того, какая расправа меня ожидает, если я попадусь, я должна! Должна выбраться! Любой ценой!
А дальше…
Черт! Даже думать боюсь!
Но… Если меня поймают и отец не сжалиться, лучше покончить с собой! Чем хоть раз оказаться в спальне с тем уродом!
Скоро. Скоро та самая вечеринка отца. Его ежегодный бал, после которого он уедет в Лондон. На целую неделю, как нашептала мне одна из его любовниц! А, значит, у меня остается только это время!
Глава 15
Даже не провоцирую. Не прошу ни о каких вечеринках. Просто запираюсь в новогоднюю ночь одна. В своей комнате. Радуясь лишь тому, что отец не вынуждает меня ехать на какие-то приемы. Или встречи. Где обязательно придется столкнуться с тем уродом… Которого боюсь. До дрожи. Даже на расстоянии…
« Грачев был убит в новогоднюю ночь. Предположительно, за несколько часов до наступления самого Нового года. Множественные ножевые ранения, одно из них несовместимое с жизнью. В доме, где он был обнаружен, так же нашли пятна крови, не принадлежавшие убитому, как показало заключение экспертов. По предварительным данным, криминальный мир давно готовился к перевороту. В эту ночь была назначена встреча представителей бизнеса, власти, а проще – сходка тех, кто на самом деле прикрывает свое участие в преступных махинациях. Похоже, что между ними возник серьезный конфликт. Который привел к драке с использованием холодного оружия. Судя по месту преступления, довольно много раненых. Теперь, отслеживая ножевые ранения, нанесенные в новогоднюю ночь, можно догадаться, кто из нашей элиты принадлежит преступному миру, - завершает диктор с усмешкой.