Чтение онлайн

— Я знаю, что я делаю! Я тебе последний раз повторяю: я делаю то, что должно быть. Что велено нам Отцом. Люциферу не удалось совершить апокалипсис и битва не получилась. А ведь так было угодно Ему. Я же должен сделать то, чего не сделал Люцифер, наш старший брат. Габриэль, я тоже люблю тебя, но лучше ты остановись. Отойди с дороги, братец, и смирись! — Рафаэль немного повысил голос и посмотрел на Габриэля.

— Тоже самое прошу тебя сделать я… Нет, это ты остановишься, Раф. Я не позволю тебе совершить Армагеддон. Никогда не будет на Земле могил… Я за них… Я за людей… Поэтому я не позволю тебе… — сухо ответил он.

— Вот как? — переспросил Рафаэль, ухмыльнувшись. — Ты ничего не сделаешь, Габи. Либо смирись, либо отступи! Итак, мой младший брат, я последний раз тебя спрашиваю, выходишь ли ты из этой игры или нет? Брат, не заставляй меня делать этого…

— Нет, Раф, я не выхожу из этой игры… Назад пути нет! — Габриэль фыркнул, и в его руках появился меч архангела.

— Что же, Габриэль… Чему быть… Ты сам обрек себя на муки, — закончил Рафаэль словесную перепалку и подал знак своим воинам-ангелам нападать. — В атаку! — приказал он.

Трикстер нахмурился и обернулся. Он бросил взгляд на солдат Рафаэля и на секунду прикрыл глаза. Он последний раз все обдумал и тоже дал приказ атаковать. А, точнее, обороняться… Кастиэль и Бальтазар последовали приказу своего генерала и кинулись в бой. В руках Каса блистал ангельский клинок. Вместе с ними сражался и молодой ангел Асуриэль, который всегда помогал Бальтазару. Бросив печальный взгляд на своих друзей и армию, Гейб взглянул на архангельский клинок.

— Я же сказал тебе отступить, Габи! — Послышался знакомый голос, а затем сам Рафаэль направился в сторону младшего брата. В руках архангела тоже был клинок. — Если ты мне дашь сделать то, что предначертано самой судьбой и то, что угодно нашему Отцу, я буду к тебе весьма снисходителен и тогда ты не пострадаешь. Ты наш самый младший братик, и меньше всего я хочу делать тебе больно. Выйди из игры, Габриэль. Пока ещё есть время.

Младший архангел бросил взгляд на свою армию ангелов, которая уже во всю сражалась на поле боя. С каждой минуткой бой набирал обороты, а через некоторое время, поле боя выглядело уже просто ужасно. На зеленой траве было много крови, поляна была облита кровью некоторых ангелов, которые только лежали на земле, а сзади виднелись черные крылья. Эти ангелы первыми полегли в битве. Да и другие гибли, падали замертво, хотя сейчас потери обоих армий были незначительные.

— Нет! — холодно ответил он и поднял вверх клинок. — Так не было угодно Отцу нашему! Так хочешь ты, Рафаэль, мы оба это знаем.

— Прости, братишка, — пролепетал Рафаэль и замахнулся мечом.

Младший архангел вздрогнул и машинально отбил атаку. Он не хотел войны, не хотел боя. Он думал, что все ещё обойдется, и что они решат все мирным путем. Но Рафаэль первым атаковал и не дал шанса на мирное решение конфликта. Что же…

Габриэль отбил первую атаку. Он тоже занес оружие и ударил мечом по мечу брата. Послышался противный лязг лезвия обоих мечей. В глазах младшенького стала отражаться ужасная боль, и даже какая-то слеза подступила… Но архангел быстро её убрал и взял себя в руки. А чернокожий, с каким-то удивительным спокойствием, словно под какой-то маской, снова стал атаковать, не давая передышек. Он даже не знал, насколько сердце младшего брата разрывается сейчас от боли и насколько он страдает.

Гейб сделал выпад назад и отступил, когда старший брат снова на него замахнулся. Он не выпускал из рук меч архангела, а только отражал пока ним удары, все время отходя назад.

— Тебе самому это не надоело? — с болью в голосе поинтересовался Габриэль, отбив своим мечом очередную атаку старшего брата. — Давай остановимся, Раф, прошу тебя.

— Габи, мы уже все обсудили, — монотонно произнёс тот и оскалился.

Выждав подходящий момент, Рафаэль с силой сжал клинок и нанес удар. Промахнулся. Сладкоежка уклонился от атаки и с горечью взглянул на старшего брата. Он не понимал, почему его семья должна убивать друг друга? Зачем это нужно? Не стоило повторять сценарий. Это всё было большой ошибкой, ошибкой не на жизнь, а на смерть.

— Я не понимаю, — прошептал Габриэль, отражая атаки, но не атакуя сам. — Давай прекратим…

Но Рафаэль не слышал брата. Ну, или не хотел его услышать. Теперь не было пути назад и старший архангел это понимал. С хладнокровием и одержимостью победить чернокожий стал сильнее атаковать, не давая уже младшему брату время на разговоры. Последний раз окинув взглядом поле боя, Гейб вздохнул и уклонился от удара. В который раз, сотый, тысячный?.. Он понял, что смысла говорить со старшим братом нет, поэтому, неожиданно для себя, принял решение кинуться в бой. Выдохнув, он бросился в атаку и нанес удар, который пришелся по дереву. Холодно ухмыльнувшись краешком губ, Рафаэль сделал выпад вперед и нанес ответный удар. Прекрасно видя, куда приходится удар, младший архангел увернулся, тем самым спасая себя от ранения. Он бросился в бой, с новой силой нанося удары и сражаясь, как достойный воин. Видя такую странную и неожиданную решительность младшего брата-сладкоежки, Рафаэль покачал головой, понимая, что бой будет жарким. Он снова занес оружие, заставляя младшего попятиться назад и остановить неожиданную атаку.

Сладкоежка отступал назад, даже не замечая камень, который возник у него на пути. Он споткнулся за этот камень и чуть не упал. Но он смог отразить атаку, удержать равновесие и удар пришелся по дереву, срубив то под самый корень.

Тем временем ангел Бальтазар, сражаясь с очередным солдатом Рафаила, тоже делал частые выпады назад, но при этом не забывая атаковать самому. Ангел вовремя отбегал назад, рассчитывал силу противника, применяя свою любимую тактику и стратегию. Он рассчитывал, куда приходятся удары, и иногда отступал, чтобы нанести неожиданный удар, например, из-за спины. Так было и в этот раз. Увернувшись от ангельского клинка, который чудом его не задел, Бальтазар неожиданно исчез, а затем появился за спиной того ангела. Он с решительностью и желанием победить, даже не задумываясь, воткнул ангельский клинок в ангела, и тот повалился на землю, не успев ничего сообразить. Эффект неожиданности — главное правило, которому следовал Бальтазар в бою.

— Я же сказал тебе отступить, маленькая озабоченная обезьяна, — выругался Бальтазар и пнул тело мертвого ангела. — Что же вы делаете? Папочку слушать нужно ведь…

Довольный собой ангел в очередной раз отразил атаку сзади, и даже не смотря на солдата Рафаила, воткнул ему клинок. И второй ангел трупом упал к ногам собрата. И мертвое тело этого ангела и большие черные крылья лежали на окровавленном поле боя.

Он окинул взглядом поляну, в маленьком перерыве между атаками. Кровь, много крови, мертвые тела ангелов, клинки, дым, срубленные деревья, поникшие цветы — всё это увидел Бальтазар на линии фронта.

Он обреченно покачал головой и посмотрел на ангелов, которые сражались в кровопролитном бою. В прошлом — большая ангельская семья, а сейчас — просто солдаты, которые жестоко убивают друг друга, вцепляются в глотки и раздирают на куски своих собратьев. Боже, как же Бальт не хотел в это верить… Он до сих пор поверить не мог, что снова началась гражданская война на Небесах, разгорелся военный конфликт между двумя родными братьями, между великими архангелами. Все было словно дежа вю, которое ангел хотел вспоминать в дурном сне. Все они помнили гражданскую войну Люцифера против Михаила, и вот сейчас история повторялась снова. Только теперь другие архангелы в главных ролях…

С каждой минутой потери обоих армий становились колоссальными, и Бальтазар понимал, что ситуация плачевная. Преимущество было на стороне Рафаэля и это было понятно. Ангел знал: если так дальше пойдет, их главнокомандующий проиграет. Он бросил взгляд в правую сторону и заметил, как Кас отбивал атаки, параллельно атакуя сам. Переведя взгляд в другую сторону, он заметил ещё худшую картинку: неожиданный глухой крик, после которого поляну озарил яркий свет.

Резко обернувшись и оказавшись на другом конце поляны, Бальтазар увидел Асуриэля. Солдат Рафаэля с силой вонзил клинок в грудь молодому ангелу. Невыносимо яркий свет вырывался из раны. Асуриэль упал на колени и взглянул на своего учителя. Приоткрыв рот, юноша судорожно выдохнул: «Прости». А после этой фразы молодой ангел упал замертво. Ветер колыхал зеленую окровавленную траву, щекоча лицо ангела, будто пытаясь разбудить его ото сна. Но было поздно. Земля приняла его жертву… Бальтазар снова понес потери. Только теперь эти потери были личными… Он склонился над мертвым телом маленького друга, ничего не говоря, а затем погладил черные крылья погибшего в бою Асуриэля.