Чтение онлайн

— Встаем? — спросила я

— Даа…пора становиться папочкой для детей — сказал с усмешкой Демид

Мы встали, привели себя в порядок. Я накинула лёгкое платье, Демид — домашние штаны и футболку. Переглянулись, улыбнулись и пошли вниз.

Из гостиной доносился смех — детский и взрослый. Мы зашли и замерли на пороге.

Татьяна Семёновна сидела на ковре посреди комнаты, окружённая игрушками. Пашка и Полинка — наши годовалые двойняшки — ползали вокруг неё, пытаясь стащить друг у друга яркие кубики.

— Ооо, мои любимые! — воскликнула Татьяна Семёновна, увидев нас. — А мы тут играем вовсю!

Пашка, заметив папу, радостно загукал и пополз к нему. Полинка, более серьёзная, осталась у бабушки, изучая новую игрушку.

— Справились без нас? — спросил Демид, подхватывая сына на руки.

— Ещё как! — гордо заявила свекровь. — Мы и кашу съели, и в пирамидки поиграли, и даже немного поспали.

— Вы чудо, — улыбнулась я, садясь на диван. — Спасибо вам огромное.

— Ой, да ладно, — отмахнулась она. — Я же бабушка наконец-то. Это моё законное право — возиться с внуками.

Полинка подползла ко мне, уцепилась за ногу и требовательно загукала. Я взяла её на руки, прижала к себе.

— Соскучилась, маленькая? — прошептала я, целуя её в макушку.

Демид сел рядом с Пашкой на коленях, обнял меня свободной рукой.

— Хорошо, — сказал он. — Как же хорошо.

— Да, — согласилась я. — Очень.

Мы сидели в гостиной, окружённые детским смехом и бабушкиной заботой, и я чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете.

Звонок в дверь разорвал уютную тишину.

— Где наши крестникииии?! — раздался с порога голос Наташки, прежде чем я успела открыть.

Она влетела в прихожую, как ураган, сметая всё на своём пути. За ней с улыбкой вошёл Кирилл, с пакетами подарков в руках.

— Тише ты, — засмеялась я, обнимая подругу. — Все таккой же ураган.

— А то! Самая лучшая крестная на крыльях любви примчалась! — безапелляционно заявила она и рванула в гостиную. — Мои мусипусики!

Наташка и Кирилл были крестными. Но по одному на каждого — церковные правила не позволяют женатым быть крестными у одного ребёнка. Так что Наташка стала крёстной Полинки, а Кирилл — Пашки.

Да, они поженились полгода назад. И теперь Наташка носила фамилию Лисовская. Ей она шла как никому другому — звонкая, яркая, как она сама.

— Мои мусипусишные! — ворковала Наташка, тиская обоих малышей. — Я всё равно вас обоих люблю! Крёстная любовь — она безгранична!

— Не задави их, — усмехнулся Кирилл, подходя к Демиду.

— Ну что, Кир, — Демид хлопнул друга по плечу. — Как у вас?

— Отлично, — расплылся в улыбке Кирилл. — Натах, делиться новостью будешь?

— Оооо, да! — Наташка подскочила. — Мы беременны!

Я ахнула.

— Наташка! — закричала я, бросаясь к ней обниматься.

— Два месяца уже! — сияла она. — Мальчик!

— Поздравляю! — я сжимала её в объятиях, чувствуя, как слёзы счастья наворачиваются на глаза. — Это же чудесно!

— Теперь наши дети будут вместе расти, — добавил Кирилл. — Как мы.

— Друзьями, — кивнул Демид. — Или больше.

— Посмотрим, — усмехнулась Наташка, подмигивая мне. — Вдруг породнимся?

— Натах! — засмеялась я.

— Кстати, — вспомнила Наташка, когда мы уже пили чай на кухне. — А что там с Марией?

Я переглянулась с Демидом.

— Посадили, — ответил он спокойно. — Шесть лет дали.

— Ого! — присвистнул Кирилл. — Серьёзно?

— Статья тяжёлая, — кивнул Демид. — Плюс видео, анализы, свидетели. Адвокат хорошо поработал. Думаю, ее родственники вытащат ее раньше. Но урок, думаю, она усвоила.

— Поделом, — жёстко сказала Наташка. — Чтоб неповадно было чужие семьи разрушать.

Звонок в дверь снова разорвал нашу болтовню под угуканье детей.

На пороге стояла мама — с огромными сумками и счастливой улыбкой. А за её спиной прыгали Соня и Зоя, готовые взорваться от нетерпения.

— Мамуль! — я обняла её.

— Лизонька, — она прижала меня к себе. — Ну наконец-то добрались.

— Ну наконец-то моя любимая теща! — раздался голос Демида из прихожей.

Мама рассмеялась.

— Ой, Демид, ты как всегда, — покачала она головой, но в глазах её плясали смешинки.

Он и правда любил мою маму. С первого дня как-то сроднились. Она называла его «мой любимый зять», а он её — «лучшая теща в мире». И это было чистой правдой.

Соня и Зоя, не теряя времени, повисли на Демиде как на турнике.

— Дядя Демид! Дядя Демид! — закричали они хором. — Где наши племянники?!

— В гостиной! — рассмеялся он, пытаясь удержать обеих сразу.

— Урааа! — взвизгнули они и рванули в комнату, потрясая пакетами с игрушками. — Мы им подарков привезли!

Я обняла маму, и мы пошли следом.

В гостиной уже кипела жизнь. Соня и Зоя окружили Пашку и Полинку, наперебой показывая им игрушки. Малыши радостно гукали, хватая всё подряд. Наташка с Кириллом допивали чай, поглядывая на эту кутерьму с улыбками. Демид стоял в дверях, обнимая меня за плечи.

— Счастье, — прошептал он мне на ухо.

— Да, — ответила я. — Самое настоящее.

Мама села на диван, притянула к себе внуков.

— Ну, рассказывайте, — сказала она. — Как вы тут без нас?

— Хорошо, — улыбнулась я. — А теперь стало ещё лучше.

За окном светило солнце, в доме было тепло и шумно, а я чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете.

— Тещенька любимая, — позвал Демид, подходя к маме с загадочной улыбкой.

— Ой, Демид, ну смущаешь, — отмахнулась она, но глаза её сияли.

— Далеко вы живёте, — сказал он серьёзно. — Очень далеко.

— Зато воздух свежий, — улыбнулась мама. — Деревня, природа.

— Воздух — это хорошо, — кивнул он. — Но далеко же… Поэтому вот вам подарок.

Он протянул ей небольшую бархатную коробочку. Мама удивлённо посмотрела на неё, потом на меня. Я пожала плечами — я тоже не знала, что там.

— Что это, Демид? — спросила она, беря коробочку.

— Откройте, — загадочно улыбнулся он.

Мама открыла. И ахнула.

В коробочке лежали ключи. Обычные ключи, но она сразу поняла.