Пока он смотрит
Шрифт:
Она кивает.
— Да, и будет почти невозможно заменить их, когда придёт время открываться. Альвина может делать почти всё, что делаю я. Если бы я могла позволить себе взять выходной, я могла бы оставить её ответственной и не беспокоиться о том, что дела идут гладко. Фелипе работает на меня пару дней в неделю, и его круассаны всегда выглядят красивее, чем мои. Марта не так много знает о выпечке, как о работе прилавка и кассового аппарата, но она также отлично ладит с клиентами.
Он кивает.
— Значит, они ценны. Я хочу, чтобы ты могла платить им, пока вы закрыты, чтобы не потерять этих сотрудников. Ты удивишься, как трудно найти хороших работников.
Я качаю головой, внезапно чувствуя себя подавленно.
— Питер, я не могу этого принять. Ты слишком щедр, и ты знаешь, что даже все мои шоу не приносят в сумме пятидесяти тысяч.
Он хмурится.
— Прекрати это. Это инвестиции в бизнес, и они не имеют ничего общего с нашими отношениями. Почему тебе так трудно переварить возможность того, что я верю в тебя? Я сделал то же самое для Люка, когда он открыл свой бар. Если тебе от этого станет лучше, считай это гонораром за консультационные услуги. Я собираюсь выписать тебе чек, чтоб ты могла закрыть тот дурацкий профиль на LiveFans, и мы сделаем это законной инвестицией в бизнес, хорошо? Тебе больше не будут платить за шоу. Ты мне слишком нравишься для этого. А теперь давай поедим, пока эти стейки не остыли.
Я потеряла дар речи, я в шоке и испытываю миллион других эмоций. Я следую за Питером обратно к месту для пикника. Я чувствую, что мне нужно объяснить и прояснить ситуацию, потому что моя гордость портит настроение.
Я откусываю стейк, и он очень вкусный. Питер — прекрасный повар. Никаких причуд или соусов, только качественная еда, приготовленная правильно. Под всем лоском только простой парень без профессиональной кулинарной подготовки, воспользовавшийся всеми предоставленными ему возможностями. Он чем-то похож на меня, и я сглатываю, собираясь с духом, чтобы заговорить.
— Пит, я не хочу показаться неблагодарной. Меня просто воспитали с определённой трудовой этикой. Я хочу знать, что успех или неудача моего бизнеса были результатом моей тяжёлой работы, а не благотворительности.
Он молчит, и я слышу биение моего сердце.
— Это говядина из скота твоего дедушки? — спрашиваю я его, быстро меняя тему. Его молчание пугает меня, и, может быть, я уже совсем запуталась. Может быть, уже слишком поздно даже объяснять или извиняться.
— Нет, это стейки из моего скота. Мой дедушка скончался около десяти лет назад, и я унаследовал его ранчо. Я также купил все молочные фермы, откуда я изначально брал молоко и мороженое. А откуда ты берёшь молочные продукты?
Я улыбаюсь. По крайней мере, он разговаривает со мной.
— Ферма Милтона в Нью-Джерси. Мы ходили туда за рожками мороженого, когда я была ребёнком. Это небольшая семейная ферма.
— Это хорошо, Уит. Поддержка малого бизнеса — вот что заставляет эту страну работать. Если бы такие люди, как ты, не поддержали моего деда, когда он начинал, я бы не был в том положении, в котором сейчас нахожусь.
Я смотрю вниз.
— Мне жаль, что ты потерял его. Твоего дедушку, я имею в виду. Похоже, вы были близки.
Питер кивает.
— Да, это так, и я всё время скучаю по нему, но его присутствие в моей жизни сделало меня тем, кто я есть, во многих смыслах. Он помог сформировать мой характер, и без него мой бизнес не существовал бы. Что возвращает меня к исходной точке. Я не хочу спорить о том, что я даю тебе деньги на «Сладкое Время». Мы уже обсуждали, какую роль в твоём успехе играют те, кого ты знаешь. Но что ещё более важно, если у тебя нет того, что нужно, чтобы кто-то поверил в тебя, даже знакомство с нужными людьми не поможет. Я верю в тебя, Уитни. Я хочу прояснить этот момент.
Я чувствую, как мои глаза наполняются слезами, и одной из них удаётся сбежать. Быстро отодвинув наши тарелки в сторону, Питер оказывается рядом со мной и большим пальцем смахивает солёную каплю с моей щеки.
— Почему ты плачешь? — мягко спрашивает он.
— Единственные люди, которые когда-либо верили в меня так, как ты, — это мои родители. Это так ошеломляет, и я безмерно благодарна, Питер, — шепчу я.
Его губы поглощают мои в губительном поцелуе, и вдруг все кирпичи вокруг моего сердца разбиваются. Каким-то образом он пробил мою защиту, и больше нет стены, защищающей меня.
Глава 14
Уитни
Я вытягиваюсь, чтобы поцеловать Питера в знак признательности и нежности. Я влюбляюсь в этого мужчину и не хочу это останавливать. Его губы нежны и на вкус как красное вино. Его большой палец всё ещё гладит мою щеку, где скатилась единственная слеза, и он тянется к моей талии, чтобы притянуть меня ближе, усиливая поцелуй нашими губами и языками.
Он кладёт меня обратно на наше одеяло для пикника и опирается на локоть рядом со мной.
— Я так скучал по тебе всю прошлую неделю, Уит. Я не могу выкинуть тебя из головы.
Я краснею.
— Я тоже не могла перестать думать о тебе. На этой неделе у меня было необычно много сексуальных снов, — застенчиво признаюсь я.
— Да неужели? — спрашивает он, изогнув одну бровь. Он расстёгивает первую бархатную застёжку на моём платье и проводит пальцем по моему декольте. — Я появлялся в каком-нибудь из этих снов?
Я хихикаю.
— Ты был звездой каждого.
— Что я делал с тобой в этих ночных мечтах?
— Было бы проще сказать, что ты не делал.
Он хихикает, хотя это звучит немного хрипло.
— Я делал это с твоей шеей? — спрашивает он, а затем продолжает осыпать меня горячими томными поцелуями от уха до изгиба груди.
— Хм, сделай это снова. Мне трудно вспомнить, — наиграно говорю я.
Он склоняется надо мной и повторяет то же самое с другой стороны, на этот раз нежно лаская мою руку до самого плеча, а после ко второй пуговице платья. И я удовлетворённо вздыхаю; я жаждала его прикосновений всю неделю.
— Думаю, что-то подобное могло произойти, — признаю я, продолжая нашу игру.
— Должен признаться, что выбрал это платье для тебя только для того, чтобы медленно расстегнуть его, чтобы подразнить тебя. Вроде как во время нашего виртуального пикника. Мне нравилось говорить тебе, что делать той ночью, но было чертовски невыносимо не иметь возможности дотронуться до тебя.
К настоящему времени четыре пуговицы на лифе моего платья расстёгнуты, и Питер видит, что у меня под платьем его ждёт сюрприз. Пока его не было, я заказала бельё, и одним из предметов оказался чёрный бархатный корсет с глубоким вырезом.