Чтение онлайн

Забыв про чайник, Кристина пошла в гардеробную.

Весь антиквариат их прошлой жизни хранился здесь – на трёх полках её гардеробной комнаты. Когда они с мамой съезжали из старой квартиры, Кристина к мужу, а мама в новую квартиру поменьше, они избавились от большинства вещей – мебель продали вместе со старой квартирой, предметы быта и интерьера, типа книг, наборов посуды или кухонной утвари частично разделили между собой, часть раздали, кое-что выбросили. На момент переезда из личных вещей Риты практически ничего не осталось – спустя несколько месяцев с момента её смерти, мама собрала всё и отнесла в церковь. Остались только какие-то памятные вещи, типа фотографий, детских поделок, грамот. И практически всё это сейчас хранилось в коробках у Кристины. Мама при переезде забрала себе только пару фотоальбомов с детскими фотографиями дочерей и плюшевого медведя, детскую игрушку Риты, каким-то чудом дожившую до наших дней. Всё остальное, что уцелело, забрала себе Кристина.

Раньше, примерно раз в год, в день рождения сестры, Кристина перебирала их, освежая воспоминания о ней. Так было до рождения Алисы. После, Кристина всё реже возвращалась к этим вещам.

События вчерашнего вечера всколыхнули воспоминания о случившейся трагедии, и Кристина почувствовала острую потребность снова пересмотреть содержимое коробок.

В них Кристина нашла пару старых фотоальбомов, несколько грамот Риты за победу в олимпиадах по химии, биологии и математике, брелок от её ключей в виде игральной кости – дань её любимому фильму «Начало». В одной из коробок даже была любимая пижама Риты, сохранившаяся ещё с тех времён, когда ей было лет шесть – с изображением Салли из мультфильма «Корпорация монстров». Кристина нашла и свои старые вещи – пазл с изображением Бэмби из одноимённого мультфильма, постеры фильмов «Послезавтра», «Код да Винчи» и «Тёмный рыцарь», парочку дипломов за участие в литературных конкурсах, музыкальный диск группы Linkin Park и диск с трилогией «Властелин колец».

Была ещё уйма всяких мелочей, блокнотов, альбомов и старых вещей. Кристина потратила несколько часов и пересмотрела их все. А потом, наконец, уснула, прямо на полу посреди этих коробок.

На следующий день в больнице у Кристины состоялся неожиданный диалог.

– Извините, Вас зовут Кристина? – услышала девушка из-за спины. Развернувшись, она увидела перед собой семейную пару. Это были родители погибшей девочки. Как узнала Кристина сегодня утром, её звали Наташа Лебедева, и ей было двенадцать лет.

– Да, верно, – ответила она.

– Мы можем с Вами поговорить? – спросила мама Наташи.

– Разумеется, – сказала Кристина и жестом пригласила их идти за собой. Она проводила их в комнату отдыха и прикрыла за собой дверь. – Присаживайтесь. Может, хотите чего-нибудь? Чай, кофе?

– Нет, спасибо, – ответил отец девочки.

– А я, пожалуй, соглашусь, – произнесла его жена. – Саша, тебе тоже чашечка кофе не помешает, – обратилась она к супругу.

Не решившись спорить с женой, он утвердительно кивнул головой.

Кристина достала чашки из тумбочки и включила кофеварку. Пока она готовила кофе, никто не проронил ни слова.

– Держите, – сказала девушка, передавая им чашки. – Я с вашего позволения, тоже выпью.

– Конечно, конечно, – отозвалась женщина. – Простите нам эту неловкость. Мы немного плохо соображаем, – начала оправдываться она. – О чем это я… Меня зовут Татьяна. Это мой муж Александр. Мы родители Наташи, девочки…

– Я знаю, – избавила Кристина её от ненужных объяснений. – Примите мои соболезнования. Я знаю, никакие слова сейчас не облегчат вашу боль, но мне, правда, очень жаль.

– Сколько ещё заготовленных пустых фраз в Вашем арсенале? Наверное, уже привыкли безучастно рассыпаться в извинениях и сожалениях? – отозвался Александр. Голос звучал его грубо и потеряно. – Оставьте всё это при себе.

– Саша! – с укоризной обратилась к мужу Татьяна. – Мы здесь не за этим! – сказала она таким тоном, что стало ясно, кто в их семье главный. – Кристина, простите моего мужа. Он не подумал.

– Ничего страшного, я всё понимаю. И поверьте, это не, как вы выразились, заготовки и не бездушные безучастные сожаления. Я действительно знаю, что вы сейчас чувствуете. Знаю, не понаслышке, – добавила Кристина и по тени, мелькнувшей в её глазах, Татьяна поняла, что Кристина не лукавит.

– Давно? – спросила она нежно.

– Несколько недель, – ответила Кристина и сглотнула образовавшийся в горле ком.

Татьяна взяла Кристину за руку и прошептала:

– Соболезную.

Александр, сообразивший о чем идёт речь, неловко потупился и виновато произнёс:

– Простите меня.

– Я не в обиде, я понимаю. Сама так же огрызалась на всех подряд. Да что уж там, до сих пор огрызаюсь, – ответила Кристина. – Вы хотели со мной о чём-то поговорить? – напомнила она.

– Да… – растерянно протянула Татьяна. – Мы просто хотели Вас поблагодарить.

Теперь пришла очередь Кристины недоумевать.

– Меня? За что?

– Другая медсестра сказала, что Наташенька к Вам обратилась за помощью.

– Я просто была первой, кто встретился ей на пути в больницу. Только и всего, – объяснила Кристина.

– Да, но Вы не прошли мимо. И потом, в палате. Сестра сказала, Вы до последнего пытались помочь нашей девочке, настаивали, чтобы врачи попробовали ещё что-то сделать.

– Но моих слов было недостаточно, – с сожалением признала Кристина.

– Это не важно, – ответила Татьяна. – Важно, что наша девочка чувствовала Вашу поддержку, чувствовала, что кто-то борется за неё. Она не была одна в тот момент, – сказала она, и голос её дрогнул.

По щеке Татьяны побежала слеза и она, словно стыдясь этого, быстро смахнула её рукой. Кристина подсела к ней ближе и обняла.

– Мне очень жаль, – в который раз произнесла она, а Татьяна расплакалась у неё на плече.

Спустя несколько недель после смерти дочери Кристина поняла, что самостоятельно она с этой потерей не справится. Это решение далось ей не легко, но в какой-то момент она осознала, что готова принять помощь специалиста и записалась на групповые занятия к психологу.

Сегодня было её третье групповое занятие.

Мягкий свет проникал сквозь занавески, окутывая комнату теплом и умиротворением. Комната была светлой, уютной, очень «домашней». В ней плавно сочетались старинные антикварные предметы и современные элементы декора. Удобные кресла с мягкими подушками и пуфами были расставлены по кругу, на равном расстоянии друг от друга. Кресло врача никак не выделялось. В углу комнаты стоял стол, украшенный свежими цветами. На нём стояли заварник, графин и чашки по количеству гостей. Поблизости располагался массивный книжный шкаф, заполненный книгами о психологии, философии и самопознании. На полу лежал ковер из натуральных материалов, с огромным мягким ворсом.

В каждую их встречу каждого из пришедших на занятие доктор приветствовал лично. Это был мужчина лет сорока, ростом чуть ниже среднего, довольно привлекательный, несмотря на небольшой излишек веса. Взгляд его карих глаз был серьезным и наблюдательным, а густые брови придавали ему выразительности. Доктор всегда был гладко выбрит, его тёмные волосы были аккуратно уложены. Его улыбка и теплая, доброжелательная манера общения легко создавали атмосферу доверия и комфорта. А мягкий бархатистый голос словно обволакивал сознание.