Чтение онлайн

Но в целом, как оказалось, возможно: холодный душ, любимая маска для лица и волос, патчи под глаза, вкусный завтрак. За два часа она хотя бы внешне слепила из себя нечто вполне себе адекватное. К сожалению, о ее мыслях и внутреннем состоянии сказать того же нельзя было.

Подойдя к кафе «Сегодня вечером», она посмотрела на время в телефоне: «не опоздала даже», – мысленно похвалила она себя. Это действительно было достойно похвалы. Хотя бы от самой себя, как от человека, который не может практически никуда прийти без опоздания.

Открыв дверь, она сразу заметила Ульянова, что в целом было несложно. Его светлые блондинистые волосы выделялись среди мужчин с темными волосами вокруг. Да и ростом он был выше всех здесь собравшихся. Наверное, так в детстве она представляла дядю Степу. А еще блокнот.

«Опять этот блокнот», – мысленно закатила глаза Лиля и пошла к его столику.

– Здравствуйте, – сказала она, подойдя.

– Странное место, – сказал Ульянов, не отрываясь от своего блокнота.

– Почему? – поинтересовалась Лиля.

– Светло за окном, а они лампочки везде повесили, – все еще ни одного взгляда в сторону Лили.

– Ну, для красоты, – ответила Лиля.

– И название странное, – продолжил он, – что будет, если кто-то кого-то пригласит сюда сегодня вечером? «Давай сходим сегодня вечером в «сегодня вечером»?».

«Боже, что с людьми делают в…» – Лиля поняла, что не знает, где учат следователей.

– А где учатся на следователей? – перевела она тему.

– В академии следственного комитета, – ответил Ульянов. Казалось, что перевод темы на его личность ему не был удивителен.

– Понятно, – кивнула Лиля, додумав свой пару секунд назад пришедший в голову вопрос.

– Лилия… – Ульянов, наконец, оторвал взгляд от своего блокнота, – забыл ваше отчество, – успех был недолгий, он снова полез в блокнот искать ее отчество.

– Викторовна, – помогла ему Лиля.

– Лилия Викторовна, – продолжил Ульянов, – у меня к вам вопрос. Вы можете на сто процентов сказать, что ваши подруги были в квартире ночью?

– Конечно, мы все были там, у нас был девичник, а потом мы уснули, – спокойно ответила Лиля, смотря в меню.

– Вы настолько уверены, что можете дать такие показания письменно, если потребуется? – переспросил Ульянов.

– А на каких основаниях вы просите меня дать какие-то показания письменно сейчас? – спросила Лилия, – вызывают на допрос меня завтра. А у нас с вами, как мне кажется, довольно неформальная встреча.

Ульянов молча смотрел на нее. К ним подошел официант.

– Что-то выбрали? – спросил низкий темненький мальчик с ямочками на щеках.

– Цезарь с курицей и чай черный, – сказала Лиля.

Ульянов только помахал отрицательно головой, когда официант перевел на него взгляд.

– Понял, – сказал он и удалился.

– Лилия Викторовна, – наконец произнес Ульянов, – да, наша встреча действительно неформальная. Дело в том, что, как вы знаете… – он замялся, – это мое первое дело… Поэтому мои слова не всегда принимают во внимание. Но меня научили проявлять инициативу, и у меня есть некоторые соображения по этому делу, которые точно помогут следствию. Просто заполнять бумажки с адресами и паспортными данными я не хочу, я не за этим пришел на эту работу, – Ульянов потер руки.

– И что от меня требуется? – спросила Лиля, слегка обезоруженная его откровенностью, – я предлагала вам… кхм… сотрудничество, назовем это так. Вы сказали что-то там про то, что это незаконно и…

– Во-первых, я не собираюсь вам выдавать никакие тайны следствия, – перебил ее Ульянов, – во-вторых, я в первую очередь вас проверю. В-третьих, даже если вы пройдете проверку, я не сброшу вас со счетов. А в-четвертых, для полноты картины, мне не помешает человек изнутри.

– Во-первых, я не человек изнутри, – начала такое же перечисление Лиля, но Ульянов снова ее перебил:

– Поэтому вы и более безопасна. Остальные же жили с убитой на одной жилплощади фактически, общались, имели какие-то отношения в прошлом. А вы встретили ее впервые, но в то же время доступ в квартиру вы имеете. Мужчина, который признался, действительно не виновен. Я в этом уверен, как и вы, – объяснил он.

– Как вас зовут-то? – Лиле понравился ход мыслей Ульянова, и она решила, что нужно знать имя человека, который поможет ей сделать так, чтобы справедливость восторжествовала.

– Евгений. Женя, – ответил он и протянул ей руку.

Лиля смущенно пожала ее.

– И как вы меня собрались проверять? – спросила она.

– Для этого я прошу вас ответить на вопрос: вы уверены на сто процентов, что все три ваши подруги всю ночь находились в одном с вами помещении?

Лиля решила сказать правду:

– Я почти на сто процентов уверена в Майе и Лизе. Они лежали с обеих сторон от меня, фактически на мне, поэтому я сквозь сон приблизительно все время ощущала тяжесть Майиной головы и Лизиной ноги на мне, – пожаловалась Лиля, – конечно, я все равно могла в какой-то момент глубоко заснуть и… Но… все равно почти на сто процентов уверена, что они были постоянно рядом.

– Что ж, – улыбнулся Евгений, – ваша подруга Майя тоже эту историю рассказала, общался с ней с утра.

– Что ж вы тогда Майе не предложите в сыщицу поиграть? – обиженно спросила Лиля.

– Это не я вам предлагаю. Это вы предложили, а я соглашаюсь на ваше предложение, – напомнил Ульянов.

– Ну ладно, с чего начнем? – спросила Лиля.

– Я в целом уже начал, – он немного поднял брови и скрестил руки на груди, – я думаю, что вы правы, что тот мужчина не убивал Ингу, а делает это все, чтобы прикрыть кого-то. Скорее всего, свою жену, сестру или девушку. В крайнем случае, маму. В общем, близкую родственницу, которая как раз приходила ночью.

– Абсолютно точно не маму, – отрицательно покачала головой Лиля, – женщине было максимум лет 35.

– Понятно, – сказал Ульянов и записал что-то у себя в блокноте, – мужчину, кстати, зовут Владимир Григорьевич Войченко.

– Что он делал в квартире? – спросила Лиля.

– Был у своей любовницы Кристины Ольховской из квартиры номер 213.

– А чем я могу вам помочь? Ведь вы же можете по своим базам пробить, есть ли жена, прийти к ней и пообщаться, – задалась вопросом Лиля.

– Можем, и уже сделали. Войченко действительно женат, вот только они с женой, как он утверждает, находятся в процессе развода, и живет она, мол, уже давно не с ним, а где, он даже и не интересовался.