Чтение онлайн

— Ты выводишь меня из себя снова и снова! Ты моя и я могу делать с тобой все, что захочу!

Глаза застилают слезы. Силы мгновенно кончаются.

В течении всей жизни каждому человеку только и хочется, чтобы она у него прошла без шторма. Но так не бывает. Ты живешь и не подозреваешь, что произойдет с тобой завтра.

Я попала в автокатастрофу, и моя жизнь разделилась на до и после. Ничего не помню, но понимаю и знаю одно — я хотела жить счастливо. Что было до — не помню. Что есть сейчас — это и есть шторм, отнимающий размеренную и такую желанную жизнь.

Чувство опустошения нахлынуло слишком резко после того урагана, что разрастался внутри меня из смеси обиды, злости и полного отчаяния. Я лежала на помятых простынях в позе эмбриона, как бы защищая себя, но уже поздно. Защищать уже нечего. Я ощущала себя никчёмной, не способной даже подняться и отстоять свою честь демонстративным словесным потоком, в содержании которого будет унизительное дерьмо в адрес того, кто посмел в силу своего статуса так отвратительно обойтись со мной. Ни статус, ни одержимая любовь к человеку не оправдывают такого ужасного поступка.

Я ничего не могла. Просто лежала в одной защищённой позе и тихо плакала. Простыня под моей щекой впитала в себя уже прилично моих слез. Но для тирана, который курил перед открытой дверью балкона, уже ничего не нужно. Он получил, что хотел и мне даже защищаться нет смысла. Поздно. Я позволила ему изнасиловать меня. Что самое страшное — в глазах общества и полицейских это будет нормально. Муж устал ждать и просто заставил свою жену отдаться ему.

Какое падение нравов. Какое унижение…

Слезы бурным потоком полились из глаз, когда мой взгляд упал на порванное платье, которое валялось на полу. Полная идиотка. Готовилась, наплевала на свое неуравновешенное душевное состояние после приступа, только бы в очередной раз не расстраивать супруга. Хотелось подарить ему покой и счастливый вид, которому он всегда был рад.

Больно…

Он приблизился к кровати, на которой я лежала холодная и беспомощная, с треснувшей окончательно душой, и стал разглядывать.

— Не устраивай драматических сцен, любимая. Все было в рамках приличия.

В его голосе ни капли вины и сожаления. На его бесстыдное лицо даже смотреть не хочется.

— Я никогда тебя не прощу, — прохрипела я.

Он сел на край кровати и заправил прядь моих волос за ухо.

— Ты все преувеличиваешь. Это обычные отношения между мужем и женой.

— Я не хотела этого! — зажмурившись закричала я.

Душа распадалась на части.

— Зато я хотел, — мрачно произнес он.

— Ты эгоистичный ублюдок.

Он сжал мои волосы на затылке в свой кулак и резко склонился ко мне. Я перестала дышать, продолжая жмуриться.

— Замолчи, любимая, — процедил он в мое ухо. — Не выводи меня, не буди во мне зверя.

Джексон выпустил меня из своей хватки, накрыл моё поруганное тело одеялом и скрылся в ванной комнате.

Теперь я зарыдала, прижимая ко рту одеяло, дабы заглушить звуки моего вселенского отчаяния.

Человек, которому я доверяла, который стал для меня защитной бронёй, который не оставил меня в этом пугающем меня мире, которого я не помню, превратился в того, кого я отныне презираю и боюсь.

Что самое ужасное — мне некуда бежать, мне негде искать спасения от него. Я в клетке, в которой сижу добровольно в силу своей бесполезности.

Нет выхода. Приходится жить дальше, но только с добавлением тяжести на душе.

Уильям

На моем столе зазвонил мобильник. Звонивший прервал мою работу, с которой я сосредоточено возился с самого утра. Ненавижу бумажную работу, но это важная составляющая всего следственного процесса и как бы офицерам это не нравилось, именно за правильные бумаги, помимо раскрываемости дел, нам начисляют зарплату.

— Слушаю.

— Приветствую, Хилл. Как жизнь?

— Дерьмово. Ты пропал на четыре месяца, — без энтузиазма заговорил я.

— Ну извини, за три недели дела не делаются, сам должен понимать. В этой же сфере служишь.

Я зажмурился, сжимая переносицу, и тяжело выдохнул.

— Может успокоительной травки тебе попить? — шутливо порекомендовал мне мой собеседник, понимая через телефонный разговор, в каком я отвратном состоянии.

— Тебя я забыл спросить, что мне нужно! — огрызнулся я. — Ближе к делу, шутник недоделанный.

Мой собеседник рассмеялся в трубку.

— Ладно, не ругайся. Как ты и просил, я долгое время искал девушку по имени Алиса Коллинз в Бостоне. Нашел их пять тысяч. Но ни одна не подошла к внешности нужной.

— Я понял. Спасибо что не отказал в помощи.

— Обращайся.

Я сбросил вызов, кинул мобильник в сторону, в кипу бумаг, и закрыл лицо ладонями.

Даже уже надежды не ощущаю в груди. Когда мне звонят с очередными подобными новостями, я не задерживаю дыхание и не жду с диким сердцебиением результатов поиска. Уже на автомате жду, что миссия провалена и ее в этом городе нет.

В Бостоне ее искал мой однокурсник, которого после выпускного определили туда. Я попросил его об этой услуге, и он без раздумий согласился мне помочь, поскольку я сам неоднократно выручал его. Мне приходится просить помощи у своих коллег, которые, к счастью, распределены по разным углам страны, поскольку один просто физически не способен проверять все намеченные мной города, в которых пытаюсь найти Алису.

Она может быть где угодно. Как говорит Майкл, я ищу иголку в стоге сена. Так и есть, не отрицаю. Но если бы у меня не было мотивации искать, то я бросил бы поиски после первого неудачного года. Я жажду найти ее, потому что без нее моя жизнь пуста. Она без смысла. Каждый человек ради этого и живет — найти смысл, найти свое место, найти свое счастье. Двух важных составляющих у меня нет для полноценной нормальной жизни, поэтому продолжаю ковыряться в мерзкой липкой смеси, подготовленной самим дьяволом, чтобы найти важные артефакты, поддерживающие мою жизнь.

Я встаю из-за стола, выхожу из кабинета и решаюсь выйти на улицу, чтобы подышать. Уже на крыльце достаю из кармана кожаной куртки пачку сигарет и прижимаю одну между губами. Старательно пытаюсь прижечь кончик, защищая колыхающийся огонь зажигалки от ветра. После двух попыток у меня получается, и я втягиваю в себя терпкий дым. Выпускаю его из себя и осматриваю все перед собой.

На еще совсем недавно безмятежном небе большими кучами собрались хмурые свинцово-серые тучи и поглотили в себя солнце. Утром была ясная погода и благодаря ей создавалось впечатление, словно и на душе стало легче. А сейчас будто на землю обрушится ливень, как на меня обрушилось отчаяние.