Чтение онлайн

Ловко скользнув по откосу, немец выбросил перед собою пулемет. Секунда – и грозное оружие уставилось в сторону ракетчика. Но выстрелов пока не было – тот себя никак пока не проявлял.

Махнув рукою своим товарищам, стрелок приник к оружию. Впереди имелась неслабая ямка – туда сейчас и направлялись пехотинцы. Всё верно, удобное место для сосредоточения перед броском. Зашвырнуть бы вам туда гранату! Вот было бы некисло…

Шорох земли!

Ракутин, вскидывая автомат, резко крутанулся на месте, одновременно смещаясь в сторону.

– Свои, товарищ капитан! Боец Миронов! Сапер я… – через бруствер перевалился худощавый паренек в форме. Пилотку он где-то потерял и взъерошенные, запыленные волосы, слиплись от пота. За собою он притащил какой-то ящик.

– А-а-а… – кивнул Алексей, опуская автомат. – А винтовка твоя где?

– Тяжело с ней бегать, товарищ капитан! Мешает…

– Так ты что же – вовсе без оружия тут разгуливаешь?! А немцы? Плевками сбивать станешь?!

– Я ж сапер, товарищ капитан! У меня оружие другое… – красноармеец пробрался к брустверу и, приложив к глазам ладонь, выглянул из окопа. – Ага… Это они в ту ямку нацелились?

– Кто? Фрицы? Да, похоже… им оттуда до моста – один рывок.

– Ну и ладушки… вот и хорошо! – сапер снова пригляделся к ползущим немцам. – Товарищ капитан, а вы по ним выстрелить можете? Только не сейчас, а когда они до ямы этой доползут.

– Да, запросто! Расстояние здесь не очень большое, для автомата – так самое оно.

Алексей поудобнее приладился к автомату. Чужое оружие… пристрелять времени не хватило. Но ничего, не через Красную площадь стрелять, авось, да зацеплю кого-нибудь.

Бой уже разбился на несколько самостоятельных схваток.

Где-то хлопали винтовки – уцелевшие кое-где красноармейцы пытались достать огнем немецкую пехоту.

Всё ещё постреливал миномет, хотя запас мин уже должен был вскоре иссякнуть.

По-прежнему огрызался пулемет на засадной позиции.

Напрягал мотор Мусабаев, выжимая из танка все возможные лошадиные силы. Изредка постреливало башенное орудие БТ, посылая в сторону дороги редкие снаряды. Увы, выпущенные капитаном ракеты, так и остались незамеченными никем из танкистов. А, может быть, их увидели? Но только по-своему истолковали? Мол, вот вам цель – залегшая у дороги пехота? А что? Могли и так понять…

И молча, никак себя не выдавая, стоял за пригорком немецкий танк. Он не стрелял, только орудийный ствол иногда смещался, сопровождая каждое движение своего противника.

Между тем, передовой фриц добрался-таки до ямки. Он тотчас же в неё скатился и, буквально через пару секунд, оттуда выглянула винтовка, уставившаяся в сторону Ракутина. Следом за первым солдатом, туда благополучно забрались и остальные. Правда, большинство из них так и осталось сидеть где-то внизу.

Алексей больше не трогал ракетницу – нечем стрелять. И оттого, забравшиеся в укрытие фрицы, гораздо больше заинтересовались самой близкой целью – мостом. А он и действительно был рядышком – один бросок. Перепаханные снарядами танковых пушек окопы у моста не подавали признаков жизни, с той стороны не прозвучало ни одного выстрела. Только с вершины холма изредка хлопали винтовки, по-видимому, там ещё оставались уцелевшие защитники.

«А взвод Федюнина – на том берегу!» – обожгла мозг быстрая мысль. – «И пулемет у моста молчит… Неужто, немцы так быстро – за несколько минут, подавили всю оборону на этой стороне? Быть не может! Но, никто не стреляет…»

Между тем, успокоенный отсутствием огня со стороны противника, пулеметчик, тоже задвигался, перемещаясь поближе к своим товарищам. Понятно, теперь он займет более удачную позицию, нежели редкая травка на открытом склоне…

В воздухе мелькнули сапоги пулеметчика – тот рыбкой нырнул в яму.

– Товарищ капитан! Стрельните по ним, хорошо? – прошептал Миронов.

Пожав плечами, Ракутин приник к прицелу. Вот он, фриц…

Пули выбили фонтанчики прямо под носом у фашиста, и тот, спасая свою жизнь, спрятал голову вниз.

И в ту же секунду – сапер выскочил на бруствер! Тремя громадными прыжками он преодолел сразу метров десять и ничком рухнул в близлежащую воронку. Что-то лихорадочно стал раскапывать в её стене…

Опомнившиеся немцы, повысовывав оружие наверх, врезали по окопу.

Да так врезали…

Башки было не поднять совсем.

А это хреново… вот так подползут – да и закинут гранату. Кстати, надо бы и свои приготовить – мало ли, что?

Прижавшись к стене окопа, капитан осторожно выглянул. Над краем ямы торчало уже не менее десятка стволов и все они дружно плевались свинцом в его сторону.

А где же сапер?

Вот он – раскопал какие-то веревки… тянет их на себя?

Над землею словно что-то промелькнуло – выскочившая из травы веревка протянулась прямо до ямы, где сейчас засели немцы.

Хрясь!

И капитан на секунду оглох…

Словно во сне видел он как из ямы косо встал огненный высверк – рванул фугас. Надо полагать, заранее упрятанный в одной из стенок.

«А нехило там они постарались! Небось, снаряды клали? Судя по разрыву – точно, штук десять запихнули! Против танка готовили, ан, вот оно как вышло-то…» – медленно проплывали в голове мысли.

Шлеп!

Миронов свалился в окоп и присел на корточки. Лицо его было закопчено и извозюкано, но боец смеялся, и белые зубы непривычно выделялись на темном фоне.

– Как мы их, товарищ капитан?! А?! Никто не убег!

– Молодец! Благодарность тебе от лица командования!

– Служу трудовому народу! – тот даже слегка привстал, опасливо косясь в сторону немцев.

– Сиди! Не время сейчас…

Бух!

Они оба синхронно повернулись в сторону выстрела.

Чуть подавшись вперед, Т-4 выставил башню над землей.

Около несущегося к мосту БТ-7 вымахнул черный всплеск разрыва – немец стрелял отчего-то осколочно-фугасным снарядом.

Бух!

Трассер – это уже бронебойный.

Мимо.

Советский танк резко развернулся в сторону своего противника. Быстро, почти на месте.

«А всё-таки, Мусабаев не преувеличивал – он хороший механик-водитель!»

Гах!

И ответный снаряд прошел чуть в стороне от немецкого танка.

«И наводчик у них – явно мастер своего дела…»

Бах!

Снаряд ударил танк чуть левее люка механика-водителя. Расстояние уже было небольшим, можно сказать – пистолетная дистанция. Метров полтораста.