Чтение онлайн

— Они похожи, и оба умеют творить чудеса! — прокричал кто-то в толпе. — И как же нам разобрать, который из них — настоящий?

— Как? — горделиво выкрикнула Корделия. — Очень просто! По умению передвигать предметы! Во всем Грамерае это под силу только детям Верховного Чародея!

Самозванец побледнел, но тут же развернулся и, презрительно уставившись на Джеффри, процедил сквозь зубы:

— Неужто ты позволяешь девчонке говорить за тебя?

— А ты, — огрызнулся Джеффри, — небось завидуешь, что у тебя нет сестры?

— Ты лжешь, наглец! — выкрикнул его двойник. — Моя сестренка осталась дома!

— За такую подлую ложь тебя следует проучить! — не выдержал Джеффри, и в тот же миг из рук крестьянина, стоявшего неподалеку, вылетел куотерстаф и, вертясь в воздухе, полетел к дому, на крыше которого стояли оба мальчика. Однако самозванец вовремя заметил летящую палку, подпрыгнул, и она пролетела под ним. С издевательским хохотом он, повернулся к Джеффри.

— А что же ты сам подпрыгнул? — прищурившись, язвительно вопросил Джеффри. — Палку подвинуть не смог?

Мальчишка нахмурился:

— Не захотел, да и всё!

— Ну так захоти теперь! — злорадно усмехнувшись, крикнул Джеффри. — Обернись-ка!

Самозванец крутанулся на месте — как раз вовремя для того, чтобы увидеть, как вертящаяся в воздухе палка, описав полный круг, летит обратно к нему. Мальчишка взвыл, распластался на крыше, и куотерстаф пролетел над ним, едва его не задев. Но стоило ему подняться и встать на корточки, палка поднырнула снизу и резко ударила его по животу. Двойник Джеффри с криком ярости рухнул на крышу, но еще громче его вопля прозвучал голос Джеффри:

— Ну а почему же теперь ты не схватил эту палку силой своего разума?

Самозванец медленно поднялся, злобно вытаращил глаза, но сказать ему было нечего.

— Ты потому этого не сделал, что не умеешь! — победно вскричал Джеффри. — А я — настоящий Джеффри Гэллоугласс!

— Ты — настоящий лжец! — провизжал в ответ мальчишка. — Ты не сам управлял этой палкой! Это для тебя сделала твоя подручная, колдунья!

Корделия сердито вскрикнула, но Грегори рассудительно изрек:

— Уж если мой брат — не настоящий Джеффри, то ты-то точно — не настоящий, потому что всему Грамераю известно: сыновья Верховного Чародея умеют передвигать предметы силой мысли. А ты — не умеешь!

Толпа возбужденно взревела, но мальчишка дерзко и отчаянно прокричал:

— Это ложь! Никому из чародеев не под силу передвигать предметы мыслью! А если ты говоришь, что сыновья Верховного Чародея это умеют, так сделай — сделай сам!

— Это можно, — миролюбиво кивнул шестилетний малыш, и Корделия тут же взмыла ввысь — причем безо всякой метлы. Она оскорбленно вскрикнула и была готова проучить младшего братца, но тут слово взял Магнус:

— Вот! Всем известно, что волшебницы сами летать не умеют! Потому-то они и пользуются метлами! Теперь ты тоже скажешь, что моя сестренка сделала это за нашего младшего брата?

Самозванец злобно помрачнел:

— Ты сам сказал: это девчачьи проделки! Кому бы из мальчиков такое в голову пришло? Только тому, у которого в голове девчачьи мысли!

— Ах ты, негодяй несносный! — ,в ярости прокричал Джеффри. — Ну, давай, попробуй повторить вот такую «девчачью» проделку, если сумеешь!

Невидимая рука ухватила самозванца и, вертя, понесла по воздуху к Корделии. Мальчишка орал от злости и страха, а Корделия, поняв замысел брата, воскликнула:

— Да на что он мне сдался? Забирай этого мерзавца обратно!

Вертящийся в воздухе мальчишка вдруг развернулся и понесся в противоположную сторону.

— Нет уж, получай его! — задорно выкрикнул Джеффри, и самозванец, уподобившийся мячику, замер в воздухе всего в одном футе от его головы, развернулся и полетел к Корделии. Наконец он злобно взвыл, послышался щелчок, и на полпути до девочки мальчишка исчез.

— Вперед, за ним! — скомандовал Магнус, но он еще не успел договорить, как Джеффри со звуком, подобным ружейному выстрелу, исчез.

В толпе все разом взволнованно и раздраженно загомонили.

Грегори задумался, сосредоточился.

— Он поймал самозванца! — сообщил он через несколько мгновений.

— Да и как он мог его не найти! — фыркнула Корделия. — Ведь это — сущий пустяк для того, кто так подкован в игре в «салки-исчезалки»!

— Очень скоро толпа начнет кричать, что пора бы сжечь колдунов на костре, а мы, похоже, вряд ли сумеем их успокоить.

Корделия кивнула:

— Надо усмирить их, да поскорее! Приступай!

Магнус вытаращил глаза:

— Я?! Да как же я могу их успокоить?

Корделия пожала плечами.

— Ты старший, — только и сказала она.

Магнус одарил ее мстительным взором и в отчаянии огляделся по сторонам в поисках поддержки.

Тот, кто мог бы ее оказать, сидел на телеге, в самом дальнем уголке, беспечно положив ногу на ногу.

— Поговори с ними, — посоветовал он. — Расскажи про то, чем на самом деле заканчиваются все деяния шерифа. Они поверят тебе, ибо ты — сын Верховного Чародея.

Магнус, не отрывая глаз от эльфа, облизнул пересохшие губы и прошептал:

— Но что же… что же мне им сказать?

— Придумаешь что-нибудь, — заверил его Пак. — А не выйдет — так я тебе подскажу.

Магнус еще мгновение пристально смотрел на эльфа.

— Хорошо, — кивнув, сказал он. — Спасибо тебе, Робин. — Он вдохнул поглубже, расправил плечи и, развернувшись к толпе, поднял руки и вскричал: — Люди добрые, послушайте! Умоляю вас, выслушайте меня!

Тут и там жители деревни и пришлые крестьяне стали оборачиваться, поддевать локтями или окликать соседей. Мало-помалу все притихли, и наконец стало настолько тихо, что Магнус смог говорить.

— Вас повел за собой злобный мальчишка-колдун, — начал он. — А злобность его доказать очень просто: он призывал вас к войне! Может, вам так и не показалось — однако не обманывайтесь! Если шериф сражается с лордами, будет не одно сражение, их будет много! Будет самая настоящая война, а в конце ее шериф сразится с королем!

Толпа при этих словах мальчика опять взволнованно и возмущенно возроптала. Люди разворачивались друг к другу и вопрошали, может ли такое быть правдой. На этот раз Магнус не предпринимал попыток утихомирить людей. Он просто стоял на телеге, подбоченившись, и ждал, понимая, что теперь у людей на уме мысли о том, прав ли шериф, и что о чародеях и волшебницах на время забыто.