Чтение онлайн

— Габриэль… Ты понимаешь, что я умру, я заколю себя ангельским клинком, если Рафаэль посмеет тебе что-то сделать? Он тебя не убьет, потому что ты его младший брат, но заточить в небесную темницу ему под силу! Михаила нет, Люцифера нет. Его никто не остановит. Он сейчас командует и заведует Небесами. Он принял власть, и сейчас власть в его руках. Он тут Бог, царь и король, — Орабель выдохнула и, внезапно, обхватила двумя руками лицо молодого архангела. — Ты это понимаешь, сладкоежка?! Про себя молчу. Со мной он поступит лучше. Просто убьет. А ты будешь вечность томиться в той темнице. Я ради тебя готова на всё, но это очень опасно.

— Мы справимся с этим, Орабель, обещаю тебе. Идет война. Скоро следующий бой, в котором я должен одержать победу. Этот бой будет ещё страшнее предыдущих, и что-то мне подсказывает, что он может быть и решающим. Я могу выиграть, а могу и проиграть, но ты мне необходима, чтобы именно победить.

— Страшная война, — грустно ответила брюнетка и отпустила руку архангела. — Габриэль, прости. Мне пора уже. Рафаэль скоро вернется, не хочу его злить.

— Мы ещё увидимся? — переспросил архангел, вопросительно вскинув бровь.

— Завтра приходи под жасминовый куст, который растет на Райской Поляне. Надеюсь, тебе не нужно говорить о её местонахождении? Ту поляну ещё не тронула война, и это, воистину, удивительно.

— И Небесный Сад ещё не тронула война. Хорошо. Я приду. Я знаю, о каком месте ты говоришь. Это будет наше маленькое гнездышко? Наше особое место?

— Да, Гейб, наше особое место. — И она быстро убежала, даже не обернувшись в сторону возлюбленного.

========== Ромашковое счастье ==========

Мюзикл “Notre Dame de Paris” – “Beau Comme le Soleil”

На следующий день, когда яркое, золотое солнце осветило весь Рай, архангел Габриэль, держа в руках архангельский клинок, быстро бежал по дорожкам. Он должен был быть предельно внимательным, чтобы не попасться ангелам Рафаэля. Он знал, что даже не смотря на свою бесконечную любовь к Орабель, бдительность терять нельзя.

Еще пару шагов и сладкоежка ступил на Райскую Поляну и взглядом нашел жасминовый куст, под которым была назначена встреча с Орабель. Еще раз оглянувшись, чтобы убедиться, что за ним не следят, он выдохнул и, убрав меч, уселся под жасминовый куст. Да, это место еще не тронула война… И эта полянка была одной из немногих, на которых рос прекрасный жасмин. Его было здесь так много, что взгляд невозможно было оторвать от прекрасных кустов, которые напоминали невест в роскошных белых платьях. Эта поляна была наполнена очарованием и красотой, и это было одно из тех сказочных мест, которые уцелели. Здесь, в Жасминовом раю, любили находиться многие обители Эдема, для которых это место стало символом любви и счастья.

Так было и с Габриэлем.

И вот он пришел в жасминовый рай и стал ожидать свою возлюбленную. Его сердце бешено стучало, а ноги подкашивались. Поэтому он присел под жасмин и вдохнул аромат очаровательного райского кустика, предвкушая долгожданное свидание. Вдруг ему закрыли глаза девичьи ладошки, и он почувствовал нежность, исходящую от них. Он расслабился, наслаждаясь прикосновениями возлюбленной, чувствуя её мягкую кожу и такие родные и теплые ладошки.

— Угадай, кто? — Над ухом Габриэля раздался знакомый девичий голос, и можно даже было почувствовать, что обладательница ладошек, которые закрывали глаза архангелу, ласково улыбнулась.

— Ох, ну я даже и не знаю… — стал наигранно говорить он. — Может, это ты, Стасиэль? Или малышка Аннабэль? Или Изабэлла? А, нет, я перепутал… Ты, наверняка, ангелесса Рахиль? Или нет. Ты — Антуанетта из Прованса!

— Габриэль, ах ты бабник! — весело, но немного возмущенно произнесла Орабель и, убрав ладони с лица архангела, легонько ударила того по руке и присела рядом с ним. — Я думала, что ты меня узнал. Ты всех своих знакомых перечислил? Или у тебя там целый гарем. Пять жен и двести наложниц? Сколько у тебя было девушек… Эх, ты. Бабник ты!

— Я просто хотел пошутить! Ведь я же Фокусник! — засмеялся Габриэль и посмотрел на ангелессу. — Конечно, я тебя узнал, Орабель! Твои теплые ладони я всегда узнаю из тысячи других. Не обижайся. Я люблю тебя, сладкая, и твои ладошки самые лучшие во всём мире, а ни одна демоница или ангелесса не сравнится с тобой.

— Хах, это хорошо, что ты меня узнал, а то бы получил от меня по полной! — улыбнулась ангелесса и поцеловала в щеку архангела. — Мне с тобой так хорошо, Гейб. Я снова ощущаю ту легкость, которая была при жизни. Я чувствую, как мне с тобой приятно и весело. Так хорошо, как было на Земле.

— Орабель, — произнес сладкоежка с нежностью в голосе и прижал девушку к себе. Ангелесса не стала сопротивляться и доверилась любимому, — мне тоже с тобой хорошо и легко. Я так себя еще никогда не чувствовал. Мне так легко и так приятно на сердце…

— Гейб, а ты знал, что раньше на этой поляне были полевые цветы? — зачарованно спросила Бель, и её глаза таинственно заблестели, а улыбка стала шире. — Здесь были: ромашки, тюльпаны, колокольчики, ландыши, магнолии, фрезии, розы и пионы, но больше всего было именно полевых цветочков.

Младший архангел посмотрел на девушку, ничего не говоря. Уткнувшись носом в волосы возлюбленной, он стал вдыхать их аромат и наслаждаться таким знакомым и родным запахом. Габриэль не хотел, чтобы этот момент, момент радости, любви и блаженства завершался.

— Да, это была красивая поляна, но из-за того, что началась война, блики и вся красота этого места постепенно стали исчезать. Увы, гражданская война уже уничтожила множество прекрасных полянок в Раю, и с этим ничего не поделаешь, — грустно сказал он и, оторвавшись от девушки, приказал: — Орабель, закрой глаза.

Она сначала нахмурилась, но затем, улыбнувшись, выполнила просьбу любимого. Он щелкнул пальцами и вокруг архангела и ангелессы стали появляться разные полевые цветы, а в центре поляны возникло ромашковое поле. Белые ромашки с желтыми серединками мгновенно выросли на поляне и усыпали её изобилием цветов. Архангел ещё раз щелкнул пальцами, и на него и девушку тоже посыпались лепестки.

— Открывай глаза, Орабель, — прошептал он ей на ухо.

Ангелесса, открыв глаза, ахнула. Её глаза счастливо засияли, а улыбка стала ещё шире. Она, словно завороженная, стала смотреть на прекрасное. Сердце Беллы наполнилось радостью и счастьем, и ей захотелось петь и танцевать…

— Габриэль, эти цветы прекрасны! Спасибо за это чудо! — засмеялась брюнетка и поцеловала архангела в щеку.

Габриэль невольно улыбнулся, а Бель, встав на ноги, схватила его за руку и потянула за собой в полевые цветы. Задорно рассмеявшись, брюнетка побежала в глубину цветочной поляны, а следом за ней побежал улыбающийся архангел. Повалившись на цветы, они устроились на траве и стали разговаривать на всякие темы. Девушка сорвала какой-то полевой цветок и осыпала ним Гейба. Возлюбленные стали весело смеяться и просто беседовать. Они не говорили больше о войне и пока забыли о ней. Война для влюбленных просто остановилась. Им сейчас только хотелось одного — наслаждаться присутствием друг друга, весело смеяться, радоваться красоте полевых цветов и ромашек и просто любить. Резко она приподнялась с травы и стала собирать цветы, а через пару минут сплела венок, который вскоре оказался у него на голове.