Чтение онлайн

– Позвольте, мисс? – Бен протянул ей руку, и, несмотря на ледяной вид Снежной королевы, Кара всё же вложила руку в его ладонь и мило улыбнулась, не произнося ни слова.

Проводив девушку до дивана, Бен жестом предложил ей сесть. Если он решил быть внимательным и заботливым, то вряд ли это подействует на неё, а вот если прикоснётся к ней – Кара перестанет отвечать за себя и свои действия.

Присев на белоснежный диван, она откинулась на спинку, закинула ногу на ногу и снова скрестила руки, принимая закрытую позу собеседника, – или в очередной раз привлекая его взгляд к тяжёлой артиллерии. Если на суде её спросят, почему она себя так вела, то Кара даже не будет отрицать, что знает слабости мужчин и их желание смотреть на женскую грудь, так же как девушки пожирают глазами упругие ягодицы проходящих мимо мужчин.

Пока Бен открывал вино и разливал его по бокалам, девушка пристально наблюдала за ним, словно оценивала технику подачи алкоголя. Когда мужчина протянул ей бокал, то Кара отсалютовала Бену и почти залпом выпила содержимое, что Фишер не успел ничего произнести.

– Ты же хотела кушать? – Если Кара напьётся на голодный желудок, то вряд ли будет способна хоть на что-то. – Я заказал еду из ресторана. Есть мясо и рыба – что бы ты хотела?

Но Деваль продолжала молчать. Не дождавшись пополнения своего бокала, она схватила холодную бутылку, выдергивая её из ледяного ведерка, и, прильнув губами к влажному горлышку, запрокинув голову, начала жадно пить, словно умирала от жажды. Тоненькая струйка игристого вина ледяной полоской пролегла на её подбородке и следом покатилась по груди. Когда бутылка была почти пуста, то Кара, вытирая запястьем влажные губы, отставила её обратно на стол и взглянула на шокированного Бена. Эта женщина не переставала его удивлять. Он видел девушку пьяной, но она не пила так, словно имела огромный стаж.

На дне не осталось ни капли, и Фишер не подал никакого вида. Тогда Кара молча перевернула бутылку горлышком вниз и потрясла ею, показывая, что алкоголь закончился. Но Бен снова ничего не ответил. Деваль встала с дивана и целенаправленно устремилась к кухне. Ещё при входе Кара заприметила стойку, где находился алкоголь. Подойдя к ней, девушка с пристальным интересом приступила к изучению бутылок, размышляя, что же ещё выпить. Выбор Кары остановился на том же игристом вине. Если уж начала с него, то стоит продолжить держаться этого направления, если она не хочет никаких последствий. Коварные пузырьки могли сыграть с ней злую шутку, и уже через десять минут её голова начнёт вальсировать в быстром танце, а перед глазами будут летать космические звёзды, и всё это рискует закончиться свиданием с белым другом. Поэтому мешать алкоголь Кара не хотела. С неё хватило отвратительной водки, от которой ещё на следующий день мутило.

– Ты что делаешь? – Бен попытался отобрать у неё бутылку, но Кара отвела руку в сторону и отскочила, успев сделать большой глоток алкоголя. Шипучие пузырьки нежно обволакивали её рот при каждом новом глотке. – Прекрати себя вести как ребёнок. – Прежде чем он схватил её за свободную руку, Кара успела сделать ещё глоток и резко вытянула руку, позволяя его пальцам схватить только воздух. – Для чего ты всё это делаешь? –Губы Бена образовали тонкую полоску, но девушка молчала: она лишь согнула ту руку, что он держал, и двумя пальцами, словно ухватившись за застёжку молнии, провела по своим губам. Вот оно что: Бен мечтал, чтобы она замолчала, – он добился желаемого. – Хватит!

Кара выдернула руку и, покачав головой, снова припала губами к горлышку и выпила приличное количество алкоголя. Непрерывные глотки на пустой желудок уже давали о себе знать: ноги становились ватными, а глаза с трудом фокусировались на предметах. Если б она говорила, то её язык заплетался, и вряд ли Бен мог услышать членораздельную речь. Даже тогда, когда Деваль дала слово пойти с ним на свидание, она вывернула всё наизнанку. Он надеялся на хороший ужин, а она мастерски всё испортила.

***

Первые лучи солнца, проникающие сквозь окна, постепенно рассеивали глубокий сон Кары, пробуждая её. Ловя последние нотки, Деваль понежилась в постели, чувствуя, как её нос уткнулся во что-то мягкое, а приятный запах пробуждал её сознание, словно терпкий аромат утреннего кофе. Согнутой ногой, лежащей поверх тонкого одеяла, она скользнула ею чуть выше по гладкой поверхности шёлковой ткани, а свободная рука лежала на чём-то тёплом и приятном на ощупь. Наслаждаясь этим прикосновением, она скользнула рукой по рельефной поверхности. До её опьянённого разума, стало доходить: последнее, что она помнила, – это третья бутылка игристого вина, а сейчас Кара лежала в постели. Чем больше девушка осознавала это, тем скорее торопилась пробудиться от опиумного сна. Её рука зашарила в попытках распознать, что это могло быть. Когда её мозг, как рёв необузданной сирены, сигнализировал, Кара распахнула глаза и увидела перед собой мужское плечо, а её рука лежала на обнажённой груди Бена.

– Чёрт! – Подскочив в постели, девушка натянула на себя одеяло, прикрываясь. – Между нами что-то было? – почти с ужасом в глазах спросила Кара.

– О-о-о, посмотрите, кто у нас заговорил. ? я уже думал, что ты окончательно потеряла дар речи, – с сарказмом произнёс Бен. – Если б между нами что-то было, то ты бы это запомнила. – Поднявшись на локтях, он взглянул на растрёпанную Деваль. Выглядела она не самым лучшим образом. Тушь размазалась, образовывая под глазами тёмные круги, отливающие синевой, а блестки от помады лёгкой дорожкой пролегли вдоль щеки, поблескивая в лучах солнца. – Да и я не страдаю некрофилией. Я предпочитаю, чтобы оба были в сознании – это залог успешного секса.

– Ой, слушай, не льсти себе, милый, – съязвила Кара и взглянула под одеяло. Кара была одета в мужскую рубашку. Оттянув воротник, Деваль взглянула на своё тело. Слава богу, на ней было нижнее бельё. – Это ты меня раздел? – недовольно произнесла девушка.

– Скорее, я тебя одел, – усмехнулся он. – Ты была так настойчива, устраивая стриптиз на столе, потом перебралась ко мне на колени, домогаясь меня своими пьяными поцелуями.

– Не ври!

– Можешь посмотреть видео: я знал, что ты не поверишь, и заснял твои стриптизные танцы. Но когда ты перебралась на меня, пришлось прекратить съёмку. – Бен нашарил под подушкой мобильный телефон и протянул его Деваль.

– Не горю желанием смотреть. И удали видео.

– Нет, милая, чем же я тогда буду тебя шантажировать? – Он дьявольски улыбнулся.

– Ну ты и гад! – Кара шлёпнула его по плечу и тут же затрясла рукой – больно сделала она только себе.

– Я же не виноват, что ты захотела станцевать мне стриптиз, решив, что пьяные танцы могут меня возбудить.

– Да что ты говоришь? – Состроила гримасу Кара и посильнее натянула на себя одеяло, хотя и так находилась в целомудренном виде, но ей казалось, она абсолютно голая.

– Милая, – Бен сел на кровати и наклонился к ней, шепча на ушко, – к чему твоё стеснение? Всё, что надо, я уже видел. Или ты забыла? – От его дыхания по шее пробежали мурашки. – Я не только видел твою грудь, но и покрывал её поцелуями, даже кусал и посасывал твой сосок, доставляя тебе удовольствие. Или ты забыла, как стонала от моих прикосновений? Повторить?

От его слов мурашки побежали не только по шее, но и по всему телу. Скользнув обнажённой ногой под одеяло, Кара попыталась скрыть своё возбуждение от глаз Бена. Мурашки предательски выдавали её. Все части тела были прикрыты мужской рубашкой, и вряд ли Бен заметил гусиную кожу, но если Фишер коснётся её ноги, то ощутит это под пальцами.

– Это ты думаешь, что доставлял мне удовольствие, – фыркнула она и вздёрнула подбородок, смотря на него надменным взглядом.

– Ты не умеешь врать, Кара. – Бен дотянулся до её лица и коснулся пальцами щеки.

– Слышь, ты, лапы убрал! – В ней словно пробудился дремлющий гопник и вырвался наружу.

Даже тогда, когда она ругалась, кричала и била его, в ней оставался тот чарующий шарм, так и манящий схватить девушку в крепкие объятия и впиться страстным поцелуем, чтобы заткнуть. Сейчас же это было, скорее, отталкивающе. Словно огромное количество алкоголя разбудило в ней быдло. На этот раз она переигрывала. Отшвырнув его руку сильным ударом, Деваль сверкнула глазами, ликуя, понимая, что сделала ему больно. Вот только зачем?