Чтение онлайн

– Нам срочно нужно на выход, пропустите, пожалуйста!

Вместо того, чтобы выполнить просьбу, фрак наоборот остановился и начал как будто бы прислушиваться. Создавалось впечатление, что мужчина не услышал голоса девушки. А все потому, что Кай, теперь уже Мистер Мавэн, почувствовал в воздухе магическое колебание. Такое бывало, когда рядом находился другой маг, использующий заклинания. Он совершенно точно был уверен, что его сестра покинула поезд и находится в другом месте. Тогда кто же этот неизвестный ему чародей? Он тщетно сканировал пространство в поисках ответа, но внезапно его отвлекли, что очень его расстроило.

Агнесс повторила свои слова, отчего человек, чья медлительность могла сыграть злую шутку, наконец-то повернулся к говорившей. Сначала он пару секунд, прищурившись, всматривался в пространство позади девушек, будто что-то искал, потом перевел взгляд на сестер, заглянул в синие очи говорящей (показалось, что глаза его сверкнули в тот момент), и пренебрежительным тоном сказал, а все потому что вспомнил, что засматриваться в красивые глаза опасно для холостяка:

– Ах, ну, конечно же, вот кому не терпится попасть поскорее в столицу. Провинциальные барышни! – человек оглядел нашу героиню оценивающим взглядом с ног до головы и, словно сделав вывод для самого себя, добавил:

– Приехали за женихами? – сострил он. В свое оправдание он подумал, что сделал правильный выбор не выражать симпатию юной даме. Заметив рядом странно ведущую себя девушку в бледно-желтом дорожном платье, взглянув на ее лицо, молодой мужчина продолжил: – Пожалуй, не буду вам мешать поскорее начать свои поиски. И замечу, что болотный цвет нынче не в моде. – С этими словами он посторонился, пропуская дам.

Агнесс хотела возразить, что они вовсе не торопятся именно в столицу, а потом хотела указать на непозволительное отношение к ним, но тут Софи, услышав про зеленый, не смогла себя более сдерживать и дала волю своему желудку. Правда воля эта встретилась именно с синим фраком. Но что было удивительно, так это то, что же именно попало на дорогую ткань: сотни мелких серебристых блестяшек выпорхнули и осыпали мужчину. Когда все случилось, старшая из сестер Бёрнетт подняла виноватый взгляд на пострадавшего, он в свою очередь также смотрел ей в глаза, а вокруг медленно опускались мелкие конфетти, подобно огромным хлопьям белого снега в уютный зимний вечер, замедляя время и множа чудеса. Именно о такой романтичной встрече грезят все барышни.

Но наваждение быстро спало. Агнесс мысленно проклинала этот день и эту провальную прогулку по коридору и даже ругала уже этот никчемный переезд, и вспылила, от чего щеки ее сначала бледные от осознания унизительности и необычности случившейся ситуации раскраснелись и она выпалила (хотя маменька бы желала услышать здесь слова извинения):

– А раньше вы не могли бы нас пропустить, такого бы не произошло! И вообще, что это? – Агнесс была совершенно злой, к тому же пыталась оградить сестрёнку от гнева молодого человека, перетянув его на себя. И вообще, странность произошедшего пугала ее до иголочек на кончиках пальцев (когда она чего-то боялась или испытывала другие сильные чувства пальцы ее немного немели и казалось, что сотни иголочек втыкаются в кожу).

Софи же молчала, закрыв рот лодошкой, чтобы ненароком не сделать чего-то подобного еще раз.

А молодой джентельмен уверенно ответил, чем поверг девушек в ещё больший шок:

– Это магия. И у вас, кажется, на нее очень странная реакция. – Потом он заметил, что случилось с его одеждой и раздражительно добавил: – Великолепно! – и стал поспешно снимать с себя испорченную вещь. В голове его закрутилась мысль, что блестяшки эти принадлежали его сестре, но раньше они были заклинанием, а теперь материализовались в самые настоящие конфетти. Он мысленно продолжал искать озорника-мага, который так необычно пошутил над девушками из провинции.

Осознав неловкость ситуации, Агнесс потянула за руку свою сестру прочь от этого места:

– Только не при нас! Идем, дорогая, надеюсь, тебе полегчало.

Она знала, что самое важное сейчас своевременно сбежать и больше не попадаться на глаза этому джентльмену. Разбираться же с причинами проявления магии они будут позже. Наверняка, в поезде все же ехал настоящий маг и у ее младшей сестры случилась в связи с этим своеобразная аллергическая реакция. А когда в следующий раз они встретят высокого, кажется подтянутого и сильного брюнета с зелеными глазами и длинными ресницами, четко очерченным волевым подбородком, с выразительным большим лбом и немного пухлыми губами, застывшими в оскорбительной усмешке, то сделает все, чтобы встреча не произошла. Хотя от своих восторженных мыслей об образе наглеца она не была в восторге.

Когда они оказались на спасительной прохладе, то среди разношерстной толпы увидели матушку, гордо державшую идеальную осанку со слегка отстраненным от всего этого перронного сумасшествия видом. Она ожидала их неподалеку, и сказала подошедшим дочерям:

– Я видела, вы с кем-то познакомились? Мне кажется, этот молодой человек невероятно милый и благородный, – она улыбнулась так, как улыбалась, когда происходило что-то важное.

– Боюсь, наше знакомство омрачено несовпадением вкусов, – от этих слов Софи слегка перекосило.

– Неважно, главное, чтобы он вас запомнил, и на каком-нибудь приеме будет обязан поприветсвовать, – отмахнулась мать.

– К сожалению, матушка, он СКОРЕЕ ВСЕГО нас запомнил, и к несчастью, мы его тоже, – вздохнула Агнесс, усиленно сгоняя краску с лица. Все-таки знакомство у них было такое, о котором следует забыть. Она подумала, что как же неудачно прошла их первая и единственная встреча, ведь, будь они на каком-нибудь приеме и балу, все могло бы случиться по-другому.

Как будто бы не заметив сарказма слов дочери, матушка продолжила:

– Ну все, девочки, пора к экипажу, там ожидает нас уважаемый дядя Ричард. – Мадам взмахнула ладошкой, и семейка поспешила к выходу из дорожного депо.

Дядушка Ричард (на самом деле Арчибальд, это было его семейное прозвище) не умолкал всю дорогу, он рассказывал о каждом здании, что они проезжали мимо, старался успеть упомянуть и о каждой достопримечательности, увиденной ими на улице.

– А вот здание мэрии, обратите внимание на архитектуру этого величественного строения, его спроектировал сам мастер Беланд. Нам, дорогие дамы, ехать в другую сторону, но я попросил извозчика проехать именно здесь, чтобы вы смогли насладиться этим волшебным видом, – дядюшка важно взглянул на спутниц, а они в свою очередь восхищенно глазели (именно глазели!) на поражающий фантазию огромный дворец, возвышающийся на холме, с хрустальным шпилем, как будто касающимся облаков. Облака были самые настоящие магические, привезенные из далеких лесов Амазонии, но зрелище это поражало своим видом любого приезжего, а вот местные же уже давно к такому привыкли, но хвалиться им никто не запрещал, что они и делали при любой возможности. Экипаж проехал мимо городского квартала продаж, где рядышком стояли модные лавки и торговые дома, кафе и рестораны. Они были разукрашены в краснокирпичный цвет, где-то виднелись желтые, золотые и серебряные цвета. Лавка шляпок была небесно-голубой, а дом сладостей украшали гигантские торты с воздушным кремом в виде башенок. Обувной магазин был построен в виде огромного сапога, а вывеска на магазине «Все для праздников» искрила словно нескончаемые бенгальские огни. Каждая лавочка и магазинчик завлекали и обещали невероятные чудеса, которые можно встретить только у них. Особенно восторженно Ричард отзывался о городском цирке, хотя его шатер больше походил на небольшую палатку, но оказалось, что при возведении использовали особый материал с пространственной магией, и внутри оно имело три этажа и огромную арену под невообразимом куполом, где настоящие канатоходцы рисковали жизнью каждый вечер на потеху зрителям. Еще был особняк мадам Жорж, но из-за высоких деревьев его трудно было разглядеть с улицы, набережная и мостовая Кареон, куда стекались на променад сливки общества. Казалось, чудесам и красоте нет конца, но дорога всегда когда-нибудь кончается, поэтому лошади остановились возле небольшой парадной лестницы особняка мистера Ричарда. Дом был двухэтажный, белоснежный, как того требовала мода лет пять назад, украшен всевозможной лепниной, статуэтками, рамы были с вензелями, да к тому же позолочены, окна высокие от пола до потолка, на крыше стояли ангелочки, держащие в руках арфы. Особняк был похож на свадебный торт, только гораздо больше. Мадам Бёрнетт подала руку подошедшему лакею, галантно вылезла из экипажа и раскрыла объятия миссис Ричардсон, которая чуть ли не визжа от радости, спешила навстречу гостям:

– О, моя милая ласточка, Белла, сколько же мы не виделись!

– Миллионы лет! Как я скучала, Урсула! – излишне эмоциональная леди Мирабелла пустила слезинку, благо их не видели посторонние, обняла подругу своей юности, разом вспомнив все их былые шалости, и не разрывая объятий, спросила: – Как вам город?

– Столица удивительна! Но знаешь, столько всего изменилось, – ответила ее подруга, подмигнув ей. Кажется это был диалог, понятный только им двоим. При последних словах на секунду лицо хозяйки резко изменилось: стало напуганным, и в глазах промелькнуло беспокойство. Но миссис Бёрнетт тут же сменила тему: – Посмотри, кого я тебе привезла, – она показала на своих дорогих девочек.